Чтение онлайн

— Грузимся, — распорядился я. — Остальные, отходим от берега.

Моя боевая четверка, разувшись, полезла в воду. Когда мы забрались на катамаран, я свистнул, мысленно призывая своих подданных из глубины, и ихтиандры незамедлительно облепили корпус со всех сторон. Повинуясь команде огибать остров и не агриться на людей, заработали мощными ластами в едином ритме. Вода вскипела от десятков перепончатых конечностей, толкающих нашу посудину вперед с приличной скоростью. Держа перед собой Карту Жатвы, я управлял движением.

Карлос сидел на левом носу, руки в наручниках были заведены за спину, и таращился на зомби-буксиров с выражением человека, увидевшего невозможное.

— Пресвятая Дева Мария… — прошептал он. — Вы ими правда управляете, как они говорили…

— Сиди тихо и показывай дорогу, — бросил я, устраиваясь поудобнее. — И молись своей Деве Марии, чтобы мы добрались без приключений.

Катамаран шел ходко, рассекая волны с негромким плеском. Берег поплыл назад, и вскоре рыбацкая деревня с нашей базой скрылась за поросшим пальмами мысом.

Маршрут лежал вдоль южного побережья острова, мимо мест, которые я уже успел узнать за эти безумные недели. Справа тянулись джунгли, темнеющие плотной зеленой стеной, слева расстилалось открытое море, окрашивающееся в золото и багрянец под лучами заходящего солнца.

Первым показался «Маглаяг», точнее, то, что от него осталось. Выжженные руины отеля, обугленные стены и провалившаяся крыша напоминали о временах, когда мы с Сергеичем искали там антибиотики для умирающего Макса.

Потом на горизонте вырос маяк, его черный силуэт четко вырисовывался на фоне багрового неба.

— Частные виллы впереди, — подал голос Карлос, кивнув в направлении берега. — И еще отели, э… не помню, как его. Держитесь дальше от берега, сеньор. Там гнездо тошноплюев, они плюются кислотой на триста метров.

— Бери выше, — усмехнулся я. — На километр!

Вика что-то вспомнила и хмыкнула, скривив губы в невеселой усмешке.

— Голубая вилла с красной комнатой, — сказала она. — Помнишь, Ден?

— Помню, — коротко ответил я, предпочитая не углубляться в воспоминания о том, что мы там видели.

Рамиз вопросительно посмотрел на нее, но Вика только отмахнулась.

Мы обогнули юго-восточную оконечность острова, где скалистый берег, неприступной стеной делящий остров на две части, уступил место пологим пляжам. Небо потемнело, наливаясь густой синевой, солнце утонуло в море, оставив после себя только тлеющую полосу на горизонте. Я открыл Карту Жатвы и изучил обстановку впереди: желтая зона, относительно безопасная, но ближе к городу начиналось сплошное красное пятно, означающее высокую концентрацию бездушных.

— Дым! — воскликнул Рамиз, указывая вперед. — Смотрите, вон там.

На северо-востоке, где должен был располагаться пригород Мабанлока, в темнеющее небо поднимались столбы черного дыма, подсвеченные снизу отблесками пламени. Что-то горело, причем серьезно. Или кто-то с кем-то воевал, что в данных обстоятельствах было примерно так же хреново.

Когда окончательно стемнело, катамаран вошел в устье реки, оставляя за кормой открытое море.

Вода здесь была совсем другой, непохожей на чистую морскую. Мутная, густая, с радужными разводами на поверхности, она несла запах канализации, химикатов и чего-то гнилостно-сладкого, так что хотелось зажать нос и дышать через рот. Впрочем, тогда пришлось бы это пробовать на вкус, что было еще хуже.

Вдоль берегов громоздились остовы лодок, лежащие на боку или перевернутые вверх дном, торчали из воды ржавые крыши затопленных машин, темнели баррикады из мусора, сооруженные кем-то в первые дни Жатвы и давно заброшенные. Потом все это раскидал недавний ураган.

Карлос указал головой вперед, стараясь не делать резких движений.

— Мост, — сказал он. — Видите, сеньор?

Я видел. Две бетонные опоры торчали из воды, как гнилые зубы, пролет между ними давно обрушился, и куски арматуры свисали вниз подобно сломанным костям. За мостом выше по течению из заросшего кустарником склона торчала бетонная труба диаметром метра два, в точности как описывал Сергеич в своих корявых сообщениях.

Я свистнул условным сигналом, прислушиваясь к эху, отразившемуся от бетонных стен.

Тишина. Только плеск воды и далекий треск пожаров.

Свистнул снова, громче и настойчивее.

Из трубы донесся ответный свист, потом надсадный кашель, а следом знакомый хриплый голос, от звука которого у меня отлегло от сердца.

— Ден? Гадом буду, дождались!

Сергеич появился в темном проеме трубы, держась одной рукой за край, и даже в сгустившихся сумерках я увидел, насколько он изменился с нашей последней встречи. Половина лица почернела, словно обугленная, правая рука висела вдоль тела бесполезной плетью.

За его спиной показались еще трое. Вечный — бывший полицейский, с которым мы познакомились в плену у «Железных псов», — опирался на самодельный костыль, сооруженный из какой-то трубы, нога была туго перевязана грязными тряпками, лицо посерело от боли. «Индеец» Дак выглядел осунувшимся и измотанным, с запавшими глазами и щеками. С ними был парень с безумным взглядом, который наверняка являлся тем самым Маурисио из «Ковчега». Система это подтвердила: двадцатидвухлетний претендент 9-го уровня.

Еще один рахит, блин, когда так не хватает толковых бойцов!

— Давай, Пролетарий! — крикнул я, подгоняя ихтиандров к самой трубе. — Прыгайте!

Сергеич помог спуститься Вечному, придерживая его здоровой рукой. Рамиз перегнулся через борт, схватил раненого за шиворот и рывком втащил на катамаран, укладывая на дно. Следом перебрался Дак, двигаясь с осторожностью человека, экономящего каждое движение. За ним Маурисио, который прыгнул с неожиданной для его состояния резвостью и приземлился на четвереньки, озираясь безумными глазами. Смуглый, невысокий, с дредами. Рот его напоминал разрез от уха до уха и больше походил на обезьяний.

Я протянул руку Сергеичу, готовясь принять его на борт.

И тут из глубины трубы раздался звук.

Низкий. Вибрирующий. Заставивший воду вокруг катамарана пойти мелкой рябью.

Вечный дернулся, его глаза расширились от ужаса.

— Пугач сдох! — заорал он.

В черноте трубы вспыхнули глаза. Много глаз, отражающих тусклый свет звезд. Десятки светящихся точек. И они приближались с пугающей скоростью.

Сергеич прыгнул, не дожидаясь повторного приглашения. Я поймал его в воздухе, и мы оба повалились на катамаран, больно ударившись о деревянный настил. Из трубы, словно гной из вскрытого нарыва, выплеснулась первая тварь.