Чтение онлайн

–  Я оставлю ключ под дверным ковриком.

–  О, радости и безопасности жизни в маленьком городке! Как я упустила это из виду!

–  Паркер, когда мне понадобятся ваши комментарии, я обращусь к вам за ними.

–  Да, сэр, - ответила она, но покаяния в ее голосе не было слышно.
– Что-нибудь еще?

На секунду Джейсон испытал некое чувство вины за свою вспышку. Сказать по правде, слишком многое в его упорядоченном мире проходило мимо него.

–  У вас есть платье для завтрашнего вечера?
– спросил он, пытаясь смягчить свой диктаторский тон.

–  Вы купили мне его, очень дорогое.

–  Хорошо, - одобрил Джейсон. Потом, не зная, что сказать еще, и услышав в трубку смех на другом конце провода, не попрощавшись, отключил телефон.

И тут же сделал еще один звонок, пригласив собеседника к себе.

–  Так, так, так, - проговорила Милдред Томпкинс, когда Джейсон с Максом на рука открыл ей дверь.
– Так, значит, вы и есть тот самый ангел, о котором так много говорит Эйми. Да не стойте же в дверях, дайте мне войти в дом, здесь холодно.

–  Вы ведь не скажете ей, не так ли?
– спросил Джейсон, и это прозвучало, как просьба маленького мальчика не говорить матери о его проказах.

–  О том, что ее «голубой» ангел хранитель в действительности один из богатейших людей в мире?

–  Не совсем так. И, прежде чем вы спросите, я скажу вам, что я вовсе не миллиардер.

–  Иди сюда, дорогой, - позвала Милдред внука, и тот потянулся к ней.
– Так, может быть, вы скажете мне, что здесь происходит? Почему вы маскируетесь под гомосексуалиста, когда мне известно, что вы не пропускали ни одной юбки в Абернети, когда учились здесь в институте, и что у вас много «домов» по всему миру?

–  Я смотрю, вы совсем не изменились, - улыбнувшись, сказал Джейсон, очарованный зрелищем глянцевой массы волос на голове Милдред. Их пряди переплетались в замысловатый узор прически, которую не нарушил бы даже ураган.
– И по-прежнему всюду суете свой нос.

–  Я заинтересована в судьбе Эйми, - просто ответила Милдред.
– И желаю ей всего только самого наилучшего.

–  После Билли здесь нет никого, кто мог бы дать ей это?

–  Это был удар судьбы, и вы это знаете. У моего сына могли быть свои недостатки, но он сделал в своей жизни одно хорошее дело: женился на Эйми и произвел вот этого ребенка.
– Она обняла Макса, поцеловала, отвела его руки от своих очков и продолжила:

–  Нет, я не права. Он сделал еще одно хорошее дело. В ночь своей смерти Билли был пьян, очень сильно пьян, и гнал на машине со скоростью под шестьдесят миль по старому извилистому Прибрежному шоссе. Но оказался достаточно трезв - и достаточно добр, - чтобы направить машину в дерево вместо автобуса, полного детей, возвращавшихся с бейсбольного матча.

–  Билли мне всегда нравился, - мягко сказал Джейсон.

–  Я это знаю, и вы всегда были добры к нему. Вот почему я пришла сюда, чтобы увидеть своими глазами, как вы уживаетесь с Эйми. Эйми - лучшая из женщин. Она видит хорошее в людях. Поймите меня правильно: она не из тех идиоток, которые думают, что любой, у кого нет хвоста и рогов на голове, хороший человек. Эйми умеет видеть хорошее в человеке, в котором другие его не видят. И ее вера в людей заставляет их очень стараться быть лучше. Может быть, если бы Билли не умер, она сделала бы из него что-нибудь хорошее. Но тогда… О, лучше не говорить о покойном плохо. Билли оставил после себя прекрасную жену и Макса.
– Милдред вскинула голову.
– Ну а теперь вы хотели рассказать мне о том, что происходит и почему вы живете у моей невестки в этой старой развалине?

