Чтение онлайн

– Никогда раньше такого не делал, - сказал он.
– В смысле, фотографии. Я их только разношу. Видите ли, их постоянный парень не объявился. А ребятам надо было снимать, ну и... понимаете...

– Бартон, я здесь не для этого.

– Я не педик. Мне нравятся девочки, большие сиськи и все такое.

Бартон отыскал свою футболку и натянул ее на себя. На футболке красовался яркий рисунок с группой "Bay City Rollers", и это сразу же заставило Бартона выглядеть очень молодым, почти ребенком, и - вопреки всему - необычайно невинным.

Какие вообще шансы у этого парня? подумал Сэм, разглядывая футболку с бой-бэндом на груди у Бартона, торчащего в этом бетонном притоне, еле сводящего концы с концами, продавая свое тело жалким порнографистам. Могу поспорить, он никогда не знал ничего другого. Загаженные квартиры, преступная жизнь, бессовестная эксплуатация в обмен на каждый заработанный фунт. Никакого образования, никакого будущего, страх опять оказаться за решеткой, нависший над ним, как черная туча. Для таких ребят, как он, средневековье, похоже, не кончится никогда.

– Я нормальный, - жалобно сказал Бартон.

– Я знаю.

– Честно. Мне просто нужны деньги.

– Бартон, послушай, меня не волнует, чем ты занят, мне интересно только, что ты можешь рассказать мне про Фрайерс Брук и про то, что там происходит.

– Фрайерс Брук? Вы же не... вы же не собираетесь...

– Опять тебя туда отправить? Конечно, нет. Я был там. Я видел, что там творится.

– Были?

– Я видел исправительный блок.

– Черную Дыру!

– Да. Тебя сажали туда?

Бартон прошел через мерзкую, грязную кухню и налил себе стакан воды. Он выпил ее одним махом, держа стакан обеими руками, будто маленький ребенок. Вода бежала по его подбородку. Он вытер ее подолом футболки.

– Мне нужно, чтобы ты рассказал мне правду, - мягко, но настойчиво проговорил Сэм.
– Мне нужно, чтобы ты рассказал про МакКлинтока.

Поколебавшись, Бартон сказал: - И что вы хотите узнать?

– Во Фрайерс Брук умирали мальчики.

Бартон кивнул.

– Почему они умирали? Ты это знаешь?

– МакКлинток, - пробормотал Бартон.

– Что он делает? Бартон, мне нужно знать. Мальчики умирали из-за его режима? Они умирали, а он выставлял это как самоубийства и несчастные случаи?

– Вы попробуете арестовать его?

– Если он хоть в чем-то виновен, то да, - сказал Сэм.
– И потому мне нужно, чтобы ты рассказал, что ты знаешь.

Бартон на секунду задумался, а потом очень тихо произнес: - Иногда ребята умирали из-за наказаний. А иногда... иногда они умирали, потому что слишком огорчали МакКлинтока.

– Слишком огорчали? То есть, нарушали его драгоценную Систему?

Бартон кивнул.
– Некоторые ребята восставали против него. Не я, я слишком слабый. И те, кто восставал, кто огрызался в ответ, кто бросал ему вызов, поплатились за это. МакКлинток совал их в Дыру - на несколько недель напролет, а то и дольше. Его вертухаи выбивали из них весь дух. Или хуже.

– В каком смысле хуже?

Бартон затравленно оглядел унылую квартиру. Уставился на мгновение на розетку над грязным рабочим столом и затем сказал: - Электрошок.

– Электрошок? В смысле, как в Абу-Грейбе [15] ?

– Не только в абугрейбу, сэр, по всему телу - лицо, руки, ну и как вы сказали... Ну и другие вещи, сэр, как например... когда им...
– он налил себе еще стакан воды.
– Им засовывали в глотку резиновый шланг и заливали через него воду. Ребята вот так вот захлебывались, сэр.

– МакКлинток давал мальчикам захлебнуться? Бартон, мне нужна стопроцентная уверенность, что ты говоришь мне правду.

– Конечно!
– воскликнул Бартон.
– Честно, сэр, я помогаю вам, я хороший!

– Ты будешь хорошим, если только скажешь правду, - настойчиво продолжал Сэм.

– Этот МакКлинток, сэр, он просто какой-то псих!
– завопил Бартон, глядя умоляющими, широко открытыми глазами.
– Он делает там, что хочет, и никто про это не знает! А если пацан умирает, он просто списывает это на что-нибудь другое - он повесился, он подрался, он обжегся...

– Обжегся!
– прервал его Сэм.
– Так умер мальчик по имени Тулс. В отчете МакКлинтока говорится, что перед его лицом взорвалась неисправная газовая плита. Ты сейчас говоришь про этого мальчишку?

– Еще раз, как его имя?

– Тулс. Крэйг Тулс.

– Крэйг Тулс, да, он самый! Это он! Это был МакКлинток, но он все замял, сэр, он все замял и соврал! Он психопат, сэр. Он убийца. Вам нужно забрать его, сэр, вам нужно наказать его по полной, потому что в тюрьму нужно сажать таких, как он, не парней, вроде меня, а его!

Внезапно в квартире раздался жестокий детский смех. Сэм обернулся и увидел, что открытый дверной проем облеплен юными лицами - щербатыми, узкоглазыми, лопоухими. Казалось, что в эти двери втиснулся чуть ли не каждый бездельник округа.

– Вон тот чувак! Он трахал в попу того, второго! Гомик! Гомик!

– Я вас всех предупреждаю!
– взревел Сэм, шагнув в их сторону.
– Убирайтесь!

– Ооой! "Убирайтесь!" Отымей ее!

– Я серьезно! Я офицер полиции, расследующий важное дело.

– Ты придурок!

– Не буду повторять, ребята. У меня есть власть обвинить вас всех в препятствии офицеру полиции в выполнении...

Сэма тут же окружили, начали насмехаться над ним, плеваться и забрасывать розовыми комками жевательной резинки.

– Я полицейский! Это для вас что-нибудь значит?

Сэм попытался растолкать детей, крича на них, но они обступили его, обращая все это в игру.

– Я вам сказал, проваливайте! Я серьезно, вашу мать!

Сэм набросился на них, и они, наконец, разбежались, визжа, вопя и выкрикивая на ходу страшные оскорбления. Последним из них был жирный мальчишка, неуклюже подхвативший с земли велик, угнездивший в седле свою непомерно большую задницу и бросивший на Сэма испепеляющий взгляд.

– Ты проклятый придурочный чертов ублюдок, - сорвалось с губ малыша ругательство.
– Я сейчас приведу сюда отца, и он пнет тебя по жопе, чтоб ты проваливал обратно в свою чертову азию, ирландский еврейский мудак.