Чтение онлайн

– Начальники делают одно, в цехах другое. Когда слаженный коллектив и каждый знает свою ценность и важность, только тогда все работает правильно, - делаю свой ход.
– Смотри, в школе, по твоей логике, работают только учителя. Они же непосредственно учат?

– Ну да.

– Хорошо, но кто-то должен составлять расписание и распределять нагрузку, чтобы второклашки не учились по программе десятиклассников.

– Пусть учителя распределяют.

– Учителя учат, проверяют тетради, готовятся к следующим урокам.

– Ладно. Расписание.

– Да, но кто-то должен составить это расписание, убирать классы, мыть коридоры.

– Это Архиповна.

– Пусть Архиповна. Но она работает?

– Да.

– Хорошо. Должен быть человек, который распределяет, кто и на каком этаже убирает, кто учит детей и в каком классе, кто-то организовывает для вас праздники, а кто-то выдает в библиотеке книги. Так вот, этот человек, который все распределяет…

– Директор, - перебивает меня Коля.

– Да. На заводе то же самое. Только он гораздо сложнее по структуре, чем школа, поэтому начальников больше. Кто-то отвечает за технологический процесс, кто-то за механику, кто-то за энергетику. На заводе много цехов, может, двадцать или пятьдесят, как отдельных школ. И каждой надо руководить в разных направлениях.

– Я понял.

– Ходи тогда, раз понял.

А “папа” твой, как будто не понимает этого и ребёнку рассказать ещё толком не может.

Я намеренно делаю неправильный ход, позволяю ему сбить свою пешку и выйти на мат. Чтобы он хоть разок почувствовал победу и что такое мат. Потом и сам научится, но иногда надо и поддаться, чтобы не потерял совсем уж веру в себя.

– Внимательно посмотри, ты мне сейчас можешь в один ход поставить мат. Но надо найти этот нужный ход.

Он долго думает. Я не тороплю.

И наконец правильно ходит.

– Ура!
– вскакивает на кровати и прыгает, шахматы валятся на бок, и я аккуратно собираю их, чтобы не потерялось и не сломалось ничего.
– Ура! Влад, давай маме позвоним. Я хочу рассказать.

– Коль, она занята сейчас. Давай подождём, когда сама позвонит.

– А где она?

Сказать - не сказать? С одной стороны, какая разница, с другой…

– Вода где? Почему она сегодня не пришла?

Вроде как сегодня хорошо себя чувствует и на фоне выигрыша проблем не будет.

– Коль, она поехала за вашими вещами с дедушкой.

– Куда?
– тут же оседает и смотрит на меня.

– В Питер, в вашу квартиру.

И его как переключает. Он тут же осматривается по сторонам.

– Где мама?
– снова переспрашивает.

– Она скоро приедет?

– Когда?
– хватается за меня и я уже жалею, что сказал ему. Дурак. Лучше бы врал, а то со своей правдой…

Хватает воздух поверхностно.

– На меня смотри. Она уже едет домой, везет свои вещи и игрушки. Всё хорошо. Дыши-дыши-дыши.

Но он уже в голове у себя накрутил.

– Я хочу к маме.

А я вызываю медсестру. Открываю окно.

Но когда та прибегает, Коля уже закашливается, и врач с медсестрой дают ему дышать в маску.

И чтобы мой косяк уже сразу вскрыть, в палату забегает Катина мама и начинает рассказывать все, что тут происходит.

– Что такое?
– бросается ко мне.

– Приступ.

– А что случилось? Всё же нормально было.

– Кать, тут Влад с ним был, я отходила с тобой поговорить… Держи, - протягивает мне телефон.

– Влад, что там?

– Приступ начался, но врач уже тут, сейчас все сделают.

– Во сне?

– Нет, мы с ним играли.

– Во что вы такое играли?

– В шахматы.

– Значит, выброси их.

– Нет, он выиграл и хотел тебе позвонить, спросил, где ты, я сказал, что поехала за вещами. Кать, я не хотел. Правда, извини. Он в таком хорошем настроении был…

– Ну зачем?!
– срывается на крик.
– Я же тебе рассказала все, чтобы ты понимал, что у нас было. Как это началось и что любой разговор об этом всем вот так может закончиться.

– Я не специально.

– Уходи лучше оттуда.

– Он не на меня так среагировал, а на тебя. За тебя волнуется и понимает, что сделать ничего не может. У него должна быть ещё одна опора, чтобы он не боялся. Понимаешь, папа и мама. Их двое. Как ноги. На одной не очень-то просто устоять.

– Ты теперь философ? Иди в другом месте философствуй!

– Кать, я учусь и стараюсь тоже ему помочь.

– Но пока все наоборот. Ты же не рассказал ему?

– Нет. Я обещал не говорить и держу слово, но я не уйду.

– Ему хуже может быть.

– Не будет. Я все понял. Как ты съездила? Вещи забрала?

– Не важно.

– Важно.

– Я не хочу об этом говорить, сейчас мы с папой на моей машине едем назад. Будем позже, чем планировали.

– Помочь надо с чем-то?

– Не знаю… Пока.

– Хорошей дороги вам.

– Пап, - слышу отдаленный голос, она забыла отключить телефон, - если когда-то мне снова придёт в голову дурацкая мысль выйти замуж, скажи мне, чтобы я этого не делала.

– Ну что теперь случилось?
– переспрашивает спокойно её отец.

Я отключаюсь, переслушивать и не иметь возможность что-то сказать не хочу.

Вернуть ее теперь будет ещё сложнее.

И мне нужен союзник.

– Онежа Алексеевна, - возвращаюсь в палату и передаю аппарат Катиной маме, - ваш телефон. Ну как он?
– киваю на Колю.

– Стабилизировали. А что случилось?

– Я вас попрошу из палаты уйти, ребёнку надо отдохнуть, - врач выпроваживает нас в коридор.

– Я случайно сказал, что мама уехала за его вещами, он испугался, что там будет его отец. В общем, боюсь, что Катерина ваша меня теперь сюда не пустит даже на порог.

– Пустит, Влад, и ты должен рядом быть. Ей сейчас очень плохо, она поэтому так сказала. Но ты всё равно не отступай.

– А что случилось?

– Всё очень плохо, Влад.

Влад

– С Катей что-то?

– Нет, с ней в порядке, но… в общем сама ситуация там не очень.