Джейсон проигнорировал ее вопрос.

–  Не хотите ли вы посидеть завтра с ребенком? Мне необходимо кое куда съездить. Милдред прищурилась, глядя на Джейсона.

–  Как вы знаете, в последние дни произошло много странных вещей, например, вроде покупки кем то детского магазина и «Кэнделлайт гаунз», и…

–  Что? Кто-нибудь купил и магазин готового платья?

–  Да. Тот самый магазин в отеле «Карлтон», что выставил сегодня в лотерее платье от «Диора», но мы знаем, что такой магазин, как «Кэнделлайт гаунз», не может позволить себе операцию с единственным платьем от «Диора». Известно ли вам, сколько стоит это платье?

–  Кажется, мне говорили, - мрачно ответил Джейсон.
– Скажите, вы слышали имя покупателя этого магазина платьев?

Милдред улыбнулась, тряхнув перед Максом погремушкой.

–  Известно только то, что он из Нью-Йорка. Знаете ли вы о том, что владелец магазина был вашим старым футбольным соперником? Кажется, я помню одну игру, когда вы должны были дать ему пас, но не сделали этого. Вместо этого повели мяч сами и забили выигрышный гол. Как звали того парня?

–  Лестер Хиггинз, - угрюмо ответил Джейсон.

–  Вот именно. Он женился на девушке, чей отец был владельцем этого магазина, и Лестер годами пытался им завладеть, но это ему не удавалось.
– Милдред смотрела на лицо Джейсона, и улыбка ее становилась все шире.
– Значит, теперь он наконец нашел кого-то, кто смог вырвать у того из рук этот магазин. Кто мог себе это позволить?

–  Не смотрите на меня. Я привык быть богатым, но когда приехал в Абернети, мои ресурсы резко истощились.

–  Разве в Кентукки можно сделать прибыль на магазине готовой одежды, даже использовав в качестве рекламы платье, цена которому двадцать тысяч долларов?

Джейсон вдруг ухмыльнулся Милдред.

–  Вы действительно самая пронырливая сплетница во всех четырех графствах. Так вы посидите завтра с ребенком?

–  Чтобы вы смогли отправиться на Белринджерский бал? Я слышала, что за использование посадочной полосы для вашего реактивного самолета Джесси Грину заплачено столько, что он подумывает об уходе на пенсию.

Джейсон тяжело вздохнул.

–  Ладно, ваша взяла. Вы получаете сплетню, а я человека, который присмотрит завтра за Максом. Сделка состоялась?

–  Разумеется. Позвоните и закажите пиццу, а я пока достану из машины бутылку «бурбона». Бесполезно искать вино в доме, Эйми. Она наверняка боится, как бы Макс не выпил вина.

–  Вы не изменились, Милдред. Ни на йоту.

–  Как и вы, - улыбаясь, согласилась она.
– А ведь вы всегда были моим любимчиком.

–  Вместе со всеми другими парнями в этом городе, - добавил Джейсон и, улыбнувшись, взялся за телефонную трубку.

–  Если бы ты видел, как он играет с Максом!
– говорила Эйми.
– Он может заставить того ползать по двадцать минут кряду, его терпению нет конца. И когда он рядом, все идет хорошо. Я выигрываю вещи, делаю выгодные покупки… Я уже рассказывала тебе о том, как он гладил белье и дал мне выспаться?

–  Уже дважды, - подтвердил Дэвид, глядя в свою тарелку с салатом.

–  О, извини. Но что правда, то правда: я никогда не жила с таким неэгоистичным человеком. Не то чтобы я действительно с ним жила, но… да ты сам знаешь… - Эйми умолкла и, отодвинув вилкой латук, подумала о том, что у мистера Уилдинга с Максом на обед.

–  Не пойти ли тебе домой, Эйми?
– наклонившись к ней над столом, спросил Дэвид.

–  Нет, конечно, нет. Мне очень хорошо. Так приятно выйти из дома…

–  Ты прекрасно выглядишь. Этот цвет очень тебе к лицу.