Чтение онлайн

– Ты выглядел… впечатляюще.

– Значит, впечатляюще, – пробормотал он, и уголок рта чуть приподнялся. – Что-то еще?

Руна сжала губы, не желая выдавать остальное. Она помнила, как тот же мальчик подбадривал детей помладше, не набравшихся смелости для прыжка в одиночку. Он спускался с самого высокого места, куда вставал сам, и прыгал вместе с ними.

– Тобой все восхищались, – произнесла она. – И это вполне понятно, но ты не зазнавался, хотя повод был.

Гидеон отстранился, будто сказанное его удивило.

«Это еще игра или все по-настоящему?» – задалась вопросом Руна.

Понять это она не могла и оттого нервничала.

В тишине присутствие Гидеона ощущалось вполне отчетливо: темный от щетины подбородок, исходивший от кожи запах моря…

– Ты все еще считаешь меня расфуфыренной богачкой? – прошептала Руна.

Почему из всех крутящихся в голове вопросов она задала именно этот?

Уголки губ его слегка приподнялись.

– Да. – Он привлек ее к себе сильными руками. – А ты все еще считаешь меня грубияном?

– Пожалуй…

Гидеон коснулся губами уголка ее рта, отчего по коже побежала волна, от которой сбивалось дыхание. А ведь это даже нельзя назвать поцелуем. Скорее ласковым прикосновением. Затем она ощутила его губы на очень чувствительном месте на шее. Сердце, кажется, остановилось. Руна закрыла глаза.

Губы Гидеона спустились ниже. Он покрывал ее поцелуями, будто изучая и пробуя на вкус. Зубы коснулись ключицы, и Руна вздрогнула, сжала руки в кулаки. Его нежные губы были серьезным оружием, способным увлечь ее на опасную тропу.

Гидеон не собирался останавливаться. Он притворяется или влечение его искреннее? Она погрузила пальцы в его волосы, беззвучно умоляя не останавливаться.

Стоит ли позволить ему войти в дом?

Предложить подняться к ней в комнату?

Будь у нее возможность остаться на несколько минут одной, можно попробовать нарисовать знак заклинания на чем-то, чем он будет пользоваться.

Руна пыталась сохранить здравомыслие, ощущая, как Гидеон проводит ладонью по волосам. И потом, когда он прижал ее к двери. Словно внутри нее спрятан магнит, который притягивает его и лишает возможности сопротивляться притяжению.

«Соберись», – велела Руна себе.

В общении с мужчинами она всегда соблюдала одно правило: могла приводить их в свою спальню, но никогда не пускала в постель.

Эту черту она никогда не позволяла себе перейти.

Сможет ли и сейчас так поступить с Гидеоном?

Стоило ему снова поцеловать ее в шею, как слова вырвались сами собой:

– Хочешь зайти?

– Я…

Руна посмотрела вверх, с трудом сдерживая вибрации тела. Взгляд его угольно-черных глаз показался ей жадным и нетерпеливым. Сейчас она откроет дверь, и они…

Гидеон внезапно отступил на шаг.

В пространство между ними ворвался прохладный ветерок.

– В другой раз, – ответил он.

То есть как?..

Руна расправила плечи, пытаясь прийти в себя после шока.

– Уже поздно. Мне пора.

– Да, конечно. – Руна отвела взгляд, и легкая обида кольнула сердце. – Я попрошу привести твою лошадь.

Гидеон покачал головой, отказываясь:

– Нет необходимости. Я знаю, где расположена конюшня, и могу сам забрать свою лошадь.

Она хотела настоять, но Гидеон отвлек ее, сжав руку.

– Руна. – Большой палец скользнул по костяшкам ее пальцев. – Я очень хочу принять твое приглашение, но обещал тебе двигаться медленно. – Гидеон коснулся губами ладони Руны, отчего по ее телу побежали мурашки.

– Войдя сейчас в эту дверь, я нарушу обещание.

В теле зародилось незнакомое, животное чувство – она хотела, чтобы он не сдержал слово, а отвел ее наверх. Прямо сейчас.

– Спокойной ночи, мисс Уинтерс.

Гидеон развернулся и зашагал в сторону конюшни. Руна смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду. Дрожа всем телом, она сползла по стене на каменный пол террасы.

На губах еще был ощутим его вкус, а тело помнило прикосновение его рук.

На самом деле он совсем тебя не хотел.

Кожу покалывало в тех местах, где на ее талии лежали его руки.

Ты попалась на его уловки.

Пока в их игре Гидеон явно побеждал, потому что сегодняшний вечер Руна мечтала повторить и по причинам, не имеющим ничего общего со спасением ведьм.

– Ненавижу его, – сказала она дрожащим голосом теням в саду и принялась мысленно перечислять причины.

Гидеон стоял в своем кабинете у огромного – от пола до потолка – окна, слушая доклад Харроу о последних событиях.

– Что же касается корабля, где обнаружили знак, за час до отхода на него доставили груз, который загрузили в последнюю очередь, – две бочки вина, привезенные каким-то аристократом.

Алое солнце за окном, освещавшее столицу, опускалось все ближе к горизонту. Министерство общественной безопасности располагалось на холме, с которого открывался вид на порт.

Гидеона вид не привлекал. Он был больше увлечен собственным отражением, поправлял и разглядывал новый пиджак, слушая попутно рассказ Харроу.

– К сожалению, лицо мужчины никто не разглядел – оно было скрыто низко надвинутым капюшоном, – продолжала та. – И ночь в тот день была безлунная. Так что докеры его не могут опознать.

– Почему они решили, что он аристократ? – спросил Гидеон, поправляя запонки.

Пиджак был подарком от Руны, его доставили меньше часа назад. «С надеждой восполнить потерю испорченного», – как указывалось в сопроводительной записке.

Гидеон покрутил в руках записку, но больше не увидел ни слова.

С момента их расставания в саду прошло три дня. Уйти тогда оказалось труднее, чем он готов был признать.

– Докер сказал, что изъяснялся он изысканно, как человек с образованием. И еще на мизинце у него было кольцо, – ответила Харроу.

– И это все? Это никак не поможет нам сузить круг поиска. – Он вздохнул. – Половина аристократов носит кольца как украшения.

– Это было тонким и очень простым. Возможно, серебряным. Они сказали, похоже на обручальное кольцо бедняка, – продолжила Харроу.