Божественная комедия
Шрифт:
55
«Закрой глаза и отвернись; ужасно Увидеть лик Горгоны; к свету дня Тебя ничто вернуть не будет властно». 58
Так молвил мой учитель и меня Поворотил, своими же руками, Поверх моих, глаза мне заслоня. 61
О вы, разумные, взгляните сами, И всякий наставленье да поймет, Сокрытое под странными стихами! 64
И вот уже по глади мутных вод Ужасным звуком грохот шел ревущий, Колебля оба брега, наш и тот, — 67
Такой, как если ветер всемогущий, Враждующими воздухами взвит, Преград не зная, сокрушает пущи, 70
Ломает ветви, рушит их и мчит; Вздымая прах, идет неудержимо, И зверь и пастырь от него бежит. 73
Открыв мне очи: «Улови, что зримо Там, — он промолвил, — где всего черней Над этой древней пеной горечь дыма». 76
Как от змеи, противницы своей, Спешат лягушки, расплываясь кругом, Чтоб на земле упрятаться верней, 79
Так, видел я, гонимые испугом, Станицы душ бежали пред одним, Который Стиксом шел, как твердым лугом. 82
Он отстранял от взоров липкий дым, Перед собою левой помавая, И, видимо, лишь этим был томим. 85
Посла небес [102] в идущем признавая, Я на вождя взглянул; и понял знак Пред ним склониться, уст не размыкая. 88
О, как он гневно шел сквозь этот мрак! Он стал у врат и тростию подъятой Их отворил, — и не боролся враг. 102
Посла небес — то есть ангела.
91
«О свергнутые с неба, род проклятый, — Возвысил он с порога грозный глас, — Что ты замыслил, слепотой объятый? 94
К чему бороться с волей выше вас, Которая идет стопою твердой И ваши беды множила не раз? 97
Что на судьбу кидаться в злобе гордой? Ваш Цербер, если помните о том, И до сих пор с потертой ходит мордой». [103] 103
Ваш Цербер… — Труднейшим из двенадцати подвигов Геракла было похищение Цербера. От Геракловой цепи у Цербера до сих пор потерта морда.
100
И вспять нечистым двинулся путем, Нам не сказав ни слова, точно кто-то, Кого теснит и гложет об ином, 103
Но не о том, кто перед ним, забота; И мы, ободрясь от священных слов, Свои шаги направили в ворота. 106
Мы внутрь вошли, не повстречав врагов, И я, чтоб ведать образ муки грешной, Замкнутой между крепостных зубцов, 109
Ступив вовнутрь, кидаю взгляд поспешный И вижу лишь пустынные места, Исполненные скорби безутешной. 112
Как в Арле [104] , там, где Рона разлита, Как в Поле, где Карнаро многоводный [105] Смыкает Италийские врата, 115
Гробницами исхолмлен дол бесплодный, — Так здесь повсюду высились они, Но горечь этих мест была несходной; 104
Арль — город в Провансе, на левом берегу Роны; близ него расположено знаменитое в средние века кладбище со множеством римских и христианских могил.
105
Пола — город на южной оконечности Истрии, омываемой с востока заливом Карнаро (Кварнеро). В его окрестностях также существовал обширный римский некрополь.
118
Затем что здесь меж ям ползли огни, Так их каля, как в пламени горнила Железо не калилось искони. 121
Была раскрыта каждая могила, И горестный свидетельствовал стон, Каких она отверженцев таила 124
И я: «Учитель, кто похоронен В гробницах этих скорбных, что такими Стенаниями воздух оглашен?» 127
«Ересиархи, — молвил он, — и с ними Их присные, всех толков; глубь земли Они устлали толпами густыми. 130
Подобные с подобными легли, И зной в гробах где злей, где меньше страшен». Потом он вправо взял, и мы пошли 133
Меж полем мук и выступами башен. Песнь десятая
Круг шестой (продолжение)
1
И вот идет, тропинкою, по краю, Между стеной кремля и местом мук, Учитель мой, и я вослед ступаю. 4
«О высший ум, из круга в горший круг, — Так начал я, — послушного стремящий, Ответь и к просьбе снизойди как друг. 7
Тех, кто положен здесь в земле горящей, Нельзя ль увидеть? Плиты у могил Откинуты, и стражи нет хранящей». 10
«Все будут замкнуты, — ответ мне был, — Когда вернутся из Иосафата [106] В той плоти вновь, какую кто носил. 13
Здесь кладбище для веривших когда-то, Как Эпикур [107] и все, кто вместе с ним, Что души с плотью гибнут без возврата 106
Иосафат — название долины, где, по церковным представлениям, произойдет Страшный суд.
107
Эпикур — греческий философ-материалист (341–270 гг. до н. э.), отрицавший бессмертие души. В средние века «эпикурейцами» называли всех вообще атеистов.
Поделиться с друзьями: