Чтение онлайн

«Великий Боже! — вскричал Линкольн, узнав эту новость. — Что это значит? Где-то измена… Наша армия держала победу в руках, она не могла просто взять и упустить ее». Оценка Линкольном ситуации в Уильямспорте была не вполне точной. Атака хорошо укрепленных позиций конфедератов могла стать успешной (при большом числе жертв), а могла провалиться. В любом случае, разгром ветеранов Ли не мог считаться гарантированным. Когда вспыльчивый генерал Мид узнал о недовольстве Линкольна, он подал прошение об отставке, но Линкольн не мог отстранить от должности героя Геттисберга и отказал. 14 июля он решил написать ему примирительное письмо. «Я очень, очень благодарен вам за великую победу, которую вы добыли для страны при Геттисберге», — начал президент. Но дальше сожаление от упущенной возможности взяло верх. «Дорогой генерал, я не уверен, что вы осознаете всю степень нашего разочарования от того, что Ли удалось уйти. Он был в ваших руках, и его уничтожение означало бы, в связи с другими недавними успехами, конец войны. Теперь же война может продолжаться бесконечно». Поразмыслив над текстом, Линкольн пришел к выводу, что такое письмо вряд ли можно назвать примирительным, и решил не отсылать его адресату. А война тем временем продолжалась [1186] .

Настроение Линкольна, впрочем, скоро улучшилось. В начале августа его секретарь Джон Хэй писал: «Босс в хорошем расположении духа. Редко когда доводилось мне видеть его более умиротворенным» [1187] . Президента обрадовали те самые «другие недавние успехи», о которых он упоминал в неотправленном письме Миду. Среди успехов этих были победы к западу от реки Миссисипи, достижения Роузкранса, выдавившего Брэгга из центральной части Теннесси, а также взятие Виксберга и Порт-Хадсона.

Переброска армии Ван Дорна в Миссисипи весной 1862 года оставила почти без защиты Северный Арканзас. Небольшой отряд федералов под командованием Сэмюэла Кертиса начал двигаться на Литтл-Рок, сдерживаемый лишь нестойким ополчением и докучливыми партизанами. Заткнуть брешь был призван «генерал от политики» Томас Хайндмен, человек всего пяти футов ростом, успешно компенсировавший этот недостаток избытком энергии. Хайндмен принял деятельное участие в призыве и сформировал 20-тысячную армию из вялых арканзасцев, закаленных в боях техасцев и партизан из Миссури. Это соединение отвлекло янки от Литгл-Рока, а осенью южане и вовсе перешли в наступление, отбросив федералов на север, почти до самого Миссури. После этого, впрочем, инициатива опять перешла к войскам Союза. Ими командовал генерал Джеймс Блант, родившийся в Мэне канзасский аболиционист, постигавший боевую науку еще в отряде Джона Брауна. Пока Блант и Хайндмен в первую неделю декабря боролись друг с другом в северо-западной части Арканзаса, на помощь первому из Миссури двинулись две небольшие федеральные дивизии, пройдя ПО миль за три дня. 7 декабря, изготовившись атаковать эту группировку у Прейри-Гроув, Хайндмен внезапно обнаружил, что его с фронта и фланга атакуют три объединившиеся дивизии неприятеля. Вынужденный отступать в промозглую погоду, генерал Хайндмен беспомощно наблюдал за тем, как тает его набранная с бору по сосенке армия.

Весной 1863 года Джефферсон Дэвис реорганизовал Трансмиссисипский округ, вручив общее командование Эдмунду Кирби Смиту и послав Стерлинга Прайса в Литтл-Рок. Оба генерала умело распорядились своими ограниченными ресурсами. Смит превратил регион за Миссисипи в практически автономную провинцию после того, как он был отрезан от остальной территории Конфедерации падением Виксберга. Прайс же не мог остановить захватчиков в синих мундирах, в середине лета продвигавшихся к Литтл-Року с двух сторон. Блант возглавлял смешанный отряд из белых, черных и индейских полков, направлявшийся вниз по реке Арканзас от Хани-Спрингс на Индейской Территории, где 17 июля он разгромил группировку конфедератов, состоявшую из белых и индейцев. В начале сентября Блант занял Форт-Смит, а другая союзная армия приблизилась к Литтл-Року с востока и 10 сентября взяла его. Мятежники отступили на юго-запад штата, уступив врагу 3/4 его территории, хотя южные партизаны и небольшая численность оккупационных войск делали этот контроль неустойчивым.

Успехи в Арканзасе, безусловно, радовали Линкольна, но их отодвинули на задний план события в Теннесси. Активность северян в этом регионе была крайне низка. Всю весну 1863 года администрация побуждала Роузкранса действовать согласованно с наступлением Гранта в Миссисипи и Хукера — в Виргинии. Это позволило бы реализовать стратегию Линкольна по оказанию синхронного давления на все основные армии конфедератов и предотвращению переброски ими войск с одного проблемного участка на другой. Но Роузкранс упорствовал, не желая рисковать. Воспоминания о бойне при Стоунз-Ривер в новогоднюю ночь убеждали его в том, что не нужно наступать, не имея достаточно ресурсов, способных гарантировать успех. Его замешательство позволило Брэггу перебросить резервы в Миссисипи, что только усилило раздражение Линкольна. Однако когда Роузкранс 24 июня решился наконец выступить, его тщательная подготовка привела к быстрой и почти бескровной победе. Все четыре пехотных и один кавалерийский корпус двинулись разными проходами через предгорья плато Камберленд к югу от Мерфрисборо. Сбив Брэгга с толку ложными маневрами, Роузкранс сосредоточил ударные силы на обоих флангах конфедератов в долине реки Дак. Даже постоянный дождь, превративший дороги в кашу, не смог помешать движению северян. Одна из пехотных бригад, пересаженная на лошадей и вооруженная семизарядными магазинными карабинами Спенсера, появилась в тылу врага и угрожала перерезать железную «дорогу жизни». В начале июля Брэгг решил отойти по всему фронту к Чаттануге, не осмелившись дать бой.

За неделю с небольшим, проведенную в маршах и маневрах, Камберлендская армия отбросила противника на 80 миль, потеряв всего 570 человек. Роузкранса заметно раздражало, что его заслуги остаются без признания в Вашингтоне. 7 июля военный министр Стэнтон писал Роузкрансу: «Армия Ли разбита, Грант одержал победу. У вас и вашей доблестной армии есть все шансы нанести по мятежникам окончательный удар. Неужели вы упустите эту возможность?» Роузкранс парировал: «Сдается мне, вы не отметили тот факт, что эта доблестная армия изгнала мятежников из Центрального Теннесси… От лица этой армии я нижайше прошу, чтобы военное министерство не уделяло столь большого внимания этому событию, раз уж оно не вписано в историю кровавыми буквами» [1188] .

Южная пресса признавала, что Роузкранс «мастерски» провел свою молниеносную кампанию. Брэгг называл ее «великой катастрофой» для Конфедерации [1189] . Его отступление могло принести федералам два важных трофея: Ноксвилл и Чаттанугу, если бы удалось воспользоваться удобным моментом. Первый населенный пункт был центром юнионистского движения в восточной части Теннесси, которую Линкольн пытался освободить вот уже два года. Чаттануга имела огромное стратегическое значение, так как именно здесь, в горном проходе, пробитом рекой Теннесси через Камберлендский горный массив, проходила единственная железная дорога, соединявшая восточную и западную части Конфедерации. Уже разрезав территорию Конфедерации захватом Виксберга, федеральные войска могли отрезать и восточные районы, пройдя в Джорджию через Чаттанугу. По этим причинам Линкольн предлагал Роузкрансу двинуться на этот город, пока силы неприятеля разобщены. Генерал Бернсайд, ныне командующий небольшой Огайской армией, должен был прикрыть левый фланг Роузкранса от 10 тысяч конфедератов, защищавших Ноксвилл. Но Роузкранс вновь заупрямился. Он не мог начать наступление, пока не отремонтировали железную дорогу и мосты в его тылу, не устроили передовую базу и не подвезли боеприпасы. Прошел июль, в течение которого главнокомандующий Хэллек сперва просил, а потом уже приказывал Роузкрансу выступать, и только 16 августа, после разных проволочек, тот перешел в наступление.

Роузкранс вновь прибег к своей стратегии запутывания противника, которую использовал в предыдущей кампании, сделав вид, что собирается форсировать Теннесси к северу от Чаттануги (где его и ждал Брэгг). Вместо этого он решил переправиться через реку в трех практически незащищенных местах южнее города. Целью Роузкранса была железная дорога, ведущая из Атланты. Его 60-тысячная армия, разбившаяся на три колонны, двинулась маршем через горные проходы к югу от Чаттануги. В то же самое время в сотне миль к северу 24-тысячная армия Бернсайда, разделившись на четыре колонны, собиралась взять Ноксвилл. Серьезно уступавшие в численности защитники города, имея федералов по фронту и партизан-юнионистов в тылу, сдали город без единого выстрела. 3 сентября Бернсайд вошел в город под приветственные возгласы многих его жителей. Его войска патрулировали границы Северной Каролины и Виргинии, оберегая захваченную восточную часть Теннесси, а эвакуировавшаяся из Ноксвилла дивизия мятежников отошла на Юг навстречу Брэггу, как раз для того, чтобы помочь эвакуации Чаттануги 8 сентября. Имея Роузкранса на своем южном фланге, Брэгг решил отойти в северные районы Джорджии, чтобы не быть пойманным в этом городе, зажатом между рекой и горами.

