Чтение онлайн

— Сегодня не могу. Дерьмово чувствую. — Данилова и вправду замутило. — А завтра все чин-чином сделаю.

— Ну сейчас мы тебе самочувствие вмиг наладим.

Один из этих алкашей проклятых сразу заехал Данилову в физиономию, но тот не мог показать, что у него реакция и навыки особиста, прошедшего школу Борибабина.

Данилов лишь слегка крутанулся и подставил вместо челюсти плечо.

Все равно мало не показалось. И драться пришлось с напускной неуклюжестью. Из-за это пропустил ударов больше чем за весь последний год.

Особист уложил высокого хуком в челюсть, свалился от удара красномордого, но следом подсек его, зацепив ногой за лодыжку.

Когда все изрядно извалялись,

«златобородый» дал знак, чтобы Данилова больше не трогали.

— Ладно, ладно, прописался, новенький. Давай только без обид. Можешь звать меня «батя».

Данилов поднялся и сплюнул кровь — тьфу ты, отделали как щенка.

— Тут, батя, во втором звене Маньяна есть такой. Как бы нам повидаться.

— Зачем тебе этот клоп Маньяна? — спросил красномордый.

— Мы с ним вместе вкалывали на Гаспре. Это в Поясе.

— Не думал, что у него такая обширная трудовая биография. Тоже вроде тебя неумеха. Ну так вызови его укавэшкой-токером или пошли «таракана» «$F персональный миникибер для прокладки аварийный трасс».

— Понимаешь, я хочу, чтобы это был сюрприз. В жизни всегда должно быть место неожиданности. — растолковал Данилов.

— Ага, чтобы он обосрался с испугу. — «батя» заржал совсем как конь. — Подозреваю, что он тебе задолжал пару соларов или увел у тебя маруху. Такой ведь жук, сразу видно. Ладно, подойди через полчаса, я попробую выманить его из шахты.

Пожалуй это был наиболее надежный вариант. Данилов вернулся в свой жилищный блок, там разобрал и снова собрал свой импульсник, потом его навестил мастер, который долго развивал тему про каких-то тварей, похожих на кляксы и бульбы, которые якобы водятся на Марсе — насилу выпроводил его. Чертов мастер был коммунаром из низовой ячейки Актива и явно предпочитал витать в облаках вместо того, чтобы заниматься улучшением морально-информационного облика своих подчиненных.

А когда Данилов мог уже отчалить на встречу с Анпилиным, случился толчок. В токере сразу послышался голос центральной сейсмологической службы.

— Район Лабиринтис Ноктис. Квадрат 3а8, зафиксирована сейсмическая волна, 14 полубаллов по шкале Фензеля, предположительно смещение слоев грунта, производится проверка вулканической активности и возможного движения воды.

Вулканическая активность в Валлес Маринерис за все время наблюдений, начиная с 2001 года, была чрезвычайно низкой. Но ведь что-то же породило эту циклопическую систему каньонов. И это «что-то» было не хухры-мухры, а обладало чрезвычайной мощью и силой.

Горячая мантия на Марсе лежала куда глубже, чем на Земле, но если уж лава прорывалась наружу, то просто взрывала толстые слои льда.

Судя по руслам, оставленным колоссальными потоками и превратившимся в каньоны и ущелья, если кто-то на Марсе тогда и жил-проживал, то из-за этих катаклизмов сильно огорчился.

После толчка Данилов своим служебным умом сразу помыслил об Анпилине. Он там ниже на сто метров. А если все — его происки?

Этот гад мог уже опознать особиста, затем подыскать приличный ледовый пласт и импульсной бомбой испарить его.

Данилов двинулся к створу шахты. Здесь в главном тоннеле и давление воздуха, и герметизация были достаточными, чтобы ходить без шлема и дыхательной маски, поэтому особист услышал кое-что. Он услышал шипение. Именно такой звук производит вода, взаимодействуя с перекисями. А перекисей в красноватом марсианском грунте — более чем достаточно.

Тоннель качнуло еще раз и он увидел людей из рабочей смены, которые неслись как перепуганные кабаны в его сторону, бросив к чертям собачьим дорогостоящий комбайн. А потом полиуглеродная стена в нескольких местах стала трескаться словно крекер и особист понял, какому напору она подвергается.

— Тикай, мудила, шухер-то нешуточный, — закричал откуда-то мастер в звуковом и радиорежиме, а даниловский джин, вернее джинов модуль безопасности, придурочно советовал немедленно подняться на поверхность и вызвать марсолет.

Данилов бросился «тикать», сзади кто-то тяжело топал, спереди тоже мелькали грузные задницы, до подъемника было ровно сто пятьдесят метров двадцать три сантиметра, как сообщил услужливый джин. Но от этого легче не становилось.

Для сгущения атмосферы ужаса и мрака тоннель словно ушел в сторону и Данилов, утратив почву под ногами, шмякнулся оземь, а следом послышался мощный объемный шум — так бьет вода вперемешку с песком. Увы, с той стороны, где находился спасительный подъемник, перла грязевая волна. Данилов метнулся вслед за какой тенью в штрек, который из-за своей незначительности отсутствовал на план-карте.

Люк зрачкового типа раскрылся перед особистом, а затем прилежно закрылся сзади. Данилов пополз, вернее запрыгал как лягушонок по наклонной, пытаясь с помощью инфосканера как-то сориентироваться. Но тот улавливал только разлетающиеся обрывки суматошных радиообменов. Люди вопили от ужаса, кто-то уже надолго замолчал, система Тоннелестроя, похоже, не въезжала в ситуацию, а центральная сейсмологическая служба явно зачитывала лекцию по основам марсианской геологии.

Дескать, наблюдается не слишком мощный подъем лавы на юго-востоке района Павонис Монс, которым однако нельзя было объяснить сильное смещение пластов и таяние ледяного слоя в системе Лабиринтис Ноктис.

Данилов драпал по штреку, который джин так и не смог отыскать ни на одной доступной карте, большинство же остальных тоннелей сейчас было закрашено серой мутью -никакой информации оттуда не поступало.

Штрек основательно тряхнуло и Данилов стал куда-то проваливаться вместе с потоками реголита — хорошо хоть биополимерная маска успела обхватить голову. С последним криком СОС напрочь исчезли радиоканалы, а заодно и вход в решетку суперсвязи.

Данилов шлепнулся в бурный грязевой поток и понял, что здесь, в чреве у Марса, не то, что его полегшее тело, сам чип Фрая вряд ли отыщется. Но тут его совесть внушительно произнесла: «ЧИП ФРАЯ НЕ УНИЧТОЖИМ, ЕГО НЕВОЗМОЖНО ПОТЕРЯТЬ. ВЕЛИКОЕ КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЕ ТЕБЯ НЕ ПОКИНЕТ, ЕСЛИ ТЫ НЕ КИНЕШЬ ЕГО», и сразу полегчало. Не истребим, вот так вот.

Несмотря на благие мысли, Данилова вертело, мяло и тащило, ничего различить не удавалось ни в одном диапазоне, потом голова все-таки вынырнула из потока. Перед глазами, в оптическом окне, замелькали чернильные как будто бутылкообразные кляксы. Уж не те ли, про которых лопотал мастер-зануда. Данилов конвульсивно боролся за плавучесть, а еще проверял не идут ли какие-то помехи через визуальные нейроконнекторы джина. Нет, именно там царило полное благополучие. Однако и кляксы-бутылки никуда не желали исчезать.