Чтение онлайн

– Младший принц и тот предатель, - поморщился капитан. – Да-да, я помню. Что ж, продолжайте.

– Во-вторых, Цепеш занимался исчезнувшей триграммой, но ему не удалось ничего обнаружить.

– Но вам удалось? – Лоренс серьёзно посмотрел на лейтенанта.

– Я навел справки о том отрезке времени, когда, предположительно, пропала триграмма. Рядовой Джон из отряда Земли в то время занимался охраной кабинетов. Он утверждает, что девятнадцатого мая на него было совершено нападение.

– Почему я не слышал об этом ранее?

– Вероятно потому, что его оглушили, и до последних событий он пребывал в уверенности, что просто потерял сознание от усталости. Однако после ареста Перинье, рядовой опознал его как человека, который сообщил ему об обмороке в том коридоре. Этот парень был одет в форму Карателей, предполагаю, ему удалось где-то её украсть.

– Или ему её отдали, - проговорил капитан.

– Такую возможность тоже не стоит исключать.

– Где в тот момент находился капитан Ламбез?

– На западном побережье.

– Понятно, - Лоренс подобрался на стуле и подтянул к себе папку. – Значит, этому студенту удалось пробраться в Собор… Как его зовут?

– Жан-Клод Перинье. Зачислен в академию по рекомендациям Цепеша.

– Занятно, - капитан почесал подбородок. – Ещё что-нибудь?

– Да, - лейтенант перевернул бумаги в своих руках. – На данный момент Цепеш курирует ряд вопросов, связанных с защитой столицы в случае нападения. Провалов нет, однако и особых успехов тоже не наблюдается.

– Очень интересно, - проговорил Лоренс. – Значит, халатное отношение к операции по защите Собора, прикрытие преступника и зачисление оного в академию, а также затягивание с защитой столицы. Как бы мне хотелось найти веские причины опровергнуть подозрения, но…

– До сих пор он отлично справлялся со своими обязанностями. От ошибок никто не застрахован.

– Вы думаете, что ошиблись? – капитан испытующе посмотрел на собеседника.

– Я считаю, что лишняя проверка не повредит. В любом случае, пока нет видимых причин для огласки.

– Что ж… я посмотрю документы. А вы пока займитесь остальными преподавателями. Возможно, Цепеш не единственный, в чьём деле найдутся подобные прорехи.

***

Не веря в то, что всё получилось, принц смотрел на тело Элайзы, не приближаясь к ней. Он знал, что так и случится, стоит всё открыть Цепешу, так почему эмоции выплёскиваются наружу, накрывая шквальными волнами? Эдакая атака извне, но весь ужас и вся мерзость в том, что исходит она изнутри. Эти удары не отразить мечом. Он с трудом помнил момент, когда влюбился. Проснулся однажды и понял, что без неё тяжело дышать. Она стала особенной, выделилась яркой точкой, цветком, нежданно появившимся на дороге его жизни. Принц любил, тянулся душой к её свету, чтобы зачерпнуть лучик счастья, и был счастлив. Настолько, что готов был разлететься вдребезги от переполнявших его чувств. Счастье…

Она же сама виновата, сдалась, как некогда в Тарелле, пошла на попятную вынуждая его совершить то, за что придётся расплачиваться до конца!

Смерть не бывает прекрасной, она уродует тела, превращает их в бесполезные гниющие трупы, но тогда Элайза казалась заснувшей. Побледневшее лицо было спокойным, глаза закрылись, алые капли стекали на траву и впитывались в землю. В нём словно лопнула струна, сломался тот стальной штатив, который держал его все годы, тоскливым воем отозвалась на смерть Искра. Задыхаясь, Кайл упал на колени. Вокруг словно возник вакуум - совершенная пустота.

Слёзы. Они мокры и холодны, как зимняя ночь. Слёзы капали на её мягкие волосы, и всё его существо рвалось от боли. Он презирал себя, плакал и не мог остановиться. Звал, словно не понимая, что она не может слышать. Всё исчезло, осталась только эта аллея, она превратилась в тюремную камеру. Просветы между деревьями казались узкими, словно издевательство, брошенная небрежность.

Элайза… Судорожные движения, слабость, её рука ещё хранила тепло. Элайза! Внутри всё облепил страх - мерзкое, дрожащее, сводящее с ума знание, что она не проснётся больше.

Воспоминания с каждой секундой казались ярче, ирреальней, будто кто-то издевается, говоря: «Посмотри, как всё было замечательно и как погано сейчас»

Он пытался забыться в работе, и ненадолго удавалось почувствовать облегчение. Но стоило остаться наедине со своими мыслями, тут же отбрасывало назад. Иногда он предпочитал эти моменты агонии. По крайней мере, они честны. Но это погружение в море жалости, в противное удовольствие, которое испытываешь, было ему отвратительно. Стоило только начать упиваться этими настроениями, и казалось, вместо живой женщины он проливает слёзы над куклой.

Какое жалкое лицемерие, говорить: «Она будет жить в твоём сердце»! Вот именно жить-то она и не будет. Что осталось? Труп, память и привидение. Всё это – издевательство и ужас.

Принц хотел того, чего не мог получить. Старая жизнь, шутки, споры, бокал вина. С какой стороны ни посмотри, но: «она умерла» означает: «всё умерло вместе с ней». Это стало частью прошлого. Ещё одно название смерти или самих небес, где находится всё то, что было и исчезло.

========== Глава 28 ==========

Вздохнув, Натан остановился у окна и бросил короткий взгляд на академию, башни которой высились над деревьями. Спустя несколько минут раздумий он сделал шаг вперёд и уже быстрее пошёл к выходу из Собора. Требовалось срочно поговорить с ректором. Риан знал Цепеша уже давно, возможно, он сможет пролить свет на некоторые вопросы. Вскоре он остановился у дверей в кабинет ректора и, коротко постучав, вошёл внутрь.

– Добрый вечер, - поприветствовал Натан ректора, чуть покривив душой. Этот вечер, как и многие другие, добрым не казался.

– Добрый, - ректор оторвал взгляд от бумаг.
– Что вы такой серый? Устали?

– Заметно? – невесело усмехнулся Натан.

– Очень, - кивнул с улыбкой Риан и сделал приглашающий жест. – Присаживайтесь.

Благодарно кивнув, офицер уселся в кресло и вытянул натруженные ноги к камину.

– И вас мучают головные боли? – спросил ректор, наблюдая, как мужчина напряжённо трёт виски.

– Ох уж эта бессонница. Мечтаю о сне, как о манне небесной. Последний раз такое было на последнем курсе, прямо перед испытаниями. Я так нервничал, что двое суток не мог спать, и в результате весь день страдал от головной боли. Даже думать было больно, как сейчас вспомню.

– Вид у вас был ещё тот, помнится, я даже спросил, почему вы похожи на ожившего мертвеца.

– А я ответил какую-то чушь.

– Вы сказали, что-то вроде: «С вами и не таким будешь».

– Эх, старые дни, как я по ним скучаю, - вздохнул офицер. – Было бы славно вернуться снова в академию и просто учиться, ни о чём не заботясь. Ну, разве что о том, чтобы не исключили.

– Вас пытались исключить раз двадцать, - фыркнул ректор.

– Я был довольно непоседливым студентом, - с улыбкой согласился Натан. – До сих пор помню, как меня притаскивали к вам и кричали, кричали, кричали… Бог мой, сколько же воспоминаний связано с этим местом… У вас выпить не найдётся?