Чтение онлайн

— Привет, Хасым, я — автор этого сценария, Виктор Доценко! Это тебе — на память! — подписываю ему сценарий, вручаю. — Было бы неплохо узнать твое мнение.

— Прочитаю, скажу… — внимательно посмотрев на меня, говорит Хасым и добавляет: — Завтра приходи…

Назавтра вхожу к нему в камеру:

— Привет, Хасым!

— Привет, режиссер! — Хасым хитро улыбается, заметив мое удивление: тюремная «почта» сработала быстро — даже кличку мою доложили. — На «пятерке» долго парился?

«Пятерка» — моя бывшая колония в Новотроицке под Оренбургом.

— На «пятерке» — два года, потом на «четверке» в Плесецке под Архарой (Архангельск), два с половиной…

— По сто семнадцатой, значит? — Он посмотрел на меня в упор.

— Менты подставили… Два года как реабилитировали…

— Знаю! — Он улыбнулся и пожал мне руку. — Чифирнешь?

После такого предложения я понял: все будет хорошо. Хасым налил в стакан из пол-литровой банки чифирь, а я положил перед ним две пачки «Космоса». Раскумарились. Закурили.

— Я прочитал твой сценарий. Понравился. Не ментов-скґой! Снимай спокойно: мои помогут! Только пусть этот «кучерявый» не очень суетится здесь и снимает правильно! Тебе — верю, ему — нет!

Я понял, что «кучерявый» — это Саша Муратов, и был несколько удивлен, что Саша, ничего мне не сказав, пытался выйти на Хасыма…

После одобрения Хасыма съемки пошли нормально, и все работники съемочной группы так примелькались, что на вахте перестали делать обычный шмон. Осветители так обнаглели, что решили подзаработать: получив от зеков деньги, затарили в свои приборы целый ящик водки, а их накрыли. С большим трудом удалось уговорить начальство колонии продолжать съемки, но шмоны стали тщательными и регулярными.

Убедившись, что Саша Муратов снимает в моем ключе, я перестал стоять у него над душой, и напрасно. То ли у Саши, то ли у «Мосфильма» не хватило смелости снимать так, как было в сценарии, и многие острые моменты просто испарились. Кроме того, игра одной из актрис выпала из ансамбля, и Саше пришлось сокращать психологически важные сцены и менять финал. Хотя все, кто читал сценарий, соглашаются, что он сильнее фильма, зрители тепло его приняли, и он стал самым кассовым фильмом года.

Студию завалили письмами с просьбами о продолжении, и я стал писать сценарий-продолжение на этот раз твердо для себя. На съемках познакомился с каскадером Васей Шлыковым. В прошлом он участвовал в военных действиях за пределами нашей страны. Демобилизовавшись, долгое время не мог найти себя и работал банщиком, пока кто-то не пригласил его на студию. Он внешне полностью соответствовал моему представлению о Савелии. Ко всему прочему Василий неплохо владел искусством рукопашного боя. Дал ему почитать синопсис своего сценария, и дня через три Василий звонит мне и говорит, что показал синопсис Ролану Быкову, который сейчас лежит в ЦКБ. Ему синопсис настолько понравился, что он завтра на несколько часов выйдет из больницы для встречи со мной.

Быков тогда уже организовал Центр детского и юношеского кино и получил огромное здание на Чистых прудах.

Встречаемся. Ролан Анатольевич смотрит на меня и говорит:

— Очень знакомо ваше лицо… Откуда?

Представляете, прошло почти четверть века, а он не забыл мое лицо. Напоминаю тот давний эпизод из шестьдесят шестого года, когда на съемках «Доктора Айболита» он, ткнув мне в грудь пальцем, сказал:

— Его не гримировать!

Ролан Анатольевич посмеялся, а потом и говорит:

— Мне очень понравился твой сценарий: давно не читал ничего подобного! Есть, конечно, и замечания, но с ними легко справиться! Значит, так: сейчас подписываем с тобой договор — и в путь! Деньгами не обижу! Согласен?

— Ролан Анатольевич, согласен, но только при одном условии…

— Говори!

— Этот фильм я хочу снимать сам! — твердо произнес я.

— Что у тебя есть показать?

— Дипломная в одну часть и музыкально-художественный фильм об Андрее Петрове, снятый на телевидении.

— «Нужна хорошая мелодия», так, кажется, помню: добротная картина… — Он задумчиво постучал по столу. — Ладно, попробуем рискнуть: больно сценарий мне нравится!.. У меня в Центре есть отделение каскадеров, которое возглавляет Аристов, я отдаю все отделение твоему фильму, а Аристов пусть руководит трюковыми съемками…

Этот талантливый человечище, до самых последних дней продолжавший работать, сразу увидел в сценарии воплощение будущего фильма. Как жаль, что вокруг этого исключительно талантливого человека вились бездарные личности, которые, кроме интриг, ничем не умели заниматься.

С энтузиазмом я принялся за подготовительную работу! Со сколькими талантливыми актерами и актрисами я познакомился, выбирая близких мне по духу! Подыскивая актера на главную роль, в первом резерве держал Василия Шлыкова. Единственное, что меня удерживало, — он не был профессиональным актером. Серьезным претендентом на роль Савелия был прекрасный певец Александр Малинин. Во всяком случае, мне он очень нравился. Однако тогда прическа у него была с длинным хвостом, которую он наотрез отказался менять. Но киномиру хватило и одного Сигала. К слову, расстались мы с ним без взаимных обид.

Многих людей я увлек и заинтересовал, чтобы удешевить и облегчить работу над фильмом.

Благодаря старым связям, выбил двадцать «Жигулей» в Тольятти для разнообразных трюков, заручился через знакомых космонавтов поддержкой военной авиации и так далее. Лень перечислять…

Видимо, чисто интуитивно я ожидал какого-то подвоха буквально с первых дней работы и потому не получил не только гонорар за сценарий, но не брал и зарплату, которую бухгалтерия регулярно переводила на мой депонент. Проработал я так месяца четыре. И вдруг начинаю замечать, что, ссылаясь на Р. Быкова, вмешиваются в сценарий, в режиссуру. Я долго терпел, а потом пошел к Быкову, но подготовку уже провели, и Ролан Анатольевич выразил сомнение, что я справлюсь самостоятельно, и просил подумать.

Все сначала! Но второй раз я ошибки не допущу! Главное — никаких резких движений не делать: денег-то на картину у меня нет! Как-то мне понадобились в бухгалтерии некие документы. Иду, ищу и вдруг натыкаюсь на два договора: с Аристовым и со Шлыковым. Первый, оказывается, не только соавтор сценария, но и сорежиссер, а Василий назначен режиссером-постановщиком трюковых съемок. Подписано самим Роланом Анатольевичем. Это был настоящий шок для меня! За моей спиной, то есть за спиной главного человека на фильме, проворачивается такая пакость.

Я, естественно, не стерпел. В официальном послании Ролану Быкову пишу, что коль скоро на первых этапах создания фильма со мною поступили так непорядочно, то не считаю возможным продолжать работу над фильмом в Центре. А поскольку не получил ни гонорара за сценарий и ни копейки за режиссуру, прошу считать это послание официальным уведомлением о том, что разрываю договор в одностороннем порядке. Отослав его, уехал из Москвы.

Меня пригласил отдохнуть на юге Владимир Ильин: не известный театральный актер, а высокий красавец, владеющий искусством восточных единоборств. Он тоже был одним из претендентов на роль Савелия.