Чтение онлайн

Но несмотря на огромныя издержки, употребленныя честнымъ Джорджемъ, пиръ этотъ былъ едва ли не самымъ скучнымъ изъ удовольствій, устроенныхъ для Амеліи въ медовый мсяцъ. Она представила о немъ подробный отчетъ въ трогательномъ письм къ своей мама, и описала живйшими красками, какъ миледи Барикрисъ не хотла отвчать на ея скромные и деликатные вопросы; какъ леди Бланка наводила на нее свой лорнетъ, хотя он сидли почти рядомъ, и какъ вообще кептенъ Доббинъ былъ недоволенъ обращеніемъ этихъ великосвтскихъ женщинъ, и какъ, наконецъ, по выход изъ-за стола, старикъ милордъ потребовалъ себ счетъ ресторатера, и, взглянувъ на него, объявилъ, что обдъ былъ прескверный и демонски дорогой. Но хотя мистриссъ Эмми описала все это съ большимъ искуствомъ, и даже намекнула, какъ были грубы ея гости, однакожь, тмъ не мене, старушка Седли возрадовалась душевно необыкновенному счастью своей дочки, и расказывала повсюду о ея блистательныхъ знакомствахъ съ такимъ неутомимымъ усердіемъ, что новость эта немедленно достигла до ушей старика Осборна въ Сити, и онъ принялъ къ свднію, что сынъ его вступилъ за границей въ пріятельскія сношенія съ графами и князьями.

Если вамъ случалось видть сэра Джорджа Тюфто въ 1815 году, вы никакъ не угадали бы его теперь, встртившись съ нимъ на Реджент-Стрит или на Пель-Мельскомъ проспект. Сэръ Джорджъ Тюфто, кавалеръ Бани, перетянутый въ ниточку эластическимъ корсетомъ, гуляетъ очень бодро въ своихъ лакированныхъ сапогахъ на высокихъ каблучкахъ, и молодцовато заглядываетъ подъ шляпки хорошенькихъ леди. Еще миловидне онъ рисуется на своемъ каштановомъ кон, сопровождая блестящіе экипажи въ парк, и вы, при взгляд на него, готовы воскликнуть отъ глубины души: «сэръ Джорджъ Тюфто — прекрасный молодой человкъ!» У него густые каштановые волосы, чорныя брови, отличные бакенбарды и превосходные усы. А между-тмъ вы знаете, что онъ участвовалъ во многихъ походахъ прошлаго столтія, и былъ однимъ изъ дятельнйшихъ генераловъ въ арміи герцога Веллингтона. Въ 1815 году былъ онъ плшивъ, и на голов его торчали по мстамъ свтло-срые клочки волосъ; его члены были округленне, и онъ казался довольно толстымъ и плотнымъ мужчиной. Перерожденіе сэра Тюфто совершилось внезапнымъ образомъ. Когда ему стукнуло семьдесятъ лтъ (теперь ему восемьдесятъ), его рдкіе и совершенно темные волосы вдругъ загустли, закурчавили, перемнили цвтъ и форму, такъ же какъ его брови и бакенбарды; покрывавшіеся чудеснымъ отливомъ смолистаго колорита. Злые языки распространяютъ слухъ, вроятно ложный, будто грудь сэра Тюфто туго набита ватой, и будто волосы его, утратившіе способность къ естественному приращенію, представляются новоизобртеннымъ парикомъ, въ совершенств замняющимъ натуру. Расказываютъ еще весьма странный анекдотъ саркастическаго свойства относительно того, какимъ образомъ потерялъ онъ свой послдніе клочки волосъ; но я поставилъ себ опредленнымъ правиломъ не врить никакимъ клеветамъ, злонамренно распространяемымъ. Ктому же, парикъ сэра Джорджа Тюфто не иметъ ршттельно никакого отношенія къ нашей исторіи.

