Чтение онлайн

Встреча старых знакомых была тёплой, если не сказать больше. Вначале, кумовья насильно предложили пришедшим выпить за здоровье молодых, потом за здоровье родителей. Следом последовали тосты за будущий урожай и ближе к концу, не придумали ничего умнее, чем выпить за удачный урожай прошлого сезона. Между тем, молодёжь развлекалась по раз и навсегда заведённым правилам: покупала торт, тамада устраивал конкурсы и настал психологический момент мести полы - у кого из молодых супругов скопится больше монет, тот и хозяин в доме. Молодожёнам со всех сторон сыпалась мелочь. Оба усердно махали вениками, сгребая её в свои кучи и стараясь переусердствовать, один другого. Монеты редко превышали достоинство одного рубля, но приглашённой бабульке из глухого отдалённого хутора и этого показалось много. Не выдержав, по её мнению, напора роскоши, она сбегала на улицу и принесла горсть родной земли. Размахнувшись изо-всех сил, старушка запустила её в центр событий, попав в жениха.

– Давай ещё пару раз, - равнодушно прокомментировал действо тесть.

Высказывание пропустили мимо ушей, а отцу невесты налили штрафной стакан, чтобы он циничными репликами не сравнивал свадебный ритуал с кладбищенским, а спал спокойным сном. Но, не тут-то было. В молодости он усиленно тренировался с гранёной штангой и сколько было толчков за его жизнь, не мог сказать никто, даже сам тесть. Навыки не растерялись и можно пропить всё, но мастерство - никогда. Да и тренировки не прошли даром. К себе в напарники он выбрал Мастодонта, как старого знакомого и все пришедшие, без исключения, поняли, что до утра, продолжить путь - не получится.

– Лучше бы обогнули эту станицу по параболе, - мрачно сказал Ворон Шмелю, делясь с ним невесёлыми мыслями.

– Да уж - пожалуй...

Отец невесты с Мастодонтом снова выпили за здоровье молодожёнов, да столько, что еле держались на ногах. Шмель оценил героический поступок сладкой парочки и сказал Ворону:

– В отличие от вновь возникшей семьи, в которой, время от времени, всё-равно будут возникать разногласия и взаимные претензии, у наших героев, к продукту горения, навсегда останется стабильная любовь и неувядающее влечение.

– Семья, - хмуро отозвался Ворон.
– Когда хочешь ты - это насилие, а когда хочет баба - это любовь...

Для чего он это сказал, собеседник так и не понял, но усвоил, что это из личных, Ворона, переживаний.

Лужа, оставшаяся от прошедшего дождя, занимала пол-улицы. Куда понесло тестя с Мастодонтом - неизвестно. На столе всего навалом, поэтому мысль о том, что они отправились за добавкой, имела под собой нелепое обоснование, хотя, нашим людям спиртного всегда мало. Умом пьяного не понять - надо быть в таком же состоянии. Не исключено, что они отправились в магазин или в закрома отца невесты. При попытке обогнуть зеркало искусственного водоёма, оно показалось обоим слишком широким, чтобы идти в обход. Тесть принял решение форсировать водную преграду вброд, а Мастодонт переоценив свои силы, попытался лужу перепрыгнуть. В неё он упал так, как ныряет пловец с тумбы в бассейн. Создалось впечатление, что человек-невидимка молча влупил ему пинка, без всякого напутствия, а так - из чисто наилучших хулиганских побуждений. Дикий вой новоявленного "Ихтиандра", барахтающегося в луже, огласил улицы гуляющей станицы. Подбежавший Бегемот подбадривал пловца: "Руками активнее работаем! Дыхание держим!" "Чего он там делает?" - удивлённо спросил один из гостей. "ГТО сдаёт!" Федя держался за руку, а мгновенно собравшийся консилиум врачей-самоучек констатировал возможный перелом конечности. Чтобы не гадать на кофейной гуще, наиболее трезвые члены экипажа повели его в местную клинику, располагавшуюся неподалёку, которая оказалась пустой. "Все ушли на свадьбу!" - гласила короткая записка на двери. Пришлось Ворону возвращаться назад. Там, на его призыв отозвался фельдшер. "Местный травмпункт при сельской клинике, - подумал Вова.
– Без стакана, тут уже не разберёшься, кто при ком находится. Всё в одном здании и фельдшер один, которого взяли прямо со свадьбы. Могли бы никуда и не ходить!" Врач, гулявший тут же и на той же самой свадьбе и которого взяли в помощь фельдшеру, без всякого рентгена констатировал ушиб руки. После перевязки, он посоветовал Мастодонту сделать весьма эффективную примочку, обписав бинт ушибленной культи собственной мочой.

Шмель оценивающе оглядел помещение и спьяну заявил:

– Док, отсыпь гипса с пару кило.

– А чем я больных, с повреждёнными конечностями, гипсовать буду?

– В асфальт закатаешь!
– засмеялся проситель, но всё же отказался от идеи разжиться порошком, который он намеревался пустить на разнообразные формы.

Пьяный снаружи, Шмель трезво оценил умом возможное приобретение и согласился сам с собой, что таскать на спине лишний вес, не самая удачная идея.

