Чтение онлайн

Испанец и богемец,* без печали

Мирящийся с бесславием своим;

127

Увидят, что заслуги засчитали

Хромцу ерусалимскому чрез I,

А через М — обратное вписали;*

130

Увидят, как живет в скупой грязи

Тот, кто над жгучим островом вельможен,*

Где для Анхиза был конец стези;*

133

И чтобы показать, как он ничтожен,

О нем напишут с сокращеньем слов,

Где многий смысл в немного строчек вложен.

136

И обличатся в мерзости грехов

И брат, и дядя,* топчущие рьяно

Честь прадедов и славу двух венцов.

139

И не украсят царственного сана

Норвежец, португалец или серб,

Завистник веницейского чекана.*

142

Блаженна Венгрия, когда ущерб

Свой возместит!* И счастлива Наварра,

Когда горами оградит свой герб!*

145

Ее остерегают от удара

Стон Никосии, Фамагосты крик,

Которых лютый зверь терзает яро,

148

С другими неразлучный ни на миг».*

Песнь двадцатая

Шестое небо — Юпитер (окончание)

1

Как только тот, чьим блеском мир сияет,

Покинет нами зримый небосклон,

И ясный день повсюду угасает,

4

Твердь, чьи высоты озарял лишь он,

Вновь проступает в яркости мгновенной

Несчетных светов, где один зажжен.*

7

Я вспомнил этот стройный чин вселенной,

Чуть символ мира и его вождей

Сомкнул, смолкая, клюв благословенный;

10

Затем что весь собор живых огней,

Лучистей вспыхнув, начал песнопенья,

Утраченные памятью моей.

13

О жар любви в улыбке озаренья,

Как ты пылал в свирельном звоне их,

Где лишь святые дышат помышленья!

16

Когда в лучах камений дорогих,

В шестое пламя* вправленных глубоко,

Звук ангельского пения затих,

19

Я вдруг услышал словно шум потока,

Который, светлый, падает с высот,

Являя мощность своего истока.

22

Как звук свое обличие берет

У шейки цитры или как дыханью

Отверстье дудки звонкость придает,

25

Так, срока не давая ожиданью,

Тот шум, вздымаясь вверх, пророкотал,

Как полостью, орлиною гортанью.

28

Там в голос превратясь, он зазвучал

Из клюва, как слова, которых знойно

Желало сердце, где я их вписал.

31

«Та часть моя, что видит* и спокойно

Выносит солнце у орлов земли, —

Сказал он, — взоров пристальных достойна.

34

Среди огней, что образ мой сплели,

Те, чьим сверканьем глаз мой благороден,

Всех остальных во славе превзошли.

37

Тот, посредине, что с зеницей сходен,

Святого духа некогда воспел

И нес, из веси в весь, ковчег господень.*

40

Теперь он знает, сколь благой удел

Он выбрал, дух обрекши славословью,

Затем что награжден по мере дел.