Однажды друзья наши осматривали городскую ратушу, о которой мистриссъ майорша Одаудъ объявила, что это зданіе далеко не сравняется съ гленмелонскимъ дворцомъ ея отца. Когда, по возвращеніи оттуда, они бродили по цвточному брюссельскому рынку, какой-то штабофицеръ, сопровождаемый ординарцемъ; слзъ съ своего коня, и, разсмотрвъ цвты орлинымъ взглядомъ, выбралъ для себя превосходнйшій букетъ, какой только можно было купить за деньги. Купецъ бережно завернулъ сокровище въ бумагу и передалъ его военному грумму, который послдовалъ за своимъ господиномъ, длая весьма странныя гримасы. Офицеръ быстро прыгнудъ на своего коня и поскакалъ во весь опоръ, обнаруживая на своемъ лиц очевидные признаки внутренняго самонаслажденія и довольства.

— Все это вздоръ, господа, сказала мистриссъ майорша Одаудъ въ вид общаго замчанія, относительно растительнаго царства въ бельгійскомъ государств. Посмотрли бы вы, какіе цвты у насъ, въ Гленмелони! Отецъ мой держитъ трехъ шотланадскихъ садовниковъ, и при нихъ девять помощниковъ, одинъ другого расторопне. Одн оранжереи занимаютъ у насъ цлый акръ земли, и ананасы въ нихъ нипочемъ — тоже, что горохъ въ лтнее время. А виноградъ — охъ!.. какой виноградъ!.. каждая кисточка вситъ по шести фунтовъ. И ужь коль на то пошло, я готова присягнуть, что маньйоліи у насъ величиною съ большой фарфоровый чайникъ. Вотъ какъ, господа!

Доббинъ не имлъ привычки подшучивать надъ мистриссъ майоршей Одаудъ, какъ этотъ злой Осборнъ, приводившій въ ужасъ свою супругу, которая умоляла его пощадить добрую женщину, но на этотъ разъ не выдержалъ и честный Доббинъ, зажавъ носъ и отфыркиваясь съ больишмъ трудомъ, онъ отбжалъ на значительное разстояніе и разразился самымъ неистовымъ смхомъ, къ великому удивленію изумленной толпы.

— Вотъ дуракъ-то! замтила мистриссъ майорша Одаудъ, зажалъ ротъ платкомъ и бросился какъ съумасшедшій. Неужьто у него опятъ кровь идетъ изъ носу? Онъ-таки довольно часто говоритъ, что у него кровотеченіе, и я, право, удивляюсь, какъ онъ живъ до сихъ поръ. Нy-съ, а маньйоліи у насъ въ Гленмелони будутъ съ добрый чайникъ, не правда ли, Одаудъ?

— Конечно, моя милая, и даже еще больше, я полагаю, отозвался послушный супругъ.

Въ ту минуту разговоръ былъ прерванъ прибытіемъ офицера, купившаго великолпный букетъ.

— Отличный конь, замтилъ Джорджъ. Кто этотъ всадникъ?

— Нашли чему удивляться, сказала майорша. Посмотрли бы вы, какова лошадка у моего брата, Моллой Мелони! Она еще вотъ недавно выиграла золотой кубокъ на скачкахъ съ препятствіями… чудо, что за конь!

Затмъ мистриссъ Одаудъ принялась было расказыватъ о нкоторыхъ замчателъныхъ свойствахъ лошадиной породы въ Гленмелони, но супругъ остановилъ ее своимъ отвтомъ на вопросъ мистера Джорджа.

— Это дивизіонный генералъ Тюфто, командующій нашей кавалеріей, сказалъ мистеръ Одаудъ. Онъ и я были ранены въ одну и ту же ногу при Талавер.

— И гд васъ повысили обоихъ, да только не въ одинъ чинъ, добавилъ Джорджъ улыбаясь. Генералъ Тюфто! Кроли долженъ бытъ его адъютантомъ. Стало-быть и онъ уже здсь съ своей женой. Надобно повидаться съ ними.

