Чтение онлайн

— Что это за симптомы и признаки? – спросила Абриль. – Кроме не возможности их прочитать, я имею в виду.

— Мы снова начинаем интересоваться едой и сексом, – заявил он.

— Снова? – спросила она, и брови взлетели вверх.

— Ну, с возрастом бессмертные, как правило, устают от еды и секса... да и вообще от всего.

— Именно это и приводит к самоубийству руками Охотников, – сказала она, почти с возмущением от мысли, что кто-то заставляет Силовиков пройти через это. Или, возможно, её больше возмущало то, что абсолютно невинные смертные страдали или умирали, чтобы Охотники покончили с жизнью изгоя.

Криспин пожал плечами. – Ну, думаю, чтобы поджечь себя, требуется немало мужества, и я даже не уверен, что можно отрубить себе голову. Самоубийство руками Охотника, пожалуй, самый простой способ, – заметил он. Он много думал об этом. Он сам был очень стар и не раз подумывал о самоубийстве, поэтому испытывал сочувствие к изгоям. Если бы не встретил Абриль, кто знает, может и он стал бы изгоем. Или еще может, если не сможет быть с ней.

— В любом случае, – резко сказал он, – мы снова отвлекаемся от темы. Дело в том, что с возрастом мы устаём от еды, секса и всего того, чем наслаждались раньше. Однако появление спутника жизни пробуждает эти желания. Мы внезапно обнаруживаем, что снова наслаждаемся едой, среди прочих удовольствий.

— Ты устал от еды и секса? – спросила она, с трудом в это веря. Мужчина был настоящим сексуальным генератором.

— Я не занимался сексом с 766 года до нашей эры и не ел с 751 года до нашей эры, – просто сказал он, а затем добавил: – До встречи с тобой.

Абрильпочувствовала, как кровь отхлынула от её лица, когда она услышала его слова. – Прости? Когда ты в последний раз ел или занимался сексом?

— 766 г. до н. э. – секс и 751 г. до н. э. – еда, – повторил Криспин.

— Ты хочешь сказать, что ты родился до нашей эры, то есть до Христа, верно?

— Да, – сказал он почти извиняющимся тоном.

— Итак, ты родился в...

Когда она остановилась, чтобы посчитать, он избавил её от хлопот: – Я родился в 900 году до нашей эры.

Абриль молча смотрела на него, с трудом усваивая то, что он сказал. Если то, что он сказал, было правдой, Криспину было далеко за 2900 лет. Это было очень много. Безумно много. Это казалось ей просто безумием. Это не могло быть правдой.

— Ты выглядишь расстроенной, – сказал он несчастно.

Абриль начала качать головой, но потом остановилась. Она хотела сказать, что не расстроена, но не могла придумать, как описать то, что чувствовала в тот момент. Испуг. Шок. Уверенность, что всё это, должно быть, какой-то странный сон. Единственное, чего она действительно не чувствовала, – это ужас, что её весьма удивило.

Решив отбросить в сторону свои чувства по этому поводу и тот факт, что она целовалась и всё ещё жаждала мужчину, который был старше Америки, Европы и практически всего, что она могла себе представить, она сосредоточилась на более приемлемом факте и вернулась к исходной теме. – Ладно, значит, нахождение спутника жизни пробуждает интерес к еде и сексу. Что ещё?

Криспин уже открыл рот, чтобы ответить, когда её осенил другой вопрос, и она перебила его, сказав: – Подожди! Это из-за наночастиц целоваться и миловаться с тобой так возбуждает?

Он кивнул. – Спутники жизни испытывают удовольствие друг друга, а также своё собственное. Оно нарастает волнами, в конце концов захлёстывая их так, что они оба теряют сознание. Мы полагаем, что это из-за наночастиц.

— Чёрт, – выдохнула Абриль. Она избегала думать о том, что падала в обморок после каждой страстной встречи с Криспином. Первый раз в бассейне, потому что очнулась, лёжа на мужчине, и сразу же переключилась на другие вещи. Например, о том, что она лежит на мужчине. Её голова покоилась у него на груди, её пах прижимался к его, а тело мгновенно пробудилось и жаждало повторения.

Она не думала об этом после того, как проснулась в своей спальне от присутствия незваного гостя и потеряла сознание. К тому времени, как она проснулась с пульсирующей головной болью и доктором Дэни, склонившейся над ней, это уже практически вылетело из головы.

— Вернёмся к твоему вопросу, – сказал Криспин, привлекая её внимание. – Ещё один симптом – общие сны, которые у нас тоже были.

— Да, – подтвердила она. – Значит, ты считаешь меня своей спутницей жизни.

Он кивнул.

— Что это значит? – спросила она.

— Это значит, что ты единственный человек, с которым я мог бы счастливо провести свою жизнь.

— Одна из скольких? – спросила она. – Сколько ещё у тебя спутников жизни? Ведь говорят, что в море не одна рыба. Тогда и у бессмертного тоже больше одной спутницы жизни?

Криспин помедлил, а затем сказал: – Возможно, ты единственная. Некоторым бессмертным повезло найти второго спутника после потери первого. Но это не гарантировано. Возможно, ты единственная возможная спутница жизни, которую я когда-либо встречал.

— Почему ты говоришь «возможная»спутница жизни? Я твоя спутница жизни или нет?

— Я говорю «возможная», потому что ты можешь отказаться быть моей спутницей жизни, – мягко объяснил он. – Для меня ты – спутница жизни. Никаких сомнений. Однако я не могу заставить тебя согласиться стать моей спутницей жизни, так что ты – «возможная» спутница жизни. Я очень надеюсь, что ты согласишься стать моей спутницей жизни.

— Понятно, – пробормотала она.

Пока она обдумывала его слова, Криспин быстро успокоил её: – Я понимаю, что всё это для тебя в новинку, Абриль. И это слишком сложно, я знаю. Я не буду тебя торопить. Я не прошу тебя решить прямо сейчас, согласна ли ты стать моей спутницей жизни или нет. Я просто прошу тебя быть открытой и позволить мне ухаживать за тобой.

Абриль с удивлением посмотрела на него. «Ухаживать» – какоестаромодное слово.

— Но мы можем пока отложить это и заняться текущими проблемами.

— Проблемами? – неуверенно спросила Абриль. Интересно, какими именно, – подумала она. Ей казалось, что их слишком много. У дома – скелеты, в доме…в саду – скелет - один, а семь вампиров … или бессмертных, как они предпочитали себя называть, бродили по дому её босса, и на одного из них она всерьез запала.