Чтение онлайн

Айрис покраснела. Брат видел, как она сидела на коленях у Романа и целовала его. Она не знала, что думает по этому поводу.

— Я знаю, что он очень много значит для тебя, Айрис, — прошептал Форест. — И мне жаль, Цветочек. Мне жаль, что я не смог спасти его, как спас тебя. Но мне нужно, чтобы ты поняла: мне потребовались все силы, чтобы дезертировать, чтобы не подчиниться приказу Дакра. Мне потребовалось все, чтобы бежать с тобой в безопасное место.

Он встретил ее взгляд. Айрис отвела взгляд, не в силах выдержать боль в его глазах.

— Сражаться за Дакра не было твоим выбором? — спросила она.

— Нет.

— Я... я все еще не понимаю, Форест. До меня дошло известие, что ты был ранен, но вовремя эвакуирован. Что ты сражался с другой ротой Энвы.

— Отчасти это правда, — ответил Форест. — Я был ранен на реке Люсия, причем так тяжело, что должен был умереть в лазарете Мериаха. Я продержался несколько дней, но был слишком слаб для эвакуации, и когда Дакр пришел, чтобы взять Мериах... он исцелил меня перед смертью. Он держал меня за долг моей жизни, и у меня не было другого выбора, кроме как сражаться за него.

Эти слова охладили ее. В голове вдруг закрутились странные мысли. Образы раненого Романа. Пытающегося отдышаться в облаке газа, окутавшего его на поле боя.

Что бы она предпочла, чтобы он умер или попал в плен к врагу?

— Я совершал поступки, Айрис, — продолжал Форест, возвращая ее в настоящее. — Я совершал поступки, с которыми едва ли смогу жить. И я знаю, что ты можешь захотеть уйти от меня. Я вижу это в твоих глазах; ты хочешь найти Китта и других своих друзей. Но ты нужна мне. Я прошу тебя остаться здесь, со мной, где безопасно.

Она кивнула, хотя сердце ее замирало. — Я не брошу тебя, Форест.

Он закрыл глаза, почувствовав облегчение.

Форест выглядел так, словно постарел на целое десятилетие. Она мимолетно увидела в нем старика, потрепанного, обветренного и мрачного.

— Поспи немного, брат, — сказала она. — Поговорим об этом завтра.

Она поднялась и оставила Фореста на диване. На том самом месте, где он спал до войны, когда был учеником гороскопа с яркими глазами, быстрым смехом и медвежьими объятиями, от которых Айрис всегда становилось легче после тяжелого дня.

Она взяла свечу и удалилась в свою спальню, на мгновение прислонившись к двери. Айрис должна была отбросить эти страхи о Романе, попавшем в плен. О Романе, мертвом. Роман страдает. Она должна была верить, и ей нужно было поспать. Ей нужен был острый ум и отдохнувшее тело, чтобы разработать новый план по поиску пути к нему.

Айрис впитывала в себя тоскливую истину, что она вернулась туда, откуда начала свой путь. Она была "дома", но чувствовала себя здесь чужой. Чувствовала себя совершенно другим человеком. Айрис закрыла глаза, слушая, как дождь стучит по окну.

Медленно она осматривала свою старую комнату.

Одеяла на ее кровати были смяты. На письменном столе, задрапированном нитями, были разбросаны книги. Дверца шкафа была открыта, и в ней виднелась одежда, которую она оставила.

А на полу лежал листок бумаги.

Айрис замерла, уставившись на него.

Она так и оставила его нетронутым. Она решила не читать его несколько месяцев назад, опасаясь, что Карвер изменит курс, которым она намеревалась следовать.

Она подошла к сложенной бумаге. Нагнувшись, она подняла ее с пола и отнесла к кровати. Она поставила свечу в сторону, и свет замерцал вокруг нее.

Айрис смотрела на бумагу, почти держа ее над пламенем, чтобы сжечь. Она не знала, хватит ли у нее сил открыть ее. Она боялась, что, прочитав его слова, она сломает себя до последнего.

Но в конце концов она не удержалась.

Бумага раскрылась в ее руках, как крылья.

Его слова встретили ее, как клинок. Она склонилась над ними.

«Айрис! Айрис, это я, Китт.»

ЭПИЛОГ

Дакр

Дакр подождал, пока его эйтралы отступят во второй раз, и начал приближаться к Авалон Блафф. Его питомцы вернулись на свое место под землей, и он пошел по пышной долине, полный надежды.

Газ поднимался вверх, освещая город зеленым светом. Зеленый, как горы, как изумруды, которые он носил на пальцах. Зеленый, как глаза Энвы, которые он все еще видел по ночам, когда спал внизу.

Смертные хорошо потрудились, создавая для него это оружие. Он решил, что не будет сжигать этот город, потому что у него были другие планы.

Изящно щелкнув пальцами, он приказал своим солдатам отправиться на поиски. Иногда они умели выбирать правильные вещи. Но иногда они выбирали плохо, и Дакр оставался с обрывками существ.

Секрет заключался в следующем: в духе должна была сохраниться воля. Обычно она ярче всего проявлялась перед смертью. Смертные были либо холодны, либо горячи, их души были подобны льду или огню. Он уже давно понял, что лед служит ему лучше всего, но время от времени огонь преподносил ему сюрпризы.

Дакр решил совершить долгую прогулку по городу. Ветер начал сдувать газ в сторону, и он пошел по его следу к золотому полю. Он почувствовал пошатывающуюся, задыхающуюся душу раньше, чем увидел ее. Этот был изо льда — холодный, глубокий дух, как северное море.

Он притянул его ближе. Его ноги не издавали ни звука, не оставляли следов, ступая по земле в поисках этого умирающего смертного.

Наконец Дакр нашел его.

Молодой человек с вороными темными волосами полз по траве. Дакр стоял над ним, измеряя оставшееся время. Смертному оставалась минута и тринадцать секунд до того, как его легкие наполнятся кровью и он умрет. На его правой ноге также имелись раны.

В тот день Дакр был в хорошем настроении. Иначе он мог бы позволить льду в этом деле растаять.

— Милорд?

Дакр повернулся и увидел Вэла, самого сильного из своих слуг, стоявшего в его тени.

— Милорд, мы почти овладели городом. Но несколько грузовиков сбежали.

Это известие должно было возмутить Дакра, и Вэл был готов к этому, сморщившись, когда бог уставился на него.

— Да будет так, — сказал Дакр, оглядываясь на задыхающегося смертного на земле. Кровь капала с его подбородка, когда он поднял голову и закрыл глаза. Он почувствовал присутствие Дакра. — Этот.