«Когда же закончатся бедствия этого года?» — в отчаянии спрашивал себя чиновник Конфедерации 13 сентября. В южных армиях наблюдался всплеск дезертирства. Один такой дезертир из Джорджии писал после эвакуации Чаттануги: «Сражаться больше незачем, потому что все пошло прахом». Джефферсон Дэвис признавался, что находится «в полном отчаянии»: «Сейчас настали самые мрачные дни существования нашего государства» [1190] .

Но почти таким же было положение и после побед северян в начале 1862 года, когда Джексон и Ли мало-помалу возродили надежды Юга. Дэвис был преисполнен решимости повторить те события. Ли повернул течение войны, атаковав армию Макклеллана; Дэвис приказал Брэггу поступить так же с Роузкрансом. На помощь прибыли две дивизии из простаивавшей без дела армии Джонстона, что практически уравняло силы Брэгга и Роузкранса. Однако Дэвис, видя упадок духа Теннессийской армии, понимал, что этого недостаточно. Призвав однажды Ли к командованию армией в дни величайшего кризиса, президент попытался повторить этот ход. Однако Ли сомневался в пользе принятия командования над пополненной армией Брэгга. Также он сначала возражал и Лонгстриту, вновь предложившему усилить Брэгга силами своего корпуса. Вместо этого Ли хотел предпринять наступление на позиции Мида на Раппаханноке, где Северовиргинская и Потомакская армии вели после Геттисберга бои с тенями друг друга. На этот раз, впрочем, Дэвис настоял на своем и перебросил две дивизии Лонгстрита (дивизия Пикетта еще не оправилась после Геттисберга) в Джорджию. Первая партия из 12 тысяч ветеранов Лонгстрита погрузилась в эшелоны 9 сентября. Из-за того, что Бернсайд занял восточную часть Теннесси, прямой маршрут длиной в 550 миль был перекрыт, и солдаты вынуждены были ехать кружным 900-мильным путем через обе Каролины и Джорджию по десяти различным веткам. Только половина людей Лонгстрита прибыла к Чикамога-Крик до сражения, но именно они помогли одержать блестящую победу над старым однокашником Лонгстрита по Вест-Пойнту Роузкрансом.

Брэгг, пока к нему направлялась помощь, перешел к наступательным действиям. Чтобы выманить колонны Роузкранса из гор на долину и разбить их поодиночке, Брэгг отправил в расположение союзных войск фальшивых дезертиров, призванных убедить врага в отходе южан. Роузкранс проглотил наживку и двинулся вперед слишком стремительно для себя, но подчиненные Брэгга упустили благоприятную возможность. С 10 по 13 сентября Брэгг трижды приказывал атаковать двумя или большим количеством дивизий изолированные соединения уступавшего по численности врага, но всякий раз ответственный за атаку генерал толковал приказы по-своему и находил причины не вступать в бой. Обеспокоенный этими маневрами, Роузкранс в третью неделю сентября начал концентрировать свою армию в долине Вест-Чикамога-Крик.

Раздраженный неуправляемостью собственных генералов (в свою очередь, не доверявших ему) Брэгг, тем не менее, задумал новый план, заключавшийся в том, чтобы охватить левый фланг Роузкранса, отрезать врага от Чаттануги и оттеснить на юг в изолированную от внешнего мира долину. После прибытия 18 сентября передовых частей корпуса Лонгстрита под командованием воинственного техасца Джона Белла Худа с перевязанной после Геттисберга рукой Брэгг убедился в своем численном превосходстве. Если бы ему удалось начать атаку в тот же день, он, возможно, и смял бы фланг Роузкранса, так как на его пути находился лишь один федеральный корпус. Однако кавалерия северян, вооруженная магазинными карабинами, замедлила и без того неторопливое наступление южан, а ночью крупный союзный корпус уроженца Виргинии Джорджа Томаса после форсированного марша занял позиции на левом фланге северян. Вскоре после рассвета 19 сентября патрули с обеих сторон вступили в перестрелку к западу от Чикамога-Крик, переросшую в самую кровопролитную битву на западном театре военных действий.