Чтение онлайн

Направляясь к родной уже Гросвер-роуд, мисс Харрис призналась себе, что практически сбежала от Кеннета Дарлина.

Когда они вышли из ресторана «Рог изобилия», Кен планировал отвезти её домой, но Белла вдруг осознала — она не сможет ехать с ним в одном экипаже. Чувство стыда из-за своего поступка медленно поднималось из глубины души, затапливало, опаляло предательским жаром щеки и уничтожало. В данный момент у нее не находилось душевных сил как ни в чем не бывало смотреть во влюбленные глаза Кеннета, мило улыбаться и вести диалог.

— Я хочу пройтись, — обманчиво спокойным тоном сообщила девушка озадаченному Дарлину, который не ожидал подобного поворота. — В голове творится кавардак, нужно ее проветрить.

Мисс Харрис произнесла эти фразы тем особым тягучим голосом, действующим на Дарлина волшебным образом и пугающим ее.

— Активирую артефакт, и меня никто не увидит. Не волнуйся.

Едва Кеннет нахмурился, собираясь возразить, мисс Харрис с искусственной очаровательной улыбкой активировала кругляш, выданный Майклом Ридом, и быстрым шагом направилась прочь от того, перед кем чувствовала себя обманщицей.

— Белла! Что ты творишь? Вернись!

Но девушка лишь ускорила шаг. Несмотря на свою хваленую выдержку, известную всему Сент-Эдмундсу, которой она и сама всегда гордилась, сейчас та трескалась по швам, словно ветошь.

Мисс Харрис услышала за спиной решительные шаги — Кеннет пошел за ней, но в итоге в растерянности остановился, не увидев девушку. Белла обернулась, мазнула больным взглядом по суровому мужскому лицу. Дарлин хмуро озирался, ведь из-за амулета Рида не мог увидеть её.

— Белла! Что-то случилось?

«Случилось. Ужасное».

Белла не сомневалась, что Кеннет отправится вслед за ней в экипаже на Гросвер-роуд, поэтому решила изменить путь. Она решительно свернула в переулок, в который, по её мнению, экипаж Дарлина не сможет проехать — расстояние было слишком узкое.

Дорога выйдет на полчаса длиннее, но она успеет подумать обо всем, что случилось. И прежде всего о том, что оказалось самым болезненным.

Она. Обманула. Того. Кого. Любила.

Намеренно.

Более того, легко приняла решение об этом и быстро воплотила его в жизнь. Да, она совершила это не ради собственного благополучия. Ради спасения жизней тех, кто дорог. Но… нельзя строить отношения на обмане. Никогда. Она всегда так считала. За рамки её жизненной концепции, её принципов выходил лишь поступок со скрытием настоящей внешности.

Сейчас, когда она совершила роковой шаг, когда коварно обманула доверие дорогого сердцу человека, почти сразу поняла, что сделала ошибку, и раскаялась.

«Надо вернуться… найти его и все рассказать. Объяснить. Он разозлится. Но поймет и простит. Если узнает об этом сейчас. Иначе не простит. Не поймет».

Белла остановилась, глубоко вздохнула. Они ведь только помирились… И как примирились… Она до сих пор ощущала вкус мужских губ и помнила его горячие ладони.

Что же она наделала? Как, вообще, пришла в голову мысль применить к Кеннету магию сирены? Чем теперь она лучше Энтони Верта, который стирает людям память?

«Кен ничего не узнает. Как он догадается, глупая?» — пришло из глубины сознания, а по спине мисс Харрис пробежали ледяные волны. Они охватили хрупкую фигурку, замораживая и сковывая движения.

«Сиренам никто не указ», — царапнуло где-то глубоко внутри.

Захотелось избавиться от странной навязчивой мысли, которую словно кто-то нашептывал…

В ужасе девушка уставилась на крупную фигуру горожанина из среднего класса, которая надвигалась прямо на нее. Мужчина был выше на две головы, широкоплеч и, естественно, не видел её из-за магического кругляша. Он приближался размашистым шагом, о чем-то сосредоточенно размышляя, угрожая сбить её с ног.

Лишь в последний момент невероятным усилием воли мисс Харрис смогла скинуть ледяное оцепенение и отскочить в сторону. Ее трясло, тело прошиб холодный пот, ноги плохо держали. Она прислонилась спиной к зданию, рядом с которым стояла, и прикрыла глаза.

Мисс Харрис попыталась успокоиться и помочь себе целительной магией. Однако прошло достаточно много времени, прежде чем её перестало потряхивать, а в голове прояснилось.

Внутренним зрением в своем организме целительница обнаружила кое-что необычное. Голосовые связки больше не горели огнем и не светились серебристым светом. Тонкие серебряные нити, мерцая, словно ленивые змейки, продвигались по организму. Тот начинал светиться слабым серебристым светом.

Что это означало?

Магия сирены все больше завладевает ею?

У Беллы возникло сильнейшее желание остановить этот процесс. Она даже сосредоточилась на том, чтобы поймать магические нити и уничтожить их. Но память услужливо подбросила слова лорда Рида: если две магии вступят в конфликт, магия сирены, скорее всего, сожрет целительную магию.

— Выходит, повинуясь порыву, я загнала себя в ловушку, из которой нет выхода? — в отчаянии прошептала девушка.

Мисс Харрис захотелось закричать и постучаться затылком о стену здания. Слезы разочарования и обиды на собственную глупость огнем обожгли глаза.

«Нужно вернуться к Кену. И все ему рассказать».

Белла решительно отправила себе импульсы спокойствия, дождалась, когда те подействуют, и вышла из узкого переулка.

Она шла по широкой улице города, находясь под воздействием магии «кругляша Рида», жадно выглядывая экипаж Дарлинов. Ведь, возможно, что тот уехал недалеко? Кеннет, наверняка, надеялся, что она одумается и вернется.

Кеннет Дарлин…

Серые мужские глаза с золотыми всполохами встали перед мысленным взором. Наполненные восхищением и в то же время с непривычной для нее потерянностью и покорностью, поразившими до глубины души. Никогда раньше, за много лет знакомства, она не наблюдала такого выражения во взгляде гордого Кеннета. Наверное, никогда бы не увидела, если бы не древняя магия сирен.

«Вот, значит, как сирены завлекали в сети доверчивых моряков. Повинуясь магической силе волшебного сладкого голоса, те становились покорными желаниям морских красавиц».

Мисс Харрис ловко обходила встречных прохожих, которые спешили по своим делам, но ни Кеннета Дарлина, чью фигуру она узнала бы из тысячи, ни его экипажа не замечала.

Через некоторое время впереди нее остановился черный экипаж, за который зацепился её беспокойный взгляд. Возможно, потому что тот напоминал карету Дарлинов.