Чтение онлайн

Плечи Руны поникли, а в душе рухнули последние надежды. Это первое сообщение от него за три дня, и он не удосужился даже принести извинения и дать обещание загладить вину.

Он меня избегает или эти дела все же существуют?

– От кого письмо? – спросила Верити, заглядывая через плечо.

Руна стряхнула рассеянность и протянула листок подруге.

– Гидеон задержится.

Верити с прищуром оглядела строчки.

– Твое заклинание продержится достаточно?

– Должно до полуночи. – С вступлением ночи в полные права магия начнет ослабевать, но не это ее беспокоило.

Он ведь может совсем не прийти.

Вдруг он изменил свое мнение на ее счет?

Их разговор мог убедить Гидеона в том, что Руна такая глупая и пустая, как он себе и представлял. Или ему не понравилось с ней целоваться.

Или, увидев ее раздетой полностью, Гидеон решил не продолжать отношения.

Руна принялась грызть ноготь большого пальца. К отказам она не привыкла и не представляла, как поступить. Неприятно чувствовать себя недостаточно хорошей для кого-то, недостаточно умной или красивой. Возникли бы у нее подобные чувства, если бы ухаживания Гидеона были настоящими? Появилась бы в сердце неуверенность в себе и в собственном положении? Страх потерять равновесие от малейшего ветерка?

Гидеон может не появиться на ужине вечером и тем самым разрушит план. Необходимо сделать так, чтобы он пришел, вызвать у него интерес к себе и выведать как можно больше сведений, полезных для спасения Серафины.

– Я пойду с тобой, – уверенно заявила Верити, возвращая Руну в реальность.

– Что? Нет. Не стоит из-за меня портить себе вечер. – Руна опустилась на кровать. – У тебя домашние задания.

– А тебе придется произносить ужасную речь. В полном одиночестве. Меньшее, что я могу для тебя сделать, хотя бы поддержать морально. Вдруг мне удастся там что-то разведать. Могу сделать вид, что заблудилась, меня вызовется проводить какой-нибудь услужливый стражник, и по дороге я его расспрошу о тюрьме и ее охране…

Руна не стала обманывать себя, ведь ей, разумеется, будет приятно видеть рядом Верити, особенно если Гидеон решил не продолжать ухаживать за ней и не появится на вечере. Она оглядела подругу с головы до ног и произнесла:

– Надо подобрать тебе платье.

– Верно, – кивнула та, улыбнулась и направилась к шкафу Руны, забитому одеждой.

– Бери любое, за исключением зеленого, что висит на дверце.

Это было то, которое сшил для нее Гидеон.

Сама она добавила лишь потайной кармашек. Верити принялась перебирать наряды, а Руна открыла дверь в соседнюю комнату. Направилась к полке, чтобы взять на всякий случай пузырек с кровью, миновала стол, но остановилась – что-то на нем привлекло ее внимание.

Руна редко оставляла книги с заклинаниями лежать беспорядочно, а эту узнала сразу. Она подошла ближе и оглядела позолоченные края страниц толстого тома. Взяла в руки, открыла на первой странице и сразу вспомнила, что это одна из самых ценных книг бабушки – в ней очень много редких заклинаний.

Как странно.

Заклинания эти для Руны слишком сложные – они требуют много энергии. Почему и как книга оказалась на столе? Она не помнит, чтобы доставала ее из шкафа.

Может, это сделала Верити? Подруга любила листать книги в поисках новых заклинаний, которые, по ее мнению, могли бы пригодиться Руне.

О комнате знал только Алекс.

И Лизбет. Она приходила по просьбе Руны убраться – протереть полки от пыли и подмести пол.

На станицах книги приводились символы заклинаний, подробное описание процесса колдовства с иллюстрациями. Руна перелистнула несколько страниц, и книга внезапно, будто сама, открылась на середине, на заклинании «Раскол Земли».

На левой странице разворота указаны семь золотых заклинаний, каждое последующее сложнее предыдущего. Под ними – текстовое описание того, каков будет результат. На странице справа изображения городов, будто расколотых пополам. В одном случае землетрясением, которое разрушило здания, покрытие улиц, заставив жителей кричать от ужаса.

– Даже не думай об этом. – Руна подняла глаза на Верити, стоящую рядом с платьем, перекинутым через руку, и не сводящую взгляд со страницы. – Ты упала в обморок от заклинания, отпирающего двери, а от этого можешь впасть в кому.

Верити повернула книгу к себе, чтобы лучше разглядеть заклинание, и окинула взглядом строки.

– Для этого понадобится чужая кровь, и очень много.

Эти слова напомнили разговор с Гидеоном в лесу и сказанное им о сестрах-королевах. Если кто и мог сказать ей, правда ли это, так только Верити. Ее сестры дружили с Роузбладами и часто вместе занимались магией.

– Верити, тебе известно, правда ли сестры Роузблад использовали заклинания арканы?

Верити перевела взгляд с книги на подругу:

– Почему ты интересуешься?

– Я узнала от Гидеона нечто весьма странное и любопытное. – Щеки ее вспыхнули румянцем, когда она вспомнила о произошедшем на пляже. О том, как, сняв одежду, он отбросил ее на песок, вошел в море, позволяя воде добраться до самого торса.

А потом прикосновение его губ.

– Он рассказал, что Крессида и ее сестры убивали людей и кровь их использовали для заклинаний. Он сказал, их души разъедала черная магия.

– И ты ему поверила?

Руна вспомнила о клейме на груди Гидеона: красная, деформированная кожа с изображением розы и полумесяца. Одно это можно счесть подтверждением жестокости Крессиды.

– Я не знаю, стоит ли верить, но это объяснило бы их могущество.

Верити задумчиво посмотрела на подругу:

– Именно так мой отчим настроил маму против сестер.

– Что? – Руна вздрогнула и отшатнулась.

– Сестры использовали кровь других людей для заклинаний маджор. С их разрешения, разумеется. Однажды отчим застал их за занятием магией. После этого объявил колдовство мерзостью и убедил маму, что из них необходимо выбить все зло.

Руна смотрела на Верити с ужасом – она раньше ни о чем таком не рассказывала. Видя, что та вся дрожит, потянулась, взяла ее за руку и сплела пальцы.

– Как страшно.

Верити сжала ее руку так, что побелели костяшки.

– Он запирал их на несколько дней в чулане, бил ремнем по голым спинам. Заставлял по несколько часов стоять на коленях на битом стекле. – Верити впилась в ее ладонь ногтями, словно переживая их боль. – Хуже всего было то, что мама ему это позволяла. Она была поглощена горем, ведь много лет назад во время родов она потеряла нашу сестру и не смогла оправиться. Отчим использовал ее слабое здоровье против нее, убеждал, что мои сестры – воплощенное зло. Потому мама ничего не предпринимала, когда слышала их истошные крики. Приняла его сторону, а не своих дочерей.