Чтение онлайн

— Когда-то я его вполне устраивала. Но последнее время он предпочитает мне другую.

— Значит, глупец.

Пожалуй. — У него странные вкусы. Я, разумеется, пристрастна, но любой согласится, что, как женщина, она всем уступает мне — и рождением, и красотой.

— Я точно не могу представить, чтобы она была лучше вас. Восхищение в ее взгляде казалось непритворным.

— Да хотя бы и лучше! — Слова рвались на свободу, словно она больше не была их хозяйкой — уж не колдовство ли тут замешано? — Рядом со мною тоже был человек, лучший, чем тот, о ком я говорю. Но когда я дала клятвы перед алтарем, я готова была забыть обо всех остальных мужчинах. Я сделала свой выбор. Видно, для него, того, кого я выбрала, клятвы стоят не больше, чем ветер, что их унес.

Ведьма явно оживилась, услышав ее слова: — Тогда, возможно, стоит вспомнить о том, более достойном?

— Возможно. Если еще не слишком поздно…

— Так давайте лучше сделаем приворотное заклинание на него, как вам кажется? — Быть может… Но нет, глаза, заискрившиеся при этом предложении, не омрачала ни тень подозрений.

— Что ж… почему бы и нет.

— Замечательно. Сейчас я приготовлю состав, о котором говорила, и… — Эллис обежала взглядом полки, покрывавшие стены, постучала пальцем по губам. — Знаете, мне кое-чего не хватает, одного порошка. Но он есть у отца, в доме, и коли вы будете так любезны, что чуть-чуть подождете… Это займет недолго. Можно и обойтись, но так будет лучше.

Она окликнула ведьму, когда та уже взялась за дверь. — Скажи… Эллис. А ты сама испробовала силу своего приворотного зелья? Ведь у тебя, я думаю, есть мужчина.

До того, как она увидела соперницу, ей и в голову не приходило утешаться столь смешными и жалкими теориями. Но эта… Здесь могло быть лишь три объяснения.

Эллис улыбнулась, качая головой. — Нет, не приводилось. В нашем случае сработало лишь то естественное волшебство, что возникает само, без усилий. Магия, которой пронизана вся природа, — Внутренний свет озарил худое лицо, делая его почти красивым, придавая убедительность словам. — Но знаю ли я силу магических обрядов? Да, абсолютно. Высшие силы есть, и они слышат нас, верьте в это. Мы обратимся к ним за помощью, и если на то будет их воля, все сложится так, как вы желаете. Главное — верить, верить всеми силами души. Верьте и обрящете.

Пронзительный скрип, и дверь захлопнулась за ведьмой.

Значит, не колдовство. Осталось два варианта. Возможно, ему просто захотелось чего-то необычного, остренького. Похлебать бедняцкого варева, потому что приелись дворцовые деликатесы.

Или же это она — та чертова магия, о которой говорила Эллис. Любовь.

Когда-то Дениза тоже в нее верила.

Она взяла со стола кольцо — подарок в честь помолвки, поднесла рубин к свету. В глубине камня, казалось, пульсировал огонь — так бьется маленькое горячее сердце.

Дениза огляделась по сторонам, и, протянув руку, уронила его в одну из колб.

III.

Идея была дурацкая. Он так и сказал Старику, которого, надо отдать ему должное, мнение Кевина нисколько не занимало. Старый Ищейка просто фыркнул и предложил не ходить с ними — не расстроятся.

Черта с два — даже если бы речь не шла о его деле, такой фарс Кевин пропускать не собирался. Любопытно, этот "видящий" будет пялиться в стеклянный шар? Бормотать под нос заклинания или ходить по кругу? А то, чтобы больше впечатляло, вспорет брюхо какой-нибудь животине и покопается в кровавых кишках?

Старик уверял, что у этого Ангуса Липпа отличная репутация среди местных. Находит краденое, снимает порчу, возвращает женщинам мужей — своих или чужих. Конечно, только гадальщика из бедного квартала и расспрашивать о заговоре против Лорда-Защитника!

Дом, где обретался гадальщик, оказался кособоким уродцем в четыре этажа, зажатым между двумя другими такими же. Из распахнутых окон неслась ругань, пересуды, визг и плач детей.

С улицы виднелся Чертов мостик, пересекавший Мутную речку, узкую полоску воды, что отделяла трущобу от Тьмутени. Вот где надо искать настоящее колдовство, подумал Кевин, раз уж мы опустились до того, чтобы ходить по гадалкам.

Ищейки зашли в лавчонку на первом этаже, темное помещение, где торговали старым тряпьем. Прямо из лавки наверх ползла скрипучая лестница, пахнущая кислой капустой.

Навстречу Ищейкам попалась крыса. Она смерила компанию подозрительным взглядом, развернулась и прыснула вверх по ступеням прежде, чем нога Крошки успела превратить ее в кровавое месиво.

Видящий обитал в "скворечнике", под самой крышей. Когда они добрались туда, дверь в небольшую захламленную каморку была распахнута. Спиной к ним, в полосе света, лившегося в единственное оконце, стояла фигура в линялом балахоне.

— Здравствуйте, гости незваные, гости недобрые. Что надобно Ищейкам от скромного слуги теней? Писклявый голосок не подходил к пафосу слов.

Крошка уставился на гадальщика, распахнув пасть. Комар и Старик подозрительно оглядывались.

Помещение было скудно обставлено, зато горы хлама подползали к самому потолку — можно решить, что клиенты расплачивались с видящим залежавшимся дома барахлом. Сундук у правой стены служил ложем, где роскошной меховой заплаткой на дрянном покрывале свернулся черный котяра. Посреди "скворечника" нашлось место столу, также заставленному вещицами. Самыми интересными среди них казались большая треугольная бутыль с прозрачной жидкостью и человеческий череп.

— А ты как прознал, кто к тебе пришел? Глаза на спине у тебя, что ль?! — потребовал ответа болван Крошка.

— У него тут где-нибудь стекла подвешены, — буркнул Кевин. — Банальные трюки.

— Конечно, подвешены! — живо откликнулся видящий. — Надо же мне знать, кого ко мне черти принесли!

Он обернулся, замызганный щуплый человечек с длинными сальными патлами, столь же жалкий на вид, как вся эта затея.

— Ну-ну, — пригрозил Старик. — Чертей не поминай, пусть они тебе и сродни. Мы пришли по делу.

Липп постоянно крутил головой, взгляд бесцветных, чуть навыкате глаз блуждал, будто высматривая в воздухе нечто, не видимое больше никому.

— Сейчас я вас приму, раз уж заявились, — решил он. — Только приведу себя в порядок….

Для этой цели гадальщик применил метод вполне земной. Сбегал за бутылью, стоявшей у изголовья, приложился к горлышку, крякнул — и вдруг застыл. Черты обмякли — словно плоть отошла от костей, глаза помутнели.

— На него нашло, — одобрительно сказал Старик. — Слушайте теперь, да крутите на ус.

И в самом деле, скоро прозвучал гулкий голос, выходивший из гортани Липпа, и в то же время будто ему не принадлежащий. — Где умирает серебряный черт, там и музыке конец. Отправляйтесь на улицу второго сына, в четыре двадцать пополудни, и найдете то, что искали, да не то, о чем спросите.

Челюсть Крошки снова отвисла.

Представление подошло к концу так же быстро, как началось. Липп заморгал, приходя в себя, огляделся почти испуганно.

— А вы тут что делаете? — Он воззрился на Ищеек так, словно впервые заметил.