Чтение онлайн

В целом, слушок про девушку должен был в скором времени распространиться по Ярнаму, ведь блуждал по снам я преимущественно в её облике, не говоря уже про маленьких кошмаров.

Самое интересное, что, в некотором смысле, Миколаш был прав.

Я сделал вид, что задумался, наклонив голову.

То, что человек безумен, не значит, что он не руководствуется никакой логикой. Логика бывает очень разной, мне ли не знать.

У меня хватало опыта подстроиться практически под любого безумца.

Я улыбнулся.

— Я показал ей бесчисленные миры, красоту космоса. Будущее, что никогда не наступит. Прошлое, которого никогда не было. Мы говорим много. Ей не нужны новые глаза. Это то, чего ты так сильно желал? Ради чего молился Великим?

Мой песок не останавливался.

Дыхание Миколаша стало прерывистым, глаза начали слезиться. Он должен был чувствовать, что я не врал и даже не пытался врать.

— Карл… Я знаю, что он что-то замышлял! Говорил про меня за спиной! Он…

— Прекрасный слушатель, — прошелестел ласково я.

Хозяин Кошмара схватился за клетку, издав болезненный стон, чувствуя всю несправедливость происходящего.

Он столько молился, столько желал, столько сделал, чтобы просто достучаться до Великих, прикоснуться к ним и получить частичку знания.

Но столь желанные знания получил за все свои молитвы, ритуалы, жертвоприношения и эксперименты совсем не он, а какая-то сломавшаяся девочка со случайным учеником его собственной Школы.

— Мы… мы поговорим про… про… Я…

Я неторопливо направился к Миколашу, чувствуя весь контраст на фоне игры. От охотника он убегал, сражался с ним, запутывая в лабиринте, но что в моём случае?

Хозяин Кошмара, чувствуя, что мой песок стал практически вездесущим, освещая всё пространство, с трясущимися ногами опустился на колени, потянув ко мне руки, словно грешник, увидевший свет.

Стоило же мне подойти к нему вплотную, как он схватил меня за ноги, обняв.

Должен сказать, не самое приятное зрелище.

— Прошу, о Великий… Поговори со мной до утра, посмотри мне в глаза… Я слышу молитвы…

Я задумчиво приподнял голову.

Не думаю, что лидер секты (Менсис иначе назвать очень тяжело) мог позволить себе такую слабость духа. Моё положение «Великого» здесь не играло никакой роли, он должен был быть достаточно крепким духом в любом случае.

Всё-таки встреча с сироткой Кос и ритуал слишком повлияли на него. Его человеческий разум был просто не подготовлен к такому.

Сколько мне самому понадобилось времени, чтобы стабилизировать себя и вновь стать здравомыслящим? Много. И это при условии, что я и до того, как меня поглотили пески снов, кажется, считал себя достаточно уравновешенным человеком. По крайней мере, вспышек безумия не припомню.

— Сними клетку с головы, Миколаш.

Мой голос оставался таким же тёплым, но я не просил.

Кажется, моё требование не на шутку испугало Миколаша. Он вцепился мне в ноги ещё отчаяннее.

— Песочный человек, прошу, давай поговорим… Поговорим про космос, про глубины, что…

— Глубины? — удивлённо вскинул я брови. — Ваше предположение, что вода может иметь связь со сном, ошибочно. Как и космос.

Хотя, должен признать, Великие явно близки к нему, но к области исследований сна это имеет мало общего. Я бы сказал, пальцем в небо.

Почему у маленьких Посланников небес надутая голова? Потому что варвары накачали её водой. Древняя кровь в комбинации с необычными цветами не дала жертвам ужасных пыток умереть, особо удачные «экземпляры» даже смогли получить необычные способности, включая малышку Лили, но это не заслуга воды. Случайная удачная мутация, не более.

От столь несусветной глупости хотелось схватиться за голову.

Миколаш удивлённо распахнул рот, не веря откровению «Великого». Я засмеялся, и вместе со мной засмеялись стены со всем остальным кошмаром в придачу.

Он был практически полностью поглощён мной, оставалось последнее препятствие, которое, впрочем, ещё может оказаться полезным.

Любое существо может искупить вину и потянуться к свету. Исключений нет. Моё личное отношение здесь не играет никакого значения. Владыки Снов, какой бы ублюдок или моральный урод передо мной не был — он может стать настоящим ангелом, светом воплоти, несущим надежду всем и каждому, как и любая другая душа.

Я задумчиво уставился на свою золотистую трость.

Как верно и обратное.

— Сними клетку, Миколаш, — совершенно обычным, человеческим голосом прошептал я, нависнув над безумцем. — Я могу разорвать её вместе с тобой, но мне нужно, чтобы это сделал именно ты.

— Клетка… клетка нужна… Амигдала, Косм…

Она и впрямь была необычной, эти свойства перенеслись и в сон. Возможно, материал, из которого сделана клетка, мог частично блокировать ментальные импульсы. Даже во сне свойства могли сохраниться. Интересная вещица, что ни говори.

Жаль, что практически бесполезная.

— Ты не услышишь их голоса, — мягко произнёс я. — Лишь меня. Я попрошу тебя в последний раз, Миколаш. Сними клетку.

Золотистый песок, заполонивший собой всё пространство, начал, словно живой, ползти к Миколашу, цепляясь за него, стремясь поглотить, как и весь остальной кошмар.

Хозяин Кошмара безумно улыбнулся, видимо, начав понимать, как я привык вести дела.

— Песочный человек, подари мне самый сладкий сон, в котором мы будем говорить о вечном…

Трясущимися бледными руками мужчина потянулся к голове, с широкой улыбкой сняв клетку, откинув её. Та, стоило ей лишь прикоснуться к песку, рассыпалась, словно её никогда и не было.

Моя улыбка стала ещё более ласковой.

— Эта клетка была такой тяжелой, не так ли? Тебе стало легче?

Хозяин Кошмара не спешил отвечать, схватившись за голову, захрипел. Песок же продолжал поглощать его и, как бы он не пытался стряхнуть его, у Миколаша ничего не получалось.