Чтение онлайн

В довершение всего Лонгстрит обнаружил левый фланг янки отнюдь не на Семетри-Ридж, где их видели разведчики южан. Это произошло из-за самоуправства Дэна Сайклза, командира 3-го корпуса армии Союза, удерживавшего левый фланг. Встревоженный своим расположением в низине у южной оконечности Семетри-Ридж (как раз перед началом подъема на Литтл-Раунд-Топ), Сайклз выдвинул две свои дивизии на полмили вперед, заняв крохотную возвышенность вдоль дороги, шедшей на юго-запад от Геттисберга. Там его войска заняли выступ, на вершине которого находился персиковый сад, а на левом краю, как раз под Литтл-Раунд-Топ, — нагромождение камней, прозванное местными жителями «Логово дьявола». Этот маневр нарушил связь корпуса с остальными частями северян и сделал его позицию уязвимой для атаки с обоих флангов. Когда Мид узнал о поступке Сайклза, было уже слишком поздно его возвращать, так как Лонгстрит начал свою атаку.

Необдуманный маневр Сайклза непреднамеренно нарушил планы Ли. Обнаружив левый фланг врага не там, где он ожидал его увидеть, Лонгстрит, возможно, должен был предупредить об этом Ли. По сообщениям разведки, высоты Литтл-Раунд-Топ и Биг-Раунд-Топ оставались незанятыми, предоставляя возможность для флангового маневра и выхода в тыл союзных войск. Дивизионные командиры Лонгстрита предлагали ему поменять схему атаки и воспользоваться такой возможностью. Но Лонгстрит уже по меньшей мере дважды пытался переубедить Ли, и ему не хотелось слышать очередной категорический отказ. Ли приказал ему вести атаку в определенном месте, и именно здесь он и собирался атаковать. В четыре часа пополудни его бригады построились и пошли в наступление.

В течение следующих нескольких часов произошли одни из самых кровопролитных схваток Гражданской войны: в персиковом саду, на пшеничном поле к востоку от сада, в «Логове дьявола» и на Литгл-Раунд-Топ. 15 тысяч ветеранов Лонгстрита, подбадривавших себя ревом, обрушились на выступ и привели в смятение пехотинцев Сайклза. Однако, умело маневрируя, Мид и его подчиненные заткнули бреши, перебросив туда свежие части трех других корпусов. Часть свежей дивизии Хилла в конце концов также присоединилась к Лонгстриту, тогда как на противоположном фланге солдаты Юэлла пошли в запоздалую атаку и, к тому времени как контрнаступление федералов и опустившаяся темнота остановили их, сумели достичь весьма немногого.

Самая отчаянная схватка проходила на участке наступления Лонгстрита, где два полка Союза, 20-й Мэнский и 1-й Миннесотский, покрыли себя неувядаемой славой. Возвышаясь над окружающим ландшафтом, два холма Раунд-Топ господствовали над южной оконечностью Семетри-Ридж. Если бы мятежникам удалось установить на них артиллерию, они могли бы обстреливать левый фланг федералов. Выдвижение вперед Сайклза оставило холмы без защиты. Алабамская бригада южан отправилась брать Литтл-Раунд-Топ. Еще несколько минут назад на нем не было никого, кроме одинокого сторожевого поста северян, но начальник инженерной службы Мида генерал Гувернер Уоррен успел оценить эту ситуацию до подхода вражеских войск. Галопом спустившись с холма, он убедил командующего 5-м корпусом послать форсированным маршем бригаду на вершину холма, и это было как раз вовремя.

На левом фланге этой бригады двигался 20-й Мэнский полк под командованием полковника Джошуа Чемберлена. Годом ранее Чемберлен еще был профессором риторики и современных языков в Боуден-колледже в Мэне. Взяв отпуск под предлогом обучения в Европе, он вместо этого вступил в армию и в нужный момент со своими земляками оказался в нужном месте. На протяжении почти двух часов они выдерживали непрерывные наскоки полков южан, уцепившись за скалистый, поросший лесом склон, в царстве гари, криков и ужаса. Казалось, что все их усилия пропадут даром. Более трети полка выбыло из строя, а остальные расстреляли все боеприпасы, и с учетом того, что «серые мундиры» готовили новую атаку, Чемберлен оказался перед нелегким выбором. Сохранив хладнокровие, он приказал своим солдатам начать штыковую атаку. Подбодряя себя криками, прокопченные янки устремились вниз по склону прямо на изумленных южан. Измученные боем на вершине холма, в который пришлось вступить сразу после 25-мильного марша к полю битвы, и потрясенные отчаянной храбростью уроженцев Мэна, алабамцы десятками сдавались в плен. Литтл-Раунд-Топ остался в руках северян. Хотя корпус Сайклза шаг за шагом отходил через персиковый сад, пшеничное поле и «Логово дьявола», левому флангу союзных войск на Литтл-Раунд-Топ больше ничего не угрожало.

