Чтение онлайн

— Может он просто решил наконец разобраться?

— Нет! — протестую я, хотя внутри начинаю сомневаться. Для чего ему вдруг понадобилась эта информация, столько лет спустя. Может он… Нет! Я не должна давать слабину. Я знаю что чувствую к Артему и понимаю, что если я хоть на секунду позволю себе надеяться на что-то хорошее, то он победит и заберёт у меня Милу. Я должна быть хладнокровной и не давать себе ложных надежд.

— А у тебя что-то осталось? Он ведь может использовать эту ситуацию в суде, — Вера Степановна закусывает губу. — Нужно тоже подготовится к защите.

У меня мурашки бегут по коже. А ведь она права… Я открываю почту и начинаю искать письмо с приглашением на собеседование. Это занимает много времени, но все же вот он, небольшое короткое, написано что рады меня пригласить на собеседование, дата. Время и номер телефона.

Поднимаю взгляд на Веру Степановну и вопросительно смотрю на нее, сомневаясь стоит ли отправлять это Артему, но Вера Степановна кивает на мой немой вопрос и я отправляю сообщение Артему. Все же наверно, где-то внутри я хочу оправдаться и смыть с себя эту грязь.

Артём Телефон завибрировал, и я увидел её имя на экране. Сообщение от Ани. Сердце сжалось: часть меня всё ещё хочет, чтобы она была рядом, чтобы Мила видела своего отца. Но мгновенно это желание сменилось холодной сосредоточенностью.

Открываю сообщение. Внутри — письмо с документами, скриншотами и приглашением на собеседование. То самое, что она получила тогда от того мужчины. Значит… Мне не хочется признавать свою ошибку, но придется. Аня говорила правду, а это может означать только одно, кто-то намеренно оболгал ее, кто-то все это организовал. Но зачем? Кому может быть нужно клеветать на Аню? Она была обычной девочкой, ни чем не выделялась в институте, хорошие отметки, вся в учебе, ни каких тусовок, даже врагов не имела, как впрочем и друзей.

Я долго смотрю на экран, мысленно возвращаясь в тот день, когда впервые увидел фотографии. Как быстро я обвинял её, не выслушав, не проверив… Потерял годы доверия и понимания. И теперь, с этим письмом в руках, понимаю, что шанс найти правду — наконец есть.

Набираю Лёху, нельзя терять больше ни минуты. — Лёха, — говорю с лёгким дрожанием в голосе. — У меня есть кое-что, что нужно для поиска. Может это ерунда, тут мужчина появился в моей жизни и прислал моей… — на секунду задумываюсь кто же мне все-таки Аня, после того как я обвинил ее? И твёрдо решаю. — Моей невесте приглашение на собеседование. Возможно там все липа, но…

— Давай я сам буду решать липа это или нет. Скидывай все что есть. Я проверю

Я киваю, хотя он меня не видит.

— Конечно, слушай, он явно не тот за кого себя выдавал, так что нет смысла искать его среди шишак в городе…

Дверь в мою комнату открывается и входит мама, с вежливой улыбкой и подносом в руках. Я замолкаю, что-то не дает мне говорить при ней, про это дело.

— Артём, я принесла тебе чай, — она ставит поднос с кружкой на стол.

Всё внутри напрягается. Мама редко появляется без предупреждения, а сейчас я ещё и на важном звонке.

— Лёха, — я решаю быстро закончить разговор и продолжить уже в более удобное время, — всё, что нужно, я тебе скоро отправлю. Подожди немного, хорошо?

— Ладно, — слышу в трубке.

— Мам… — пробую что-то сказать, но сам не знаю что, не хочу ее обвинять без почвенно, но все так странно и ведь фотографии она мне передала, сказала что прислали к нам домой.

— Я только чай принесла, сынок, — говорит она, улыбаясь, — не злись. Чем ты занят.

Я глубоко вздыхаю и быстро отправляю все что есть Лехе.

— Пытаюсь выяснить, что тогда произошло с Аней и кто ее пригласил в ресторан, — на автомате произношу я, погруженный в сообщение для Лехи.

— Артём, — её голос становится холодным и твердым, — я не буду больше смотреть на это. Забудь о ней. О этой Ане. И о той девочке. Им не место в нашей семье. Никогда. Ты можешь пытаться оправдать себя, но я не приму их у себя в доме. Ни за что.

Я ощутил, как внутри меня напряглось всё тело. Сердце сжалось, дыхание ускорилось. Это ультиматум, и мама не шутит.

— Не понял? — я удивленно смотрю на маму, она с того случая относится к Ане отрицательно, но тут дело не только в Ане, но и в моей дочери.

— Что тут не понятно? Этой семейке не место в нашем доме! Я ни за что и никогда не приму их! Ты не будешь с такой как Аня! Никогда! Ты выше их! Мы им не ровня! Ты должен найти девушку подстать тебе, а не какую-то оборванку!

Я часто моргаю, мама предстала передо мной совершенно в другом света, словно кто-то сорвал с нее маску. Хочу думать что она всего лишь хочет меня защитить… но таким способом? Назвав Аню оборванкой?

— Мила, моя дочь, — твердо произношу я, внутри появляется какой-то железный стержень. Я знаю что не отступлюсь. — Аня ее мать! И я буду рядом с ними! Если ты не хочешь это принять, то я могу прямо сейчас собрать вещи и свалить из этого дама, чтобы не портить тебе идеальный вид, обеспеченной семьи.

Она морщит лоб, словно оценивает мою решимость, но не делает шаг назад.

— Делай что хочешь, Артём. Но запомни: это последний раз, когда я даю тебе шанс понять, где твои границы. Ты уже не маленький мальчик и должен принимать правильные решения.

Я смотрю на неё, ощущаю тяжесть её слов, но внутренний огонь не гаснет. Я знаю, что не могу оставить Милу и Аню, даже если придётся идти против матери.

— Если под правильными решениями ты понимаешь жить с тем на кого тебе плевать, то это не мое. Я так не стану жить. Ты думаешь я никогда не видел как вы с отцом общаетесь, да в вас любви нет ни грамма. Ты пьешь вечерами, а отец делает вид что сутками на работе, но ты и так знаешь где он на самом деле.

Мама от возмущения начинает задыхаться, пытается что-то сказать но не может, даже за грудь хватается.

— Она тебя испортила! Это все она! — мама кипит от злости. — Куда ты опять собрался? Опять к ней? Да она тебе дорожи родной матери! Ты не видишь как она тебя разрушает!

Я лишь качаю головой и кидаю несколько вещей в спортивную и закидываю ее на плечо сумку. Движения механичны, будто делал это тысячу раз. Делаю шаг мимо матери — и вдруг останавливаюсь.

— Мама, — сказал я тихо, но в голосе прозвучала стальная нота, — скажи честно: это твоих рук дело? Это ты сделала те фотографии пять лет назад?