Мимо клиники прошли мама с дочкой. Последняя поглядела на дверь и вспомнила существенную деталь:

– Мама, пятнадцатого числа нам будут делать две прививки: от "Краснухи" и ещё от чего-то, не помню от чего...

– По логике вещей, вторая должна быть от "Водяры", - засмеялся Ворон и потащил шатающегося Мастодонта на продолжение банкета.

Это было не самым разумным решением, но что делать дальше, Вове в голову ничего не приходило.

Сквозь пелену винных паров, Лис с удивлением разглядывал туфовый блок в каменной ограде приусадебного хозяйства. Он был весь испещрён непонятными символами. Некоторые, из них, в темноте светились зелёным светом. По всему было видно, что этим блоком заменили старый. Это легко определялось по разнице в цвете и по осколкам прежнего камня, валявшихся тут же. По всей видимости, пьяный тракторист, не справившись с управлением и не найдя подходящего обрыва, с которого можно сигануть в реку, вместе с трактором, поломал забор односельчанину.

С утра головы трещали и гудели, как церковные колокола. Вяло опохмелившись и слабо закусив, стали собираться в путь, справедливо рассудив, что в дороге, под тяжёлыми рюкзаками, остатки хмеля сами выветрятся. Трудотерапия - самое лучшее средство, желательно совместно с парилкой, но от бани исходил космический холод, а времени на её растопку просто не оставалось. Иначе здесь вполне можно было обосноваться надолго и даже жениться по-новой.

Спешно покинув стонущее поселение, товарищи держали путь в сторону стройки. Терминатор помог Мастодонту снять наложенную повязку, которая нещадно воняла. Вчера, повинуясь благостному порыву и рекомендации доктора, её окропили все, кому не лень. Лариска еле успела покинуть место лечения, чтобы не видеть этого безобразия, хоть её и пытались удержать. Барбариску даже склоняли к участию в лечении недавно обретённого друга... Рука у Феди была синей, но, всё-таки, вполне дееспособной. Многочисленные гематомы говорили о несовершенстве дорожного покрытия в сельской местности, имевшего множество мелких камней, скрытых предательской лужей. Гена Лектор критически оглядел конечность своего товарища и с сожалением сказал:

– Надо было навестить эскулапа напоследок. В клинике...

– Диплодок сморщился, как урюк под южным солнцем и сплюнув, возразил:

– Чего его в больнице навещать?! Я с ним на прощание выпил на брудершафт. Всё там же - на свадьбе...

– Хорошо начали!
– развёл руки в стороны Терминатор, давая понять, что нет слов.
– Хочу всем напомнить, что мы сюда не за этим приехали! Напиться я и дома могу... И с большим успехом...

Лектор подхватил идею и до конца привала все прослушали избитые истины: и о вреде алкоголизма для личного здоровья, и о потере собственного лица и далее - в том же духе.

Синее небо не предвещало никаких катаклизмов, но, все по очереди поднимали головы вверх, опасаясь повторения неожиданной перемены погоды. Ни туч, ни облаков - не было. Солнце, поднимаясь к зениту, припекало и товарищи предпочитали передвигаться перелесками, под сенью деревьев. Тени становились короче, а воздух горячее.

– Привал!
– скомандовал Лёша Диплодок, который устал от бесконечной болтовни Гены Лектора.
– Во-первых, он мне все уши прожужжал, а во-вторых, идти ещё примерно столько же. Необходимо отдохнуть, да и вчерашние похождения дают о себе знать.

– Намёк понял, - обречённо отозвался Ворон, скидывая рюкзак на траву и доставая из него ядовитое лекарство.

Крот с Жуком было отправились на поиски дров, но их самоотверженный героический пыл, Лис остудил банальной фразой:

– Мы здесь на полчаса - не больше. Какой смысл разводить костёр?

Солнце припекало, изумрудная зелень радовала глаз, а людей на поляне охватила эйфория, после принятия лекарства. Идти уже, решительно, никуда не хотелось. Голубизна неба у горизонта, ближе к зениту, переходила в пронзительную синь. По ней ветер подгонял невесомые кучерявые облака, лишённые бренных забот. Ни прошлого, ни настоящего, ни будущего... Газообразным субстанциям всё едино - они находятся вне времени и пространства, хоть физически и пребывают в нашем измерении. Наших героев, из трёх перечисленных временных критериев, интересовало только последнее и может быть, частично - настоящее. Так как оно меняется каждое мгновение, не стоя на одном месте, как Ларискино настроение, то и внимания на него не обращал никто. Пусть идёт, как идёт, а там видно будет...

Рано или поздно, всё кончается. Так и отдых подошёл к своему концу. Хочешь - не хочешь, а идти было просто необходимо, чтобы достойно подготовить подходящую стоянку к ночлегу: поближе к объекту, но, подальше от его охраны.

Перелески, сменяемые возделываемыми полями, сменялись на луга, пока не показалась небольшая речка, к которой и вёл сталкеров Мастодонт. Стройка виднелась вдалеке и выглядела настолько же нелепо, как небоскрёб посередине пустыни. Никаких подвижек в бинокль обнаружить не удалось и Федя пояснил: