Боеприпасы на зиму
Шрифт:
Гюрза смерила взглядом голый хвост лейтенанта и невольно фыркнула. Подняла Сая на руки.
– Чего не сделаешь, когда от тебя зависит жизнь вот таких… - она нежно лизнула сына в носик. – Мы вымотаны, голодны и очень давно не спали. Как насчет толики степного гостеприимства?
Смущенный Нурлыбек хлопнул себя по лбу.
– Вах… Идите за мной! – он поманил новоприбывших к открытому джипу, стоявшему неподалеку. – По сравнению с Дегеленом, конечно, Каскабулак – крохотная деревенька, но и у нас найдется, чем потчевать героев!
Зверяне расселись в машине, после чего лейтенант, к изумлению гостей, демонстративно сложил на груди лапки и громко скомандовал:
– В караван-сарай!
Джип загудел электромотором и тронулся с места, быстро набирая скорость. Удивленная Айжамал бросила на офицера вопросительный взгляд.
– Автономный транспорт, - с гордостью пояснил тот. – Новейшее достижение техники. А в главном бункере уже запущена полностью автоматическая монорельсовая дорога. Готовимся к туристическому сезону!
Гюрза вздрогнула.
– Какому туристическому сезону? – спросила с горечью. Нурлыбек, поперхнувшись, стушевался и опустил глаза.
– О… Да. Простите. Трудно привыкнуть, что всему конец… - он сглотнул. – Как думаете, Айжамал, люди скоро найдут Каскабулак? Здесь родилось уже пять поколений моей семьи.
Разведчица покачала головой.
– Истребление, скорее всего, начнется зимой, когда большинство видов погрузится в спячку. До тех пор, стоит ожидать карантина по периметру, регулярных рейдов беспилотных разведчиков и, возможно, пробных бомбардировок пестицидами.
Сай вздрогнул и покрепче прижался к матери. Гюрза глубоко вздохнула.
– Я так понимаю, в Каскабулаке собрано большинство научных и исследовательских групп?
– Не большинство, а абсолютно все, - коротко отозвался Нурлыбек. – Мы – сердце зверянской науки и острие промышленности. Только здесь есть уникальное оборудование для проектирования и мелкосерийной штамповки микросхем, химическое и прецизионное производство. Все станки, что используются на других предприятиях, строятся у нас. Под землей крепость занимает раз в десять большую площадь, чем на поверхности.
Гюрзу передернуло при воспоминании о шахтах Дегелена. Стиснув зубы, селевиния загнала кошмарные картины на дно разума.
– У вас тут есть скоростные самолеты? Настоящие самолеты, не птицы?
Нурлыбек почесал за ухом.
– Есть парочка прототипов, но дальше пробных запусков дело не пошло. Человеческие радары губят на корню саму идею воздушного флота.
– Волосатый Ори… - прорычала Гюрза. – Как же нам догнать американца?
Айжамал моргнула.
– Ты про него еще не забыла?
– А должна забыть?!
– Гюрза, по сравнению с тем, кто сидит у тебя на коленях, - мышка улыбнулась Саю, - даже гибель Дегелена не значит ровным счетом ни-че-го. Если б нам сообщили, что ради такого малыша придется поджечь каждый город в Степи, мы бы согласились не задумываясь.
– Поджечь?! – переспросил Нурлыбек. Разведчица отмахнулась:
– Ведите машину, лейтенант. Гюрза, позволь рассказать кое-что из малоизвестной новейшей истории… - она уселась в кресле поудобнее, поправила ремень безопасности, давивший на шею.
– …Все началось в 1952 году, когда советская дизельная подлодка С-117, выполняя секретный поход за полярным кругом, наткнулась на торчащий со дна объект, напоминающий мачту.
Айжамал сверкнула глазами.
– Объект испускал слабую позитронную радиацию. В то время, даже отдаленные следы радиоактивности считались делом рук потенциального противника, так что лодка прервала поход и занялась расследованием странной находки. Глубина в том районе превышала шесть километров.
– Мачта высотой в шесть километров?
– переспросила Гюрза.
– Что ты, - усмехнулась Айжамал. – Как потом выяснилось, большая часть мачты уходила в грунт. Шесть километров имел в длину только кончик.
Селевиния сглотнула. Нурлыбек, которому за рулем автоматического джипа было решительно нечего делать, уважительно присвистнул.
– К счастью, именно в этом походе на борту имелась батисфера, - продолжила белая мышь.
– Мы не знаем, для какой цели ее изначально готовили; это и неважно. Важно, что нырнув ко дну Северного Ледовитого океана, батисфера обнаружила НЕЧТО.
Разведчица помолчала.
– Нам неизвестны подробности. Зато известно, что в последующие годы к этой точке ни разу не отправляли экспедиций. Ни одна страна. Хотя С-117 успешно вернулась на базу, и даже привезла кое-что, поднятое со дна.
Айжамал подалась вперед.
– Судя по отрывкам отчетов, имеющихся в нашем распоряжении, люди не просто испугались. Они ужаснулись. Там, на дне, им открылась тайна до того жуткая, что лодку объявили пропавшей, экипаж вместе с семьями укрыли в закрытых северных городах, а тот объект, что они привезли – спрятали в самом надежном, самом безлюдном, самом недоступном месте Земли.
Мышка обвела лапкой степь:
– Здесь.
– В Каскабулаке? – переспросила Гюрза.
– В Дегелене. На самом нижнем уровне. И залили пятью тысячами тонн сырого бетона.
Воительница встрепенулась:
– Погоди! Ты о Каменном Озере?
– Верно… - Айжамал удивленно кивнула. – Ты туда спускалась?
– Я там работала, - хмуро отозвалась Гюрза. – Озеро из бетона – прекрасный ангар для горных машин. Я много лет провела в шахтах.
– Оу… - пробормотала белая мышь. – Прости, не знала…
– Рассказывай дальше.
– Да… Так вот, мы, зверяне, в те годы только-только обнаружили свойства кумыса, и пытались понять, к чему это приведет, - Айжамал вздохнула.
– С самого начала было ясно, что полигон останется безлюдной территорией на многие века. Земля здесь столь ядовита, что и за тысячи лет не станет безопасной для человека. И мы решили рискнуть. Начали строить полноценную, собственную цивилизацию.
Она отвела взгляд.
– В те годы мы не знали ни о происхождении первых зверян, ни о жуткой находке, залитой бетоном глубоко под бункером Дегелен. Как ни странно, первые сведения о ней мы получили только в девяностые годы – от друзей из Америки.
– Америки? – Гюрза напряглась. – Там тоже есть обитаемая зона?!
Айжамал усмехнулась.
– В США больше полигонов, чем в СССР. Просто американцы любят кричать, как экологию уничтожают другие, но не слишком жалуют истории о собственных достижениях в этой области… Короче, наши заморские коллеги - контрразведка – обнаружили в архивах ЦРУ записи о походе С-117, и передали нам примерные координаты захоронения. Можешь вообразить, каково оказалось узнать, что мы четыре десятилетия ЖИЛИ верхом на самой кошмарной находке в истории?