Чтение онлайн

Книги на полках в кабинете поражали разнообразием. Тут нашлись и травники, и энциклопедии, и словари, но больше всего - замусоленных трактатов по трансформации энергии. Ларе даже стало завидно, собственные умения показались балаганными фокусами. Только что делает маг с уровнем знаний не ниже кандидата наук в такой глуши?

В порядке содержалось всего несколько комнат, мебель в остальных накрыли чехлами. Толстый слой пыли свидетельствовал, Эжен в них не бывал. В запущенных комнатах висело множество портретов женщин с буклями и мужчин в воротниках-жабо, с потемневшим лаком, потрескавшимися, рассохшимися рамами. Их дополняли коллекции фарфора и хрусталя в горках. В одной из комнат обнаружился клавесин, задвинутый в угол. Вряд ли всё это оказалось бы в доме обычного мещанина, значит, либо Эжен сам принадлежал к дворянскому роду, либо его супруга из благородных. Мысль о съёмном жилье госпожа Даш отвергла: слишком далеко от города. Узнать бы, какого именно. Из обрывков разговоров и обращения 'кунг' Лара поняла, что оказалась в Шоленге - северном соседе Оронга. Занесло её почти к вековечным льдам, ближе всего - город Трем. Маг охотно рассказал, как туда попасть, и обмолвился, что сам родом из тех мест и частенько навещает родных, может и госпожу Даш подвезти.

Рано или поздно Эжен застал бы Лару на месте преступления, то есть не в кровати, а с метёлку наперевес. В итоге всё вышло намного хуже. В тот вечер госпожа Даш устроилась с ногами в кресле в кабинете и задумчиво смотрела на портрет белокурой неизвестной. Чем больше вглядывалась, тем твёрже убеждалась, она не из простых. Это у мещанок, вроде госпожи Даш, веснушки, а у дворянок белая чистая кожа, мягкие контуры лица, опять же ямочка, которую так ценят поэты. Позавидовать можно! Такой ненужно ходить к эльфам, наводить красоту.

Задумавшись, Лара не заметила, как вошёл Эжен. Пару минут он безмолвно смотрел на гостью, без спросу хозяйничавшую в доме, потом перевёл взгляд на метёлку для пыли и укоризненно спросил:

– Давно ли в бреду метались? Зря старался, раз снова слечь хотите.

Лара вздрогнула и едва не выронила портрет. Виновато поставила акварель на место и извинилась за неприличное любопытство.

– И что же вы хотели найти?
– Эжен подошёл вплотную, бросил короткий взгляд на портрет супруги и убрал в ящик.

Госпожа Даш молчала. Щёки стремительно пунцовели, уши горели.

– Так что же?
– не отставал Эжен.

Поведение Лары настораживало, особенно в свете её знакомства с оборотнем. Магу, конечно, прятать нечего, особых ценностей нет, но всё равно неприятно.

– Ещё раз простите, - пробормотала госпожа Даш и, вспомнив, как сидит, поспешила спустить ноги на пол.
– Я убиралась, а тут портрет... Это ваша жена?

– Жена, - подтвердил Эжен и тяжело вздохнул.
– Айрин. Пойдёмте чай пить.

По тени, промелькнувшей по лицу мага, Лара поняла: задела за живое. Не зная, как загладить вину, она неуверенно пробормотала:

– Я так и подумала. Надеюсь познакомиться с ней лично.

– Вряд ли, - Эжен развернулся к ней всем корпусом. Губы болезненно сжались, но маг совладал с собой и надел маску спокойствия.
– Её нет в Шоленге. Жаль, возможно, Айрин сумела бы убедить вас не скакать, как горная коза, а заботиться о собственном здоровье.

Маг тут же сменил тему и укорил Лару:

– Ну зачем вы над собой измываетесь? Я не безрукий, неужели пыль смахнуть не сумею?

– Я обязана помогать. Нельзя же так злоупотреблять вашим гостеприимством.

– Нужно. Чай, Лара, - напомнил Эжен.

Он тронул её за локоть, и госпожа Даш, ругая себя за ребяческое любопытство, побрела вслед за магом. Думала, Эжен замкнётся в себе, но нет, маг улыбался, даже шутил, а сам думал об Айрин. Где она, как она, ушла ли к волкам или её забрали слуги Морены.

Больше Лара ни в кабинет, ни в спальню не заходила, хотя Эжен, вопреки ожиданиям, дверь не запер, даже не зачаровал. Зато позаботился о том, чтобы госпожа Даш больше спала и гуляла на свежем воздухе, а не дышала пылью. В ход шло снотворное и уговоры; утром же Эжен водил Лару по саду - всего пару минут, укутанную с ног до головы, чтобы не замёрзла.

* * *

В тот вечер маг сам решил задать госпоже Даш пару вопросов. Они касались её самой и Ирадия. Эжен собирался отговорить Лару идти к оборотням и предложить защиту. Пусть Ирадий сильный ментал, но магу есть, что ему противопоставить. Тогда сыграл фактор неожиданности, теперь Эжен собирался встретить оборотня во всеоружии и поговорить с ним вместо гостьи.

– Лара, - маг отставил в сторону чашку с чаем и пододвинул кресло ближе к собеседнице, - вы не хотите рассказать, что вас связывает с Ирадием?

Госпожа Даш отвернулась, сделав вид, будто любуется языками пламени.

– Лара, думаю, я имею право знать, - мягко настаивал Эжен. Хотел коснуться руки Лары, но раздумал: мало ли, как та воспримет дружеский жест?
– Взамен обещаю рассказать о себе, вам же интересно.

Госпожа Даш смущённо потупилась. Значит, маг не забыл случая с портретом. Действительно, нехорошо вышло.

– Лара, я не сержусь, - он без труда угадал причину её стеснения.
– Женщины любопытны, вы просто смотрели.

– А вдруг дом обыскивала, украла что-то?
– неожиданно зло ответила Лара, вскинула голову и с вызовом глянула в глаза.
– Может, я преступница, шпионка? Втёрлась к вам в доверие и...

– Не надо, - оборвал её Эжен и всё-таки накрыл ладонью руку. Голос успокаивал - тем же тоном часто говорят с упрямыми больными.
– Не надо себя оговаривать. Вы добрый человек.

– Но вы меня не знаете...

– Знаю, - улыбнулся маг и стиснул её ладошку.
– Не слепой же и в людях разбираюсь.

И посоветовал:

– Расскажите, легче станет.

Лара тяжело вздохнула.

– Не могу. Стыдно.

– Он заставил вас сделать нечто гнусное?
– напрягся маг.
– Вы отказались, сбежали, и теперь оборотень требует исполнения обязательств? Только зачем пытаться заставить меня дурно думать о вас?

– Чтобы... Не знаю я, - честно призналась Лара.

Она сказала это спонтанно, в порыве чувств, и теперь сама не могла понять почему.

– Боитесь, - не спросил, а констатировал маг и отхлебнул чая.
– Ничего этот ментал мне не сделает, не отталкивайте руку помощи. Гордость - это хорошо, но...

– Я не гордая, я дура и трусиха, - возразила Лара и закашлялась, сделав слишком большой глоток.
– Аспирантуру закончила, преподавала, а ничего не умею. Вот и теперь других в свои проблемы впутываю.