Чтение онлайн

— Так и знал, что из-за этого идиота не успеем захватить виконта Пемброукского! — в сердцах произнес старый рыцарь, лицо которого опять стало пунцово-красным.

— Давай встретим отряд англичан, — предложил я. — Неподалеку от деревни есть хорошее место для засады.

— Это Джон Чандос идет, с ним лучше не связываться, — отказался Карне де Бретон.

— Чего вы все так боитесь его?! — удивился я.

— Слишком много раз он побеждал нас, — честно признался Карне де Бретон.

— Значит, пришло время проиграть, — сделал я вывод.

— Как-нибудь в другой раз. Мы и так взяли хорошую добычу, — сказал он и поделился французской народной мудростью: — Кто жаждет всего, тот всё и потеряет.

Я оставил пятерых бойцов, чтобы проследили за действиями противника и предупредили, если он будет быстро преследовать нас. Часа через четыре они догнали нас и доложили, что отряд виконта Пемброукского, точнее, то, что от отряда осталось, вышел с постоялого двора и направился в сторону Пуату. Большинство шло пешком, а на нескольких лошадях ехали по двое. Примерно в лье от деревни они встретились с отрядом Джона Чандоса и вместе пошли в Пуату. То, что англичане не отважились преследовать нас, отбивать пленников и добычу, было хорошим признаком. Значит, они начали нас бояться.

Благополучно вернувшись на свою территорию, мы поделили общую добычу. Гилберта де Умфавиля, так называемого графа Ангуса, я уступил за четыре тысячи франков Людовику, графу Бурбонскому, который выкупил и остальных пленных рыцарей, собирался обменять их на свою мать. Денег у меня теперь столько, что в любой момент можно сделать ручкой и отправиться в более спокойные края, завести семью и заняться мирными делами. Только вот не хотелось мне спокойной жизни. Оправдывал это тем, что на всякий случай надо награбить побольше. Мало ли что случиться может?! Вдруг опять сожгут недостроенное судно?! Хотя понимал, что это все отговорки. Втянулся я в жизнь воина, стала она мне нравиться. Прав был монгольский провидец, обозвавший меня Вечным Воином.

Пока Людовик, герцог Бурбонский, вел переговоры, мы отдыхали. Пользуясь паузой, я пополнил отряд. В бою погибли два моих арбалетчика. Пошли вместе с Хайнрицем Дермондом брать постоялый двор и не вернулись. Туда им и дорога. Дуракам нечего делать в моем отряде. Оруженосцу я сделал втык, чтобы не завлекал людей, а рисковал только своей головой. Пополняя отряд, увеличил количество арбалетчиков до шестидесяти человек. Пришлось переманить из других отрядов. Вообще-то, сманивать запрещается, но Николя Лефевр посмотрел на это сквозь пальцы, потому что я числился в любимчиках герцога Бурбонского и самому интенданту кое-что подкидывал. Увеличилось и количество баб в моем отряде. Где мед, там и пчелы. Теперь «жена» была у каждого второго. В результате женщины перестали получать долю из добычи, иначе им пришлось бы отдавать слишком много.

Луи де Сен-Жюльен попал в категорию самых отважных командиров. Все запомнили, что он первым поскакал в атаку, увлек за собой остальных. То, что он сорвал операцию, как-то забылось. Добычу хорошую ведь взяли, а то, что виконта Пемброукского упустили, — не беда, в следующий раз захватим. Тем более, что ждать пришлось не долго.

Джон Гастингс мог служить примером поговорки «битому неймется». Ему потребовалась пара недель, чтобы набрать новый отряд и отравиться в Анжу. Ему срочно требовалось смыть позор французской кровью. Странным образом мстил он не воинам, а безоружным крестьянам. Лазутчики сообщили нам, что на этот раз в отряде виконта около пятисот латников, трех сотен лучников и полторы тысячи пехотинцев. Грабя деревни, они добрались до города Самюра и застряли под его стенами. Пригороды сожгли, а захватить сам город не сумели. Защищал его отряд под командованием Робера де Сансерра, кузена нашего маршала. Зато англичанам удалось захватить в тех краях крупное аббатство Сен-Мор. Поговаривали, что не обошлось без измены.

За аббатство мы отомстили быстро и симметрично. Буквально через пару дней, как по заказу, в замок Ла-Рош-Позе пришел монах. Это был довольно-таки упитанный сорокадвухлетний мужчина с безволосым, как у евнуха, лицом, на котором бросался в глаза мясистый нос с красными и синими прожилками. На макушке выбрита тонзура, вокруг которой располагались короткие темно-русые с сединой волосы. Одет в длинную рясу с капюшоном, подпоясанную бечевкой и застиранную так, что из черной превратилась в темно-коричневую, а на ногах сандалии с деревянными подошвами. Когда он шел по каменному полу в холле замка, они громко щелкали. Когда я услышал эти звуки, сразу вспомнил танцора — чечеточника, которого видел в портовом ресторане в Монтевидео. Худой и гибкий, полностью ушедший в танец и не замечающий зрителей, он так быстро отбивал чечетку, что казалось, что танцуют несколько человек. Иногда моя память выдает странные ассоциации.

Монах попросил провести его к самому главному командиру. Поскольку монахи часто служили шпионами, его проводили к маршалу Луи де Сансерру, который пировал с командирами отрядов и рыцарями. Мы отбили у англичан много приличного вина. Монаха посадили в самом низу стола, угостили вином и мясом. Чавкал он громче, чем рыцари. Что значит — неблагородный человек!

Когда он насытился, маршал произнес:

— Какие новости ты нам принес? Говори, не бойся, здесь нет чужих.

Монах помялся немного, потер нос в прожилках, а потом сказал:

— Я могу помочь вам захватить аббатство.

— Сен-Мор? — насмешливо спросил Луи де Сансерр, заподозрив, наверное, ловушку.

— Нет, другое, — ответил монах. — При условии, что вы убьете аббата.

Хотел бы я знать, за что он так возненавидел аббата?! Уверен, что началось всё из-за какой-нибудь ерунды. Типа неразделенной любви.

— Если аббатство богатое, возьмем грех на душу, — пообещал за всех Луи де Сен-Жюльен. — Так какое аббатство?

— Сен-Сальвен, — ответил монах.

Все сидевшие за столом командиры сразу посмотрели на маршала Луи де Сансерра. Это, как догадываюсь, говорило о том, что аббатство очень богатое.

— Послать туда всех я не могу, — сразу предупредил маршал. — Только два отряда: тебя, Луи де Сен-Жюльен и… — все остальные командиры напряглись, кроме меня, потому что знал, что меня не выберут, — …Карне де Бретона.

Остальные огорченно замычали.

— Для такого дела не помешал бы Венецианец, — предложил Карне де Бретон, которому сеансы кормления пиявок опять привели в норму кровяное давление.

— Можете и его взять, — быстро согласился Луи де Сансерр, потому что мой отряд был одним из самых маленьких в его войске.

Монах ушел утром, а мы выехали через день. Впереди скакали мои арбалетчики. Следом двигался отряд Луи де Сен-Жюльена, а замыкали бойцы Карне де Бретона. Все передвигались верхом. В деревне Пурьеон мы захватили много лошадей. Через вражеские деревни проезжали без остановок. Каждый боец знал, что впереди ждет богатая добыча. Не стоит заполнять переметные сумы всякой дешевкой.

Примерно километрах в четырех от аббатства углубились в лес, остановились на поляне и принялись рубить деревца и изготавливать мостки для преодоления рва. По договоренности с монахом, он после полуночи откроет нам ворота. К тому времени мы должны незаметно подобраться к аббатству и ждать сигнал — помахивание фонарем. Мы слезли с коней, отпустили их пастись. Три командира сели под дубом на принесенный бойцами ствол упавшего дерева, от которого воняло гнилью, плесенью, хотя сверху оно было сухим и крепким.