Однако в миле к северу другая бригада из Алабамы угрожала прорвать оборонительную линию на Семетри-Ридж примерно в ее центре. Атака южан пришлась прямо в брешь, оставшуюся после движения Сайклза к персиковому саду. Брешь эту попытались заткнуть части 2-го корпуса Хэнкока, но пока тот перебрасывал резервы, Алабамской бригаде противостояли лишь восемь рот одного-единственного полка. Правда, полк этот был 1-й Миннесотский, состоявший из ветеранов всех сражений, начиная с Булл-Рана. Хэнкок приказал этим 262 солдатам задержать 1600 алабамцев до прихода подкреплений. 1-й Миннесотский выполнил приказ, но живыми остались лишь 47 человек. Когда Хэнкок заткнул брешь, наступление конфедератов на южной части поля битвы выдохлось.

На северном участке переброска федеральных войск от холмов Семетри-Хилл и Калпс-Хилл навстречу Лонгстриту давала корпусу Юэлла шанс превратить свой ложный маневр в настоящую атаку, на что и рассчитывал Ли. Но шанс не был использован. Уже в сумерках несколько бригад Юэлла все же начали атаку и захватили несколько оставленных северянами окопов, но при дальнейшем движении столкнулись с решительным сопротивлением. Две другие бригады южан оттеснили части злополучного 11-го корпуса на Семетри-Хилл, но подошедшая бригада 2-го корпуса отбросила их назад.

Локальные атаки конфедератов 2 июля были плохо организованы и разрознены. Умелое оперативное командование, которым так славилась Северовиргинская армия, отсутствовало в этот день напрочь. Со стороны же северян, напротив, командиры, начиная с Мида и заканчивая полковниками, действовали инициативно и сохраняли хладнокровие. Они перебрасывали свои части на нужные участки и своевременно контратаковали. Как результат, к ночи оборонительная линия федералов оставалась столь же прочной, если не считать потерю Сайклзом созданного им самим плацдарма. Каждая из сторон потеряла не менее 9000 человек, а общее количество потерь за два дня достигло 35 тысяч убитых, раненых и взятых в плен.

Количество жертв уже превзошло все предыдущие сражения этой войны, а битва еще не была закончена. Несмотря на упорное сопротивление врага, Ли верил, что его упрямые ветераны стоят на пороге победы. Еще одно усилие, считал он, и «эти люди» сломаются. Вообще Ли выглядел окрыленным сомнительными успехами прошедших дней, что было нехарактерно для него. В то же время ему досаждал приступ диареи, к тому же раздражало долгое отсутствие Стюарта (измотанные кавалеристы которого только этим днем присоединились к основным силам). Как бы то ни было, решение Ли в создавшейся ситуации было не лучшим. Он пришел в Пенсильванию за безоговорочной победой и не собирался уходить, не добившись ее. Он атаковал оба фланга противника, чтобы Мид ослабил центр. 3 июля Ли надеялся силами трех дивизий, со свежей дивизией Пикетта на острие удара, под прикрытием ураганного огня артиллерии прорвать этот ослабленный центр. Стюарт в тылу и Юэлл на правом фланге северян должны были помочь сомкнуть клещи после прорыва Пикеттом фронта. При надлежащей организации и умелом управлении непобедимые войска Ли не могли потерпеть неудачу.

Полуночный военный совет северных генералов также высказался за то, чтобы остаться на поле боя. Предвидя развитие событий, Мид сказал генералу, командовавшему на центральном участке: «Если Ли и будет атаковать завтра, то именно по центру» [1174] . На рассвете, однако же, начался бой на крайнем правом фланге союзных позиций, у подножия Калпс-Хилла. Соединения 12-го федерального корпуса, переброшенные накануне на левый фланг, ночью вернулись обратно и атаковали с целью вернуть захваченные мятежниками траншеи. В ходе семичасовой перестрелки они одержали верх, что ухудшило шансы Ли на поражение правого фланга противника одновременно с запланированным наступлением по центру.

Пока шла эта схватка, Лонгстрит вновь предложил своему начальнику совершить обход левого фланга Мида. Ли опять ответил отказом и приказал Лонгстриту атаковать по центру силами одной дивизии Пикетта и двух дивизий корпуса Хилла (в общей сложности менее 15 тысяч человек), которые должны были преодолеть 3/4 мили по открытому пространству и штурмовать позиции надежно окопавшихся пехотинцев, поддержанных достаточным количеством артиллерии. Впоследствии Лонгстрит вспоминал, что сказал тогда: «Генерал Ли, в истории еще не было такого, чтобы отряд в 15 тысяч человек смог выполнить подобную задачу». Ли нетерпеливо ответил, что его доблестная армия уже выполняла такие задания и сможет сделать это снова. «Я ушел с тяжелым сердцем, — писал потом Лонгстрит, — предвидя отчаянное и безнадежное наступление и ужасную бойню, которой оно закончится… Этот день под Геттисбергом стал одним из самых горьких в моей жизни» [1175] .