Чтение онлайн

Лютомир уверенно прошёл к капитанскому креслу, сел, положил руки на золотую панель перед собой.

— Пристегнитесь, пассажиры, — бросил он с улыбкой. — Взлёт через три… два…

Ракета, не дожидаясь команды, бодро запрыгнула в кресло второго пилота. Устроилась поудобнее, вытянула лапы, повернула морду к Лютомиру и ехидно заметила:

— Ну что, зубы проветриваешь? Радость так и прёт, что заполучил царевну в своё расположение? Смотри не заржавей от счастья.

Я покраснела, а Лютомир лишь усмехнулся, не отрываясь от приборов:

— Ракета, твоя забота о моём душевном равновесии трогательна. Но я всего лишь выполняю долг.

— Долг, долг… — протянула собака с напускным сомнением. — Знаю я ваш долг. — Она тяжело вздохнула и продолжила: — Ладно, повелитель, рассказывай, как там Мурзик?

Лютомир рассмеялся:

— Жив, здоров и по-прежнему считает себя главным в дворце. Вчера он устроил дипломатический скандал: отказался позировать для нового гобелена, потому что художник нарисовал ему слишком маленькие усы. Пришлось переписывать.

Лютомир бросил на Ракету уже более серьёзный взгляд:

— Он очень обрадовался, узнав о вашем визите. Скучно ему, конечно, а тут столько свободных ушей. Уже составляет список поучительных сказок.

— Расскажите, пожалуйста, про Пушкина. Он действительно был у вас в гостях, раз смог написать про Лукоморье? — Алька аж подалась вперёд, навострив уши.

— Нет, Пушкин был хранителем знаний на Земле, просто в художественном ключе популяризировал знания, полученные от предков. К несчастью, своим трудом навлек на себя беду. Галактическая коалиