Чтение онлайн

Административный стиль Кеннеди действительно отличался от стиля Эйзенхауэра. Если Айк опирался на иерархическую систему, которую он знал как армейский офицер, то Кеннеди искал идеи у целого корпуса свободолюбивых советников. Главным из них был его брат Роберт, которого он осмелился назначить генеральным прокурором. Макнамара, сверхэффективный и доминирующий администратор, которого Кеннеди взял с поста президента Ford Motor Company, был ещё одним. В качестве советников в Белом доме ему помогали Артур Шлезингер-младший, профессор истории Гарвардского университета, и Теодор «Тед» Соренсен, артистичный молодой либерал. [1166] Соренсен помог написать многие из главных речей Кеннеди, включая инаугурационную речь. В политических вопросах Кеннеди во многом опирался на умелых стратегов — критики называли их ирландской мафией, — таких как Кеннет О’Доннелл и Лоуренс О’Брайен. Многие другие американцы, в большинстве своём молодые и идеалистически настроенные, съехались в Вашингтон, чтобы занять менее значимые посты в постоянно растущей федеральной бюрократии и провозгласить новые смелые идеи относительно города. Старожилы с нежностью сравнивали атмосферу с первыми днями «Нового курса».

Некоторые современники, в том числе и демократы, были потрясены тем, что, по их мнению, было расплывчатым административным стилем новой администрации. «У них самая проклятая кучка мальчишек-коммандос, которых ты когда-либо видел», — сказал Адлай Стивенсон своему другу. [1167] И вскоре обнаружились серьёзные недостатки. В апреле администрация Кеннеди опрометчиво ввязалась в катастрофическую попытку свергнуть Фиделя Кастро на Кубе. Но даже этот провал не оказал заметного влияния на необычайную популярность молодого президента. Кеннеди, действительно, с небывалым успехом обратился к средствам массовой информации. Он стал первым президентом, разрешившим транслировать свои пресс-конференции по телевидению. К маю 1961 года около трех четвертей американцев посмотрели хотя бы одну из них. Из них 91 процент зрителей заявили, что у них сложилось благоприятное впечатление о его выступлении, и только 4 процента ответили отрицательно. [1168]

Неудачи также не смогли разрушить особую и, по-видимому, заразительную уверенность, которую поддерживали Кеннеди и его советники. Многие из них, как и сам Кеннеди, повзрослели во время Второй мировой войны, в дни борьбы и самопожертвования, которые, как предполагалось, придали им «твердость» — любимое слово людей Кеннеди — для преодоления новых рубежей 1960-х годов. Необычайно уверенные в себе, они даже в юности прекрасно осознавали своё место в истории. Кеннеди любили цитировать слова Шекспира из «Генриха V»:

Отчасти благодаря этому Кеннеди удалось придать особую ауру американскому президентству. Трумэн и Эйзенхауэр, конечно, руководили значительным ростом размера и власти исполнительной власти. Необычайно телегеничный Кеннеди значительно ускорил эти тенденции, привлекая внимание общественности к пышности и обставленности должности. Кеннеди и его элегантная жена Джеки пригласили в Белый дом целый парад знаменитых артистов, музыкантов и писателей. Тщательно организованные государственные обеды для высокопоставленных гостей получили широкую огласку. Джеки с гордостью демонстрировала, как она заново обставила президентский дом. Многие репортеры, сами молодые и либеральные, обращали внимание на высокую культуру и вкус, которые Кеннеди, казалось, привнесли в правительство. В стране простых людей воцарилась атмосфера королевской власти.

Американцы стали все чаще слышать о «потрясающей» ответственности Овального кабинета, которую теперь регулярно с большой буквы описывали доверчивые журналисты, описывая происходящее там принятие высоких решений, и, не оставлявшие сомнений в том, что от действий американского президента зависят судьбы мира. Популярный отчет Теодора Уайта о выборах 1960 года «Создание президента, 1960» (1961) не только подчеркивал гениальность Кеннеди и его советников, но и с благоговением говорил о «тишине, совершенно личной тишине», которая окружала президентскую деятельность. Эта тишина, добавлял он, «была самой глубокой в Овальном кабинете Западного крыла Белого дома, где президент, сколько бы ни было его советников, должен сидеть один». [1169]

Торжество американского президентства и, как следствие, потенциала федерального правительства, очень воодушевило современных сторонников сильного руководства Белого дома. Сам Кеннеди оставался лично очень популярным на протяжении всего своего президентства. Наряду с бурно развивающейся экономикой, которая после 1962 года казалась способной практически на все, возросшая мистика президентства стимулировала все большие ожидания среди либералов и других людей, которые воображали, что правительство способно найти большие ответы на большие проблемы. Революция народных ожиданий — центральная динамика 1960-х — в значительной степени была обязана прославлению президентского активизма, которое Кеннеди успешно пытался разжечь.

ВЫСОКИЕ ОЖИДАНИЯ рано охватили современников, которые жаждали нового рубежа в области внутренней политики. Журнал Newsweek предсказал после выборов, что Кеннеди может надеяться на «долгий и плодотворный „медовый месяц“ с новым демократическим 87-м Конгрессом». Если Кеннеди «сразу же приступит к работе с широкой новой законодательной программой», — добавлял Newsweek, — «он найдёт Конгресс настолько восприимчивым, что его рекорд вполне может приблизиться к знаменитым „Ста дням Франклина Д. Рузвельта“». [1170] Далее журнал перечислял причины, по которым Кеннеди мог добиться успеха, среди которых главной была поддержка со стороны таких влиятельных демократических лидеров, как спикер Палаты представителей Рэйберн и вице-президент Джонсон, которому предстояло возглавить Сенат, в котором он доминировал в качестве лидера большинства с 1955 года. Многие внутренние программы, украшавшие внутреннюю повестку дня демократов, такие как закон о помощи «депрессивным районам», федеральная помощь образованию и жилью, повышение минимальной заработной платы с 1 до 1,25 доллара в час, имели широкую поддержку среди либералов в Конгрессе. Казалось, что создание федеральной системы медицинского страхования в той или иной форме возможно.

В течение следующих трех лет реформаторы добились нескольких успехов. Целенаправленно работая в 1961 году, Кеннеди добился расширения Комитета по правилам Палаты представителей — узкого места, которое долгое время блокировало усилия либералов, а Рэйберн затем провел повышение минимальной заработной платы. [1171] Конгресс также принял закон, обеспечивающий скромное государственное финансирование подготовки рабочей силы и депрессивных районов, в частности Аппалачей. В 1962 году он одобрил важные (хотя и малозаметные) поправки к правилам продажи лекарств; они требовали, чтобы новые лекарства проверялись на эффективность и безопасность, прежде чем их можно было одобрить к применению.

Кеннеди также предпринял несколько шагов, которые впоследствии способствовали продвижению интересов женщин. В 1961 году он назначил Элеонору Рузвельт главой президентской комиссии по положению женщин. Её доклад в 1963 году, в некотором смысле далёкий от феминистского, выступал за специальное обучение молодых женщин для подготовки их к браку и провозглашал, что материнство — главная роль американской женщины. Доминировали сторонники защитного трудового законодательства для женщин, комиссия также выступала против Поправки о равных правах. [1172] В то же время президент назначал на высокие федеральные посты меньше женщин, чем его предшественники: он стал единственным президентом со времен Гувера, в кабинете которого никогда не было женщины. [1173] Тем не менее, комиссия добилась некоторых изменений. Она призвала федеральные власти выступить против дискриминации по половому признаку и подтвердила, что женщины, как и мужчины, имеют право на оплачиваемую работу. Она также стимулировала создание аналогичных комиссий на уровне штатов. Отчасти благодаря этой комиссии Кеннеди издал указ о прекращении дискриминации по признаку пола на федеральной гражданской службе. В 1963 году он подписал Закон о равной оплате труда, который гарантировал женщинам равную оплату за равный труд. Хотя этот закон исключал работников, не подпадающих под действие Закона о справедливых трудовых стандартах, и не содержал положений о принудительном исполнении, он имел определенный эффект. В течение следующих десяти лет 171 000 служащих получили по этому закону компенсацию в размере 84 миллионов долларов. [1174] Самое важное, что комиссия Кеннеди побудила женщин-активисток как на уровне штатов, так и на федеральном уровне к созданию сетей и серьёзному разговору о преодолении давних разногласий в своих рядах. Таким образом, Кеннеди непреднамеренно вызвал ожидания, которые способствовали гораздо более осознанному феминистскому движению после 1964 года.

Кеннеди, у которого была психически больная сестра, также более активно, чем предшественники-президенты, продвигал дело охраны психического здоровья. В 1963 году Конгресс принял закон о психиатрических учреждениях и общественных центрах психического здоровья, финансировавший местные центры психического здоровья, которые должны были предоставлять целый ряд амбулаторных услуг, включая консультации по вопросам брака, помощь правонарушителям, программы для немолодых матерей и алкоголиков. Закон был призван частично избавить психически больных людей от крупных государственных больниц, которые сторонники закона считали «змеиными ямами» с бессердечным и бесчеловечным обращением. Благодаря последующему финансированию этих усилий по деинституционализации население психиатрических больниц сократилось с 475 000 в 1965 году до 193 000 в 1975 году. В то же время население, все больше озабоченное своим психологическим благополучием, стало активно пользоваться услугами психиатрических клиник (в шесть раз за период с 1955 по 1980 год). [1175] Новый президент проявил особый интерес к мерам, направленным на стимулирование экономического роста. Некоторые из них были направлены на то, чтобы успокоить руководителей корпораций, большинство из которых на протяжении многих лет поддерживали республиканцев. В 1962 году Кеннеди добился принятия закона, который ускорял амортизационные отчисления и предоставлял предприятиям налоговые льготы на инвестиции в определенные виды оборудования. [1176] Этот закон, вероятно, способствовал росту корпоративных инвестиций и росту экономики. Кеннеди также стремился исправить политические отношения с бизнесом, которые были испорчены после того, как ранее в 1962 году он попытался остановить ведущие сталелитейные компании от инфляционного повышения цен. После того как компании временно отступили, он сказал: «Мой отец всегда говорил мне, что все бизнесмены — сукины дети, но я никогда не верил в это до сих пор». Разгневанные руководители корпораций в ответ на это стали носить на лацканах пуговицы S.O.B. («Сыновья бизнеса»). [1177]

В 1962 году Кеннеди начал внимательно прислушиваться к кейнсианским экономистам, в частности к Уолтеру Хеллеру, профессору Университета Миннесоты, которого он назначил главой Совета экономических консультантов. Хеллер, как и многие другие экономисты в начале 1960-х годов, был преисполнен самоуверенности в отношении своей дисциплины. «Наша статистическая сеть, — утверждал он, — теперь расставлена шире и быстрее приносит улов. Прогнозированию способствуют не только более совершенные компьютерные методы, но и улучшенные опросы потребителей и инвестиционных намерений». [1178] Энтузиазм Хеллера блестяще отражал быстро растущую уверенность либералов, особенно в области социальных наук, в способности «экспертов» управлять американским обществом. Эта уверенность в себе, ещё более усилившаяся в середине 1960-х годов, возбуждала и заряжала энергией либеральный активизм того времени.