Чтение онлайн

И все же Бог мой проявил снисхождение и позволил мне встретиться с моим таки замечательным отпрыском. Но двадцать пять лет — это тебе не двадцать пять минут на горшке просидеть.

— Чертовски занимательная история. — одобрил Данилов и подумал, рождение дитяти приблизило или отдалило Варенцова от смерти?

— Да, такой у меня папка, — прошептала Кац и сразу стала похожей на маленькую девочку. Хоть бантик на жесткие космы одевай.

— И поди пойми, Данилов, насколько расщедрились Небеса.

Грехи-то мои больно тяжкие. Мы с Ханночкой, боюсь, снова разлетимся, уж больно характер у нее вздорный. Но именно из-за Ханны я не скормил вас полипу, Данилов. Уважаю-таки выбор своей дочурки.

— Но какие-такие грехи, Варенцов? Разве в те давние времена у вас был богатый выбор? — сказал Данилов, который уделял капитану едва ли десять процентов внимания, остальное поглощал этот чертов пилон.

— Конечно, был. Он всегда есть. Признаться во всем, пойти под трибунал. Мне бы дали каторгу на Весте, тогда это было худшее место во Вселенной, но девчонку бы легализовали.

— Значит, ты меня выбрала, Ханна? — Данилов впервые обратился к Кац по имени.

— Я выбрала тебя как выбирают резиновые перчатки, собираясь чистить сортир, — сказала она строго, но глаза-то были тепленькими, даже нежными, как у Гипериции, когда у ней на минутку отключились проекторы.

Джин Данилова тем временем впитывал последнюю доступную информацию по узловому серверу, весь этот многоуровневый кошмар, в который скоро предстояло окунуться.

Бобер уже забрался под основание плавучего пилона-небоскреба.

Низ его оказался незамкнут, так что внутри можно было и подвсплыть.

И аппарат стал подниматься по разомкнутой балансировочной цистерне. Десять, двадцать, тридцать метров и тут горизонтальный люк-кингстон, который выполнял обязанности шлюзовых ворот.

— Я вот понаблюдал и порассчитал — для перебалансировки пилонов гэдээровцы должны вскорости открыть этот люк и заполнить водой еще одну балластную цистерну. — сообщил Варенцов, впрочем без особой уверенности в голосе.

— А это зачем, капитан?

— Затем. Ледяной коре Европы не хочется покоя. Из-за приливной, вулканической и прочей активности одни слои сдвигаются относительно других, отчего пилоны и саму платформу начинает корежить. Поэтому управляющая кибероболочка сервера снимает крен и всякие деформации перебалансировкой, притапливанием и подвсплытием… Кто еще не понимает, куда я клоню?-поинтересовался капитан Варенцов.

— Чего уж тут непонятного… и куда же вы клоните? — озадачился Данилов.

— Сейчас вот эта цистерна откроется и вместе с водой морской нас всех подбросит на высоту примерно в сто метров. Потом наши пути разойдутся. Вы, Данилов, выскочите наружу, словно у вас в попе плазменный мотор и красный перец впридачу, а мы с Ханной, наоборот, начнем опускаться — ведь, скорее всего, через минутку-другую случится продувка. Чтобы не попасть в это тряхомудие вам, товарищ дорогой, надо будет поскорее проникнуть на нижнюю палубу сервера через один из продувочных клапанов.

В результате, вы, наш антинародный богатырь, окажетесь в том отсеке, где гэдээровцы мужественно обороняются от кик и прочих хищных тварей Европы. Я думаю, вернее я так считаю, что там установлена защита из сети клейкороботов, которые вместе представляют одного большого загребущего клейкоробота.

— А кроме клейкоробота, что там еще? — справился Данилов.

— Его иногда бывает вполне достаточно… Но возможны и другие сюрпризы. Наверняка, на одной из верхних палуб смонтирована активная система поддержания живучести, которая вполне может потерзать даже такого опытного диверсанта как вы. Но…

— Что «но»?

— Не давайте этим эсэсовцам распускать руки. У вас есть оружие, Данилов. Пользуйтесь им на свое здоровье.

— Смеетесь, да, весело, да? Этот антиорганический цеп — оружие?

Рогатка, по вашему мнению, тоже? Максимум, на что сгодится цеп, это притормозить быстро удирающую от тебя бабу. — возразил Данилов, которому сейчас было кисло от сделанного им жизненного выбора.

— Что ж и бабу иногда полезно притормозить, — умудренно произнес капитан. — Тут от прежнего водилы этого бобра остался один приборчик. Одолжил мне его, прежде чем скончаться от укуса кики.

В руке у повернувшегося в кресле Варенцова появился цилиндрик, из которого словно вылетала и возвращалась обратно стайка зеленоватых искорок.

— Что-то вроде бенгальских огней? Вроде до Нового Года еще далеко, особенно юпитерианского. — заметил Данилов, которому хотелось уже застонать.

— Не сомневайтесь, эта штучка-дрючка произведет хорошее впечатление на клейкороботов. Причем без излишнего шума и вони, — пообещал капитан. — Называется она мезонный прерыватель, а кратко — меч-кладенец. Особо впечатляюще сей клинок действует на кремний— металло— и прочую органику, особенно нейронные цепи. Перепаивает ее или глобулирует, причем с очень небольшими затратами энергии и в массовом порядке… А для тех супротивников, что встретятся вам после, может сгодиться вот это.

Мезонный сшиватель, синуклер. Это мой личный, так сказать, ублажитель. Одалживаю не без сожаления.

И Варенцов вручил Данилову небольшой диск, который удобно приклеился к запястью.

— А вот это, — капитан надел на руку Данилова браслетик, — это как будто браслет на память о нашей встрече, а на самом деле нитеробот, причем очень умный, хотя и очень тонкий. Он вытянет вас из любой неприятной ситуации, буквально и фигурально…

Ну и когда доберетесь до главного пульта узлового сервера, то уже не волнуйтесь, не переживайте. Ваш джин уже насобачен нами, чтобы произвести все необходимые процедуры по перекачке крошки Малхут в лучшие края. Вы ему только помогайте… А теперь время, труба зовет.

— Возможны еще какие-то неприятности, о капитан Синдбад?-мрачно поинтересовался Данилов, которому недосуг было уже возникать по поводу очередного проникновения в его джина.

— Конечно же. — с готовностью отозвался Варенцов. — Но вы, в любом случае, штаны лишний раз не снимайте и попу всем подряд не подставляйте, а то болты у ваших недругов могут быть сильно железные.

В этом Данилов не сомневался. Он глубоко, как будто в последний раз (а может это и был последний раз), втянул спокойный воздух кабины и сказал занятой женщине:

— Пока, Ханна. Я так рад, что есть у тебя имечко, в отличие от меня. Хотя, честно говоря, оно напоминает мне слово «ханА». Но это субъективное впечатление.

— Я хана для врагов, а для тебя спасательный круг. — Она быстро прижала Данилова к своим губам, а потом отшвырнула словно дрянь какую. Это было совсем в ее стиле.

В одном из «окон» Данилов увидел, что люк-кингстон верхней цистерны дрогнул и вихри, состоящие из пузырьков, с нарастающей скоростью заструились к нему. Вслед за пузырьками понесся и бобер, отчего, все внутренности у членов экипажа упали вниз.