Чтение онлайн

Ага. Вот оно что. Я почти физически ощутил, как щелкнула ловушка, которую эти недоумки пытались для меня расставить. «Бездарь», «пустышка», «прикрываешься охраной». Как же это было примитивно. Они хотели спровоцировать меня на необдуманный шаг? Вот только они не знали, что у меня прорвался дар!

В прошлой жизни интриги плелись годами, империи рушились от одного неправильно истолкованного взгляда на императорском балу. А здесь… детский сад, младшая группа, «забирай свои какашки и не писай в мой горшок!»

Но, признаться честно, мне вдруг стало невероятно скучно просто отшивать этого павлина. Захотелось подыграть. Захотелось посмотреть, насколько глубоко он готов засунуть голову в пасть тигру. Да-да, тому самому тигру, который отжал у барсука нору.

— Допустим, — я лениво пожал плечами, передавая книги подошедшему Морозову. — И что дальше? Хочешь вызвать меня на поэтическую дуэль? Будем читать друг другу стихи, пока кто-то не умрет от скуки? Или может тебе так бока намять, по-простому, по-свойски? У нас же с тобой пока ничья получается? Один-один! Так может, решим наш спор раз и навсегда?

— Это что — вызов?

— А ты вовсе не так глуп, каким кажешься. Пусть будет вызов, — улыбнулся я.

Ну а что? Какого хрена он на девчонку нападает? Пусть попробует на пацана наехать. Тем более, что кругом толпа зрителей — съехать уже не получится. Если снова своих засранцев привлечёт к бою, то будет для него бесчестьем и поруганием. Так что, только один на один!

— На Ристалище Чести! — выпалил Косматов, не сдержавшись. Его глаза лихорадочно блестели. — Официальный бой. Без оружия, только живица и рукопашный бой. Сделай вызов как следует и не увиливай, если считаешь себя дворянином, а не шавкой подзаборной. А если струсишь… ну что ж, вся Академия узнает, чего стоит слово наследника Ярославских.

Я едва сдержал улыбку. Он сам это сказал. Сам предложил условия. Рукопашный бой и живица. В которой я, по всеобщему мнению, был полным нулем. Что же, как говорил один юморист по фамилии Винокур: «Приходите, потом сюрприз будет!»

— Ристалище? — я сделал вид, что задумался. — Рукопашная? Как это… вульгарно. Но, с другой стороны, мне нужно как-то размяться перед выходными.

Я сделал шаг вперед, оказавшись почти вплотную к Косматову. Он рефлекторно напрягся, но не отступил.

— Я бросаю тебе вызов, Сергей Косматов, — произнес я четко и громко, чтобы слышала вся толпа зевак.

В глазах Косматова мелькнуло такое безумное, алчное торжество, что мне стало его почти жаль. Вот он охренеет, когда я чиркну своей «зажигалочкой».

Семён Престолов за его спиной нервно поправил очки и гаденько улыбнулся, видимо, уже представлял, как меня уносят с арены на носилках.

— Я принимаю вызов, Елисей Ярославский, — Косматов надменно вздернул подбородок. — Готовься к позору. И захвати с собой аптечку. Она тебе понадобится.

Он развернулся на каблуках и, сопровождаемый своими верными миньонами, гордо почапал по коридору вдаль, словно римский триумфатор после победы.

Толпа вокруг загудела, обсуждая грядущее развлечение. Официальные дуэли на Ристалище случались не каждый день, а уж между наследниками древних родов — тем более. Ставки, наверное, уже начали принимать.

— Елисей-сан… — Мизуки тронула меня за рукав. Её лицо было обеспокоенным. — Зацем ты это сделал? Это зе явная ловуска! Он хорос в зивице, и он мозет быть очень опасен в ближнем бою. Вы не долзны были поддаваться на эту десевую провокацию ради меня!

Я повернулся к ней и подмигнул.

— Ловушка, Мизуки — это когда ты не знаешь, что тебя ждет. Так что в ловушку попал скорее не я, а этот засранец.

— Елисей, ты уверен? — Миша сжал в руках учебники японки. — Этот хлыщ Косматов, конечно, не боевой маг, но живицу он качает не хило. Что-то странное есть в том, как он тебя вызвал. И на Ристалище Чести, что будет через три дня! Не в подворотне, как обычно.

— Не волнуйся, Мих, — я хлопнул друга по плечу. — Удар может быть тяжелым, только если он попадает в цель. А попасть в меня будет сложновато.

Морозов непонимающе моргнул, явно не уловив странную метафору, но спорить не стал. Отдал учебники Мизуки, та кивнула в ответ. Я же посмотрел вслед уходящей троице.

Что у них на уме? Попытка убить или искалечить на арене? Чтобы прилюдно и с максимальной оглаской? Всё никак не уймётся Косматый?

Слишком уж он был самоуверен для человека, который недавно выхватил люлей. Но сдаваться я не собирался. Сдаться и сдать назад в этой ситуации означало бы потерять лицо. Два видео уже ходили по телефонам адептов и все жаждали третье. То самое, которое должно поставить жирную точку в противостоянии двух заклятых «друзей».

Мда-а, пора бы с ним заканчивать. Надоел он мне до чёртиков. Всё ходит, нарывается, никак не успокоится. Напрашивается. Ну что же, напросился, ядрёна медь!

Чувствую, что на Ристалище кто-то действительно получит жестокий урок. И я собирался преподать его с особым цинизмом. В конце концов, я же аристократ. А мы, аристократы, должны доносить знания до менее одарённых умишком слоёв общества.

Особенно знания о том, как больно ломаются зубы о чужой кулак. Да и за Мизуки обидно стало. Нет, она бы сама его втихаря могла ушатать — чуть уколоть отравленной иголочкой и скопытился бы Косматый через полчаса. Однако, этим самым могла бы испортить себе жизнь. А так…

А так я наваляю ему и всех делов. Разрулим проблему!

Осталось только узнать больше про Ристалище Чести и подготовиться к нему. Тем более, что до самого этого события было всего три дня.

Ристалище Академии Ратных Наук и Чародейства было местом пафосным и монументальным. Огромная круглая арена, засыпанная особым кварцевым песком, который отлично впитывал кровь, чтобы местным уборщицам было проще работать. Трибуны возвышались ярусами, во время боя перед ними парили защитные купола — на случай, если какой-нибудь одаренный, но криворукий адепт решит запустить шаровую молнию в зрителей вместо соперника.

Слухи в Академии распространялись со скоростью лесного пожара при сильном ветре. К моменту начала нашего поединка трибуны были забиты под завязку. Аристократы обожали зрелища, особенно те, где кого-то знатного могли публично втоптать в грязь.

Я даже заметил Любаву Шумилову с Глебом Долгополым на VIP-местах — сидели, как в ложе Большого театра. Глеб что-то снисходительно трещал, покручивая на пальце перстень, а Любава напряженно смотрела на арену, подавшись вперед.

Миша Морозов и Мизуки заняли места в первом ряду, прямо у барьера. Миша выглядел так, будто сам готов был перепрыгнуть через ограждение и откусить Косматову голову, а японка сидела с непроницаемым лицом, хотя её пальцы нервно теребили край розоватого кимоно.