Амелія затрепетала, сама не зная отчего, и яркій блескъ солнечныхъ лучей померкъ въ ея глазахъ. Высокія кровли старинныхъ зданій и шпицы башень потеряли для нея всю свою прелесть. Солнце между тмъ закатывалось великолпно: это былъ одинъ изъ прекраснйшихъ дней въ конц мая.

Мистеръ Джой обзавелся двумя наемными лошадками для своей коляски, и этотъ лондонскій экипажъ, равно какъ и сіи дв скотины, придавали своему владльцу довольно сносную фигуру, когда онъ покатывался въ брюссельскихъ предмстьяхъ. Джорджъ тоже купилъ отличнаго коня для своей партикулярной верховой зды. Онъ и кептенъ Доббинъ довольно часто на своихъ коняхъ рисовались по бокамъ колесницы, гд засдалъ мистеръ Джой съ своей сестрой, предпринимавшей ежедневно увеселительныя поздки за городскую заставу.

На другой день посл нечаянной встрчи съ генераломъ Тюфто, они похали въ городской паркъ, гд, какъ расчитывалъ Джорджъ, они должны были увидть Родона Кроли и его супругу. Расчетъ оказался врнымъ. Среди небольшой группы всадниковъ, принадлежавшихъ къ брюссельской аристократіи, Ребекка, въ прекрасномъ амазонскомъ плать, хала на маленькой лошадк арабской породы, и подл нея, съ лвой стороны, гарцовалъ блистательный Джорджъ Тюфто. Искуству верховой зды Ребекка научилась на «Королевиной усадьб«, гд баронетъ, старшій его сыгъ и Родонъ Кроли дали ей достаточное число берейторскихъ уроковъ.

— А что вы думаете? Вдь это самъ герцогъ, сказала мистриссъ майорша Одаудъ, обращаясь къ Джозу, который тутъ же раскраснлся какъ піонъ. А вонъ тамъ, на гндомъ кон, галопируетъ лордъ Оксбриджъ. Смотрите, какой онъ молодецъ! Братъ мой, Моллой Моллони, похожъ на него какъ дв горошины съ одного поля.

При вид коляски Джоза, Ребекка продолжала хать своей дорогой, но замтивъ мистриссъ Эмми, свою старую пріятельницу, она послала ей воздушный поцалуй граціознымъ движеніемъ пальчиковъ своей лвой руки, улыбнулась и проговорила нсколько ласковыхъ словъ. Потомъ она спокойно продолжала прекрасную бесду съ своимъ кавалеромъ, который спросилъ: «Кто этотъ толстый офицеръ, въ фуражк съ золотой кокардой?» на что Ребекка отвчала, что это «офицеръ, состоящій на служб въ одномъ изъ ост-индскихъ полковъ». Но Родонъ Кроли тотчасъ же выхалъ изъ длиннаго ряда всадниковъ, подскакалъ къ коляск, раскланялся съ мистриссъ Джорджъ, и сказалъ мистеру Джою, «здравствуйте, почтеннйшій! Все ли вы, того, этакъ, понемногу?» на что Джой отвчалъ, что оно ничего, такъ-себ, идетъ. И затмъ Родонъ Кроли началъ всматриваться въ лицо и павлиньи перья мистриссь Одаудъ съ такимъ напряженнымъ вниманіемъ, что майорша начала серьезно считать себя побдительницею гвардейскаго капитана.

Джорджъ, отставшій позади на нсколько минутъ, подъхалъ почти въ одно время съ Доббиномъ, и оба они поспшили привтствовать важныхъ особъ, между которым Осборнъ тотчасъ же замтилъ мистриссъ Кроли. Сердце его запрыгало отъ радости, когда онь увидлъ, что Родонъ, облокотившись о коляску, дружески разговариваетъ съ его женой. Онъ крпко пожалъ руку адъютанту генерала Тюфто и привтствовалъ его, какъ одного изъ лучшихъ своихъ друзей. Родонъ Кроли и кептенъ Доббинъ обмнялись только учтивыми поклонами, которые отнюдь не могли служить выраженіемъ душевнаго восторга.