Чтение онлайн

25

Мне говорила; я бы ей ответил

Без промедленья, но как раз тогда

Мой взгляд иное зрелище приметил.

28

Навстречу этой новая чреда

Шла по пути, объятому пыланьем,

И я помедлил, чтоб взглянуть туда.

31

Вдруг вижу — тени, здесь и там, лобзаньем

Спешат друг к другу на ходу прильнуть

И кратким утешаются свиданьем.

34

Так муравьи, столкнувшись где-нибудь,

Потрутся рыльцами, чтобы дознаться,

Быть может, про добычу и про путь.

37

Но только миг объятья дружбы длятся,

И с первым шагом на пути своем

Одни других перекричать стремятся, —

40

Те, новые: «Гоморра и Содом!»,*

А эти: «В телку лезет Пасифая* ,

Желая похоть утолить с бычком!»

43

Как если б журавлей летела стая —

Одна к пескам, другая на Рифей,*

Та — стужи, эта — солнца избегая,

46

Так расстаются две чреды теней,

Чтоб снова петь в слезах обычным ладом

И восклицать про то, что им сродней.

49

И двинулись опять со мною рядом

Те, что меня просили дать ответ,

Готовность слушать выражая взглядом.

52

Я, видя вновь, что им покоя нет,

Сказал: «О души, к свету мирной славы

Обретшие ведущий верно след,

55

Мой прах, незрелый или величавый,

Не там остался: здесь я во плоти,

Со мной и кровь ее, и все суставы.

58

Я вверх иду, чтоб зренье обрести:

Там есть жена,* чья милость мне дарует

Сквозь ваши страны смертное нести.

61

Но, — и скорее да восторжествует

Желанье ваше, чтоб вас принял храм

Той высшей тверди, где любовь ликует, —

64

Скажите мне, а я письму предам,

Кто вы и эти люди кто такие,

Которые от вас уходят там».

67

Так смотрит, губы растворив, немые

От изумленья, дикий житель гор,

Когда он в город попадет впервые,

70

Как эти на меня стремили взор.

Едва с них спало бремя удивленья, —

Высокий дух дает ему отпор, —

73

«Блажен, кто, наши посетив селенья, —

Вновь начал тот, кто прежде говорил, —

Для лучшей смерти черплет наставленья!

76

Народ, идущий с нами врозь, грешил

Тем самым, чем когда-то Цезарь клики

«Царица» в день триумфа заслужил.*

79

Поэтому «Содом» гласят их крики,

Как ты слыхал, и совесть их язвит,

И в помощь пламени их стыд великий.

82

Наш грех, напротив, был гермафродит;

Но мы забыли о людском законе,

Спеша насытить страсть, как скот спешит,

85

И потому, сходясь на этом склоне,

Себе в позор, мы поминаем ту,

Что скотенела, лежа в скотском лоне.*

88

Ты нашей казни видишь правоту;

Назвать всех порознь мы бы не успели,

Да я на память и не перечту.

91

Что до меня, я — Гвидо Гвиницелли;*

Уже свой грех я начал искупать,

Как те, что рано сердцем восскорбели».