Чтение онлайн

Но «укротитель», выждав полминутки, эффектно сообщил сучащему ногами человеку, что «питона» бояться не надо, что этот клейкоробот свой в доску и больше не подчиняется кибероболочке.

То есть, очень даже подчиняется. Просто Данилов для него — уже обезвреженный и обездвиженный пришелец, который будет расщеплен в мусорном бункере-дезинтеграторе, располагающемся на самом верху отсека. Только сперва надлежит нарушителя туда доставить.

Соответствующим образом оповещены остальные клейкороботы.

Первые триста метров подъема оказались довольно гладкими.

Прочая клейкороботная стража реагировала на Данилова вяло и только подбадривала «питона», мол, давай, тащи паскудника в холодную. Можно было полюбоваться тем, как пол зала превращается в пятачок, потерявшийся где-то внизу. Стены и сами стражи выглядели куда внушительнее.

«Так если он меня и в самом деле сунет в дезинтегратор?»-всполошился Данилов.

«Он очень хочет, но не успеет.»— успокоил «укротитель». — В самый последний момент мы ему зашлем новую порцию дезинформации, на отмену предыдущей команды. Он замешкается и вы проскользнете…

«Это хорошо звучит, но смотри, не промахнись.» «Обстановка под контролем, камрад Данилов.» «Сколько раз я это слышал, а потом были похороны.» «Свой» элемент проносил скрученного Данилова мимо «чужих» элементов, и когда коды оповещения запаздывали, прочие стражники пытались вырвать законную добычу… но вовремя тормозили.

В любом случае, клейкороботы, толщиной с разожравшуюся анаконду и выписывающие вокруг тебя танцевально-охотничьи спирали -зрелище не для слабонервных.

Но Данилов, впрочем, не был сейчас слабонервным и не мог сильно переживать; эмоциональные центры в значительной степени были уже заторможены синтетическими опиатами. И даже хотелось спать.

А потом сразу расхотелось, причем без всяких стимуляторов, так как «укротитель» очень мило сообщил, что обратная связь выдала ошибку — Данилов стал напоминать клейкороботам сверхагрессивную европейскую форму жизни «Ипсилон», которая добывает энергию с помощью бескислородного брожения. И что они готовы немедленно кинуться на пришельца скопом.

«Черт возьми, никак не ожидал, что я уже забродил. Неужто так сыграла гнусная жрачка, которой угостил морской царь?.. Мне как, пора расслабиться, чтобы меньше мучиться?..» Нет, надо было бить первым, потому что все вокруг все заволновалось и заизвивалось. Настоящий шухер. И тогда Данилов перекрестил эту публику мезонным прерывателем.

Ему показалось, что клейкороботы завизжали. Тем более, вся эта масса брызнула от него в разные стороны, потекла сизыми слюнями и даже образовала водоворот.

«Укротитель», судя по экрану инфосканера, старательно погонял «своего» клейкоробота ввысь, но тот не слишком торопился. Видимо хилый мозговой ганглий не давал ему решить: дотащить опасного нарушителя до мусорного бака или прикончить незамедлительно. Тем более и остальные «товарищи» как будто критиковали его.

Клейкоробот задергался от переживаний и собрался вообще выпустить добычу. А лететь ей вниз предстояло приличные четыреста метров; даже при пониженной силе тяжести более чем достаточно, чтобы нарисовать внизу красивое красное пятно. Хотя, может, клейкороботы растащили бы падающего на молекулы еще по дороге.

Данилов опечалился — было отчего, сердце тряслось и сжималось из-за гормональной разбалансировки.

Но тут он увидел новые мимики, да что там мимики — инфосканер показал новую сенсоматрицу. Значит, джин на пару с «укротителем» сгенерировал агрессивную сенсоматрицу, которая сейчас захватывала клейкороботов в сетевом пространстве, создав для них новую и весьма цепкую виртуальную реальность.

Или джин резко поумнел или же его подучил некий добрый демон, засевший в оперативной памяти? Да какая сейчас разница…

Кибероболочка клейкороботов, оказавшись в новой реальности, пришла в смущение, именуемое также «точкой бифуркации» и начала перестройку с реорганизацией. Примитивно организованный гадючник стал превращаться в социальную систему. Сенсоматрица навязала свои стандарты и Данилов увидел у клейкороботов зачатки иерархии: премьеров и председателей, увидел министров и генералов. Старая аппаратная память им уже не годилась, новые программы еще не было отлажены, поэтому многое не заладилось в перестроенной системе. Кое-какие клейкороботы вдруг осознали, что в их обществе господствует несвобода, внеэкономическое принуждение и поглощение маленьких большими. И маленькие восстали на больших под клич: «К оружью, граждане».

«Укротитель» уже имел канал прямого доступа в интегрального клейкоробота и ввел игровую стратегию в его шизофренирующую психоматрицу.

Началась семиминутная война, что-то вроде мамаева клейкобоища.

Причем одна из сторон явно принимала Данилова за главнокомандующего и великого воина.

«Свои» и «чужие» плевались дикой дрянью, предназначенной для истребления крепкой европейской фауны — чем-то вроде плавиковой кислоты.

«Свои солдаты» несли Данилова на себе, перебрасывали друг дружке, защищали от вражеских выпадов и наскоков, вовремя выставляли на передний край, чтобы он мог сработать мезонным прерывателем, и уносили обратно «в ставку» для принятия глубоких аналитических решений.

И Данилов их принимал, занимаясь плагиатом битв при Азенкуре, Каннах и Курской дуге. Наступающие клинья врага были зажаты снизу и сверху, одновременно подвергаясь обстрелу с флангов.

А потом Данилов повторил лихой наскок конкистадора Ф.Писарро на верховного Инку и разделал вражеского руководителя, как витязь М.Кобылич султана Мурада.

Армия врага пришла в замешательство, слизь полилась ручьями, свежеосвежованные питоны и анаконды слипались в какие-то невообразимые комки. Победа была за «нашими», но триумфатору было недосуг — через вентиляционные клапана он с полегчавшим сердцем устремился на следующую палубу.

В этом отсеке располагались несущие конструкции пилона, продувочное и лифтовое оборудование, а также система роботов-ремонтников для поддержания живучести сервера.

В отличие от предыдущей палубы, которая отчасти напоминала шикарный дворец съездов или храм тоталитарной секты, здесь была атмосфера крупного завода. Деловая атмосфера. Мешанина из труб, помп, насосов, цистерн. Давление воздуха здесь было близко к нормальному, так что колобок сдулся и Данилов принял значительно более человеческий облик.

Самое удивительное, что диверсант вначале даже не заметил охранников этой палубы. Инфосканер, конечно, размалевал окно абстрактными картинами, состоящими из лент и полос, что свидетельствовало о чьей-то активности, и даже слежении. Но не более того. В оптическом окне местные жители тоже были не различимы.

Зато в сенсоматрице замелькала Малхут, она уже высовывалась из-за спины Данилова и было заметно, что ее подгоняет страх.

Умеют бояться и куда более простенькие киберсистемы, что уж говорить о виртуальном эксперте. Но сейчас ее что-то сильно перепугало, и в сетевом пространстве «ядро» ее психоматрицы «$F ядром прозывается лимбомер, узел самоидентификации» оказалось совсем рядом. Маленькая робкая Малхут пробиралась следом, выглядывала из-за «деревьев» сенсоматрицы и ее инфантильное личико смутно выделялось во мгле. Она надеялась на Данилова.