Чтение онлайн

Лесорубы убили большинство из них на месте. Схватили двух мужчин и привязали их к деревьям. Затем они облили своих жертв бензином из бензопил и подожгли. Мы нашли трупы, съеденные дикими зверями. Обгоревших мужчин оттащили в кусты. Звери оставили куски их тел, привязанные к деревьям. Остальные разбросали повсюду.

Отец Эндрю, я не могу этого описать.

Мы пошли по следу лесорубов к их лагерю. Я провела триангуляцию, как нас учили в скаутах. Нанесла место на карту и сверила с GPS. В Вила-де-Деус я связалась с Тивесом по рации отца Камоса. Канонерская лодка и взвод морских пехотинцев произвели арест.

Что заставляет людей совершать такие поступки? Зверства, совершённые с целью, — это зло, но их можно понять. Что можно сказать о зверствах, совершённых без причины? Они должны быть за пределами зла. Я верю, потому что видел, что могу судить. Ибо судить могут только Бог и те, кто видел. Грех ли верить, что я обладаю такой способностью? Не знаю, но думаю, что да.

Я знаю о наших мучениках. Ужасные истории. Здесь, в Сельве, я своими глазами вижу, что творят злодеи. Эти вещи невозможно не видеть. Отец… они прокручиваются в моей голове, как фильмы. Я не могу их остановить. Пожалуйста, Боже. Заставь… их… остановить…

Бумага помята от слез Фиада.

Когда-нибудь они сделают то же самое и со мной. Мне страшно, отец Андрей. Но я должен идти дальше. Нельзя видеть то, что видел я, и ничего не делать.

Я не хочу быть колесованным. Я мог бы вернуться домой в Чикаго и прожить там остаток жизни.

Но я не могла с этим жить.

Кухулин Коннор никогда не вернет свою дочь.

Фиад — словно фарфоровая кукла, разлетевшаяся на куски. Я никогда не видела девушку, настолько сломленную. Она вырвалась из его мира и обрела себя.

Живая или мёртвая, она уже не та девчонка, которую он вырастил в пригороде Чикаго. Научил кататься на велосипеде. Возил в летний лагерь. Отправил в Тринити пропивать юность с дублинцами.

Отец Эндрю знал это, но не мог поделиться этими письмами с Кухулином. Ими можно было поделиться только с человеком, который видел то же, что и Фиад. Кухулин рассказал ему о моём резюме, но священник заглянул в моё сердце. Он выбрал меня.

Тихо стучат в дверь. Лора.

Я хочу женщину, но не хочу её. Мысли о Фиаде наполняют меня теплом изнутри. Я беру бутылку бурбона и наливаю себе бокал. Откидываюсь на переборку и делаю медленный глоток.

Еще один тихий стук.

Я подумал, что Фиад мертв, и взялся за это задание.

Сейчас больше всего на свете я хочу найти ее живой.

Я делаю большой глоток бурбона, прислоняюсь затылком к переборке. Слушаю тихие шаги Лоры, возвращающейся в свою каюту.

У нас с Фиадом больше общего, чем у любого из нас с Кухулином.

Я не могу ее оставить.

OceanofPDF.com

20

OceanofPDF.com

ДЕНЬ ПЯТЫЙ

Rio Preto – Vila de Deus

На преодоление крутого поворота в один клик от Вила-де-Деус Невоа потратил час. На мостике Сильва следил за показаниями эхолота, а Коллор управлял штурвалом. Второй механик Дутра стоял на носу. Перегнувшись через борт, он измерял глубину с помощью старомодного свинцового отвеса и линя. Река Рио-Прету была настолько узкой, что ни один здравомыслящий человек не доверился бы эхолоту.

«Вот оно», — объявляет Сильва. «Вила де Деус».

Я смотрю через окна на переднюю часть моста.

И действительно, на левом берегу Рио-Прету расположились двадцать деревянных хижин с соломенными крышами. Хижины едва различимы на фоне окружающих джунглей. Они построены прямо у зелёной стены. Дым от небольших костров, где готовят еду, поднимается к небу.

Меня беспокоит близость поселения к границе леса. Ни одно открытое пространство не отделяет дома от джунглей.

У защитников деревни нет зоны огневой защиты.

Нападающие из леса могут настигнуть их за считанные секунды.

«Медленно», — предостерегает Сильва.

Коллор подводит Невоа к деревне. Пироги, вырезанные из стволов деревьев, выстроились у кромки воды.

В Амазонии всё сделано из дерева. В этом месте древняя Невоа выглядит современной.

«Всем остановиться», — командует Сильва. «Бросить якорь».

«Давайте посмотрим, что нам расскажут эти люди», — говорит Сэйлс.

Напряжение между мной и Варгасом ощутимо. Мы не обменялись ни словом с утренней стычки. Этот головорез дважды пытался меня убить. Я почти убил его превентивно. Если он хоть немного дернётся в мою сторону, ему конец.

Сейлз никогда не хотел брать меня в экспедицию. Он даже не пытается этого скрывать. Он и Варгас — одно целое. Сейлз — лишь тонкий налёт цивилизации. Варгас — варварское альтер-эго министра.

«Никакого урожая», — замечаю я.

«Эти люди ловят рыбу и охотятся, — рассказывает мне Сильва. — Джунгли и река дают им всё необходимое. Почва в Амазонии неплодородная».

Куадрос был прав насчёт капитана. Сильва видел всё, что произошло на лесозаготовках, и ничего не сказал. Держу пари, что весь инцидент так и не попал в судовой журнал «Невоа». Он, наверное, жалеет, что остановился.

Это Сельва-да-Морте, а не Бразилиа. Что бы ни рассказали Сейлс и Варгас, это не будет подвергнуто сомнению.

«Пойдем на берег, — говорю я. — Я хочу поговорить с отцом Камосом».

«Я тоже». Сейлз и Варгас проталкиваются мимо нас. Скорей к трапу.

Я смотрю на Сильву. «Ты идёшь?»

«Нет. Лейтенант Куадрос пойдёт с вами. В этот раз нам нужно меньше военных».

Морские пехотинцы заменяют подвесной мотор на левом борту «Зодиака».

«Что в этом плохого?» — спрашиваю я.

«Мотор работает неровно после событий на лесозаготовках, — говорит Куадрос. — Мы будем использовать подвесной мотор.

с правого борта лодки».

Мы сходим на берег на лодочной лодке «Зодиак» с левого борта. Сейлз и Варгас сидят на носу, за ними — я и Куадрос. Лора сидит рядом с лоцманом, который ведёт нас мимо гниющих зарослей водорослей.

Группа людей собралась у кромки воды.

Местные мужчины, женщины и дети. В центре группы — белый мужчина в шляпе с низко опущенными полями, защищающими от палящего солнца.

Отец Камос оказался совсем не таким, каким я его себе представлял. Я искал сурового, худощавого священника с седыми волосами и белым воротничком.

Вместо этого я вижу мужчину лет сорока пяти, с седеющими волосами. Его тёмная кожа почернела от солнца.

Куадрос выходит вперёд, жмёт священнику руку и представляет его. Камос и Лора кивают друг другу в знак приветствия.

«Я был удивлен, не увидев тебя с Фиадом и остальными», — говорит ей Камос.

«Я сказала ей не приходить, — говорит Лора. — Я знала, что будет смерть».