Чтение онлайн

Она действительно напоминала медузу. Сама по себе станция была просто набором круглых модулей, которые еще более «распластывались» в стороны благодаря световым коллекторам.

Модули-цилиндры были нанизаны на один стержень по принципу детской пирамидки. Да и рядышком с верзилой Юпитером, до верхней облачной кромки которого лишь пятнадцать тысяч километров, станция при всей ее длине в милю выглядела крохотулечкой.

С того ее торца, что был обращен к красному монстру, уходило к нему навстречу несколько сотен монополимерных лент и труб со всяким наблюдательным оборудованием. Некоторые из них тянулись почти на пятнадцать тысяч километров и в недалекой перспективе должны были окунуться прямо в нижние слои юпитерианской атмосферы. И даже оплести гиганта со всех сторон!

Ленты имели силовые и сенсорные элементы, так что могли еще двигаться, сокращаться, извиваться, отчего сходство с медузой казалось очевидным. Большинство из них было толщиной едва ли не с человеческий волос, являясь просто проводниками сигналов с какого-нибудь детектора, но другие имели приличный диаметр, так что по ним мог ползти или даже гулять, лишь немного согнувшись, человек умеренного размера.

Естественно, что трубы приличного диаметра были куда короче, чем волоски, едва ли четыреста-пятьсот километров. И трубы, и ленты еще пучковались в узлах — дендримерных макрополимерах.

Еще в пути Данилов узнал о том, что преступники-террористы угнали с Фобоса пассажирский лайнер «Адмирал Горшков», по счастью без пассажиров, а затем захватили «Медузу», на которой всего персонала-то было не более сотни человек.

Данилов покрутил руками, потопал ногами по палубе. Неприятное ощущение громоздкости. Если у обычного скафандра толщина всех слоев не превышает трех миллиметров, у этого почти сантиметр. Половина толщины — это активный отражатель заряженных частиц, батя Юпитер-то вовсю фурычит. Схожая кожура есть и на корпусе станции, по нему то и дело скользят голубые молнии.

Однако передача тактильных ощущений, и при такой толщине «кожуры», работала неплохо, поэтому Данилов чувствовал даже ребристость рукоятки импульсника.

Подлетать к станции с той стороны, что смотрела на спутники Юпитера, было чревато крупнокалиберными неприятностями.

Штатного оружия на «Медузе» не было. Но зато имелись поворотные пусковые шахты зондов, а превратить исследовательскую ракету в боевую ничего не стоит. Засунь только в головку полкило плутония, который тут изготовить, как на горшок сходить, учитывая мощный ядерный энергоузел.

Потом именно со стороны верхней полусферы подлет к станции захламлен мишурой юпитерианского кольца — аммиачными ледышками.

Установлены на ней и пушки Хиггса, чтобы стрелять по ледяным обломкам.

Спецгруппа решила подлететь со стороны торца, обращенного к планете, хоть там ветвятся и змеятся трубы — медузьи щупальцы. А затем уже пробиваться через модуль, где фурычит генератор, выдувающий щупальцы, к главному реактору. Взять его под контроль, ну и следом потрошить террористов на всех уровнях.

Считалось, что преступников не больше двух десятков.

Данилов, наконец, получил нормальный вход в решетку суперсвязи, поэтому добился объективки от Главинформбюро и Службы Общественного Здоровья, кое-что порассказал и Хованский.

Ядро террористической группы составили урки из банды Зонненфельда-Рыбкина, известного по кличке Сонни. Самого пахана, находившегося в открытой зоне «Мичуринск», намедни пытались арестовать. Провели масштабную облаву, но Сонни вовремя покончил с собой, а его капсула Фрая и джин исчезли незнамо куда. Банда Зонненфельда известна как сектантско-криминальная, занимается модельными наркотиками, симулирующими общение с «высшими силами». Киссельман, Шац и Миронов тоже имели связь с Сонни. Известно также, что в его банду и нынче входят левые ученые, занимающиеся изучением глюонной решетки. Среди террористов как будто есть и чистые оторвы -сектанты-юпитерианцы, которые на голубом глазу считают, что красный гигант является окном в лучший мир. В тоже время точная мотивировка действий банды Зонненфельда неизвестна.

Омоновцев же было три десятка. Не мешало бы и побольше. Но именно столько вмещал быстроходный рейдер «Одесса», да и серьезных людей уровня «Егер-9» в Поясе больше наскрести не удалось, ждать же подкреплений с Марса не доставало времени.

Начальство почему-то сильно торопилось. Поэтому оно и послало Данилова, который оказался ближе всех к месту сбора группы захвата. Таким макаром, оказался он ближе всех сотрудников Особого Отдела и к террористам. В его задачу не входило пробиваться внутрь станции вместе со спецгруппой, но ему вменялось провести первичные оперативно-следственные действия.

Почему же Главинформбюро держало в последнее время на станции всего сотню голов персонала, если на ней когда-то размещалось две тысячи, а могло быть и втрое больше. Боялась, что отборные солариты дружно вступят в ряды грязных сектантов-юпитерианцев? И на кой хрен «Медуза» понадобилась террористам? И почему сейчас, при подлете, все время кажется, что Юпитер — это необъятный потолок, загораживающий полмира и собирающийся свалиться на макушку?

Юпитер здесь явно играл роль голубого неба на Земле, только был ржаво-коричневым, с добавками желтого и серого, очень тяжелым и зловещим — особенно когда смотрел своим вращающимся глазом,

«большим красным пятном».

Мощный термоядерный двигатель специального рейдера позволил покрыть четыреста миллионов километров за три недели. При таких ускорениях биостазис был конечно полным. Сейчас многие участки психики были еще заторможены, особенно отвечающие за моторику, да и мускулы еще не полностью расконсервировались — несмотря на постоянные вливания синтетических адренергиков и «черной вдовы».

А омоновцам через один-два часа пора было уже идти в бой. Почему же так спешит Главинформбюро, зачем «гонит волну»?

Неожиданно вышел на связь абонент «Мурза», то есть Фридрих Ильич; паутинка была обычной степени защищенности, так что Данилов ожидал только общих фраз. Или, может, гнева ввиду недавнего и неожиданного, но весьма тесного общения с Зухрой Эдуардовной. Начальник явился супермимиком, в красно-черной форме выходного дня, на фоне какого-то довольно парадного зала в китайском императорском стиле.

— Что-то вы редко балуете меня разговорами, камрад Сысоев, даже после моего подключения к решетке.

— Потому что ты ведешь очень самостоятельную жизнь, Данилов.

Мы предоставили ее тебе, так же как и наше доверие. Поэтому не рассматриваем всякие частности с большой лупой, тем более на всякую частность не придумаешь инструкции.

— Я это уловил. Спасибо, доверие надеюсь оправдать.

— Сейчас надежды и веры тебе уже будет недостаточно. Ты слишком много знаешь. Я хочу, чтобы ты стал настоящим игроком, почувствовал азарт и волю к победе. Я тебя и стал выставлять вперед, потому что заметил зачатки воли — того, чего нет у большинства пастеризованных соларитов.