Чтение онлайн

— Мы практически в самом центре сектора. Квест выполненным не считается. По идее, нам надо к тому зданию.

На мгновение туман рассеялся — или истончился, — и дальше проступили очертания чего-то непонятного, сверкающего, цельнометаллического. Объект на мгновение показался и снова скрылся в белесой дымке.

— Ходу, — скомандовал Вечный и осторожно, на цыпочках, направился дальше.

То ли мне показалось, то ли на самом деле асфальтовая дорожка стала неровной. А может, на нее просто что-то было накидано. В любом случае скоро увидим.

Дак поравнялся с Вечным, и они возглавили группу. Дальше, скрывая обзор, шли Тетыща и Сергеич, потом я и Маурисио, Карлос, Рамиз и, наконец, Вика.

Крош на плече утробно зарычал. Донесся возглас Вечного:

— Пресвятая Дева Мария!

Путь нам преграждала металлическая труба цвета хаки, торчащая из какой-то опоры под углом в сорок пять градусов. Подойдя поближе, я понял, что никакая это не труба. Это ствол бэтээра, который оказался каким-то чудом вмурован в землю.

Сергеич выматерился.

— Как он туда попал? — хрипнул Рамиз.

— Попал, — ответил Тетыща, обходя погребенный бэтээр.

О чем-то похожем я читал в детстве, но уже не припомнил, насколько серьезным был источник. Проводили какой-то там эксперимент… филадельфийский, вспомнил!

— Кто тут людей искал? — спросил Тетыща, остановившийся напротив стены.

Все подошли к нему, я тоже. Первое, что увидел, — торчащую из стены мумифицированную руку и обвисший рукав камуфляжной куртки. Пальцы намертво сжимали рукоять пистолета, будто хозяин пытался отстреливаться. А дальше — чудовищные инсталляции из металлических пластин, сплющенных черепов, изогнутых костей. Чье-то лицо застыло в беззвучном крике, наполовину утопленное в бетоне. Рядом торчало туловище без головы, из груди которого торчал кусок арматуры, словно они срослись воедино. И все это в стене, будто кто-то взял людей и технику и просто впечатал в материю.

Вот, значит, как выглядит филадельфийский эксперимент вживую. В детстве я читал об этом как о байке, городской легенде. Матросы, вплавленные в переборки корабля. Думал — выдумки. А теперь стоял и смотрел на доказательство того, что пространство умеет складываться, как бумага, захватывая все, что попадется на пути.

И нас оно тоже может захватить. В любой момент.

Маурисио судорожно перекрестился, отступая на шаг. Дак сплюнул и выругался на тагальском — длинно и витиевато.

— Пропавшая экспедиция, — прошептала Вика, собралась сделать шаг вперед, но Крош на моем плече заорал благим матом.

— Стоять! — велел я. — Дальше может быть опасно.

Сопящий за моей спиной Карлос на пару мгновений затих, а потом вдруг как ломанется назад! Да не на склад, а вдоль забора. Вечный вскинул автомат, и в этот миг время растянулось, как резина.

Карлоса подбросило. Раскрутило. Я увидел, как его тело изгибается под невозможным углом, разрывается ткань куртки, как что-то невидимое перемалывает его, словно мясорубка. Хруст костей. Влажный чавкающий звук. Короткий захлебнувшийся крик.

Брызнула кровь, и вниз упала лишь его голень и стопа в ботинке. Остальное исчезло — просто растворилось в подрагивающем воздухе.

— Матерь божья, — прошептал Вечный, опуская автомат.

Маурисио согнулся пополам, и его вырвало прямо на асфальт. Никто не стал упрекать.

— Куда он делся?

— Трудно сказать, — ответил Тетыща и огляделся. — Надо проверять путь.

Он высыпал патроны на ладонь, бросил перед собой. Дзынь! Упал — значит, идти можно. Мы продвинулись вперед, держась группой. А вот второй патрон исчез, не долетев до земли, и я различил странное мельтешение в тумане, будто бы он пикселился. Крош заорал и выгнул спину дугой: нельзя, мол, туда! Совсем мертвый будешь.

Тетыща бросил патрон налево, но звука падения не дождался. Я решил проверить свое предположение, шагнул назад — котенок вел себя спокойно. Сделал шаг налево — Крош заорал и вздыбился.

— Он чует опасность, — сказал я, почесав кота за ухом. — Да, Крош? Хотя какой ты Крош — огромный матерый котяра. Костя, глянь, что там справа.

Прежде чем Бергман кинул патрон, я сел на корточки, всматриваясь в туман и силясь распознать характерную рябь.

И вдруг Крош заорал сиреной, развернулся на плече и уставился вперед, туда, куда не долетел патрон. Все сбились в кучу, не понимая, что происходит. Я остался на корточках и заметил, что рябь пришла в движение и смещается в нашу сторону. То ли она «бродячая», то ли ее и правда кто-то на нас насылает.

Вставая, я невольно попятился, а развернувшись, заметил, что и позади туман подозрительно сгустился. Кот продолжал орать, а потом вдруг спрыгнул с плеча и рванул в сторону, остановился возле стены, где замуровало экспедицию вояк, — типа: идите за мной! Ну что же вы! Вот же я! Я показываю, куда нужно.

— За ним! — скомандовал я. — Быстро!

И побежал за котенком, убеждаясь, что все эти ловушки — динамические. Тетыща без раздумий рванул за мной, следом — остальные.

Обежав здание, мы остановились как вкопанные, потому что увидели будто бы разрубленный пополам объект: два притертых друг к другу металлических диска.

— Это что, НЛО? — удивился Дак. — Гляньте-ка: НЛО! Его как будто разрубили лазерным мечом!

— С гипердвигателем, — сказал Рамиз. — Вот пространство и искривляется. Я в детстве фантастику любил.

— Ну что, — спросила Вика у меня, — тебе засчитали квест?

— Пока нет, — мотнул головой я. — Похоже, нам нужно внутрь.

Котенок без раздумий побежал к объекту, а я направился за ним.

Глава 19

Долбанет — не долбанет

— Стоять! — крикнул Тетыща, когда я устремился за котенком.

Его голос стегнул кнутом, и я остановился, повернул голову. Он покрутил пальцем у виска.

— С ума сошел? Это же животное! У него нет разума, откуда ты знаешь, что он правильно бежит?

— Ну, бежит же, — сказала Вика, глядя на остановившегося котенка. — Нормально бежит. Крошик, ты там осторожнее!

Дак поддержал мое решение двигаться за питомцем, но очень своеобразно:

— Если он неправильно побежит, сразу хрясь — и кишками наружу. Так что нам бояться нечего.

— Или просто пропадет, как Паскуда, — предположил Рамиз. — Интересно, куда он делся?

— Лучше нам этого не видеть, — сказал я.

— Разрядит ловушки, — задумчиво проговорил Дак. — А направление он выбрал правильное.

Молча развернувшись, я последовал за котенком.

Траектории движения он выбирал странные: то по прямой, то в обратную сторону, то остановится — и полукругом. Все молчали, слышно было лишь, как шелестит одежда и Сергеич шумно дышит. Стоило всмотреться в туман, куда котенок не пошел, и становились видны едва заметные завихрения, а кое-где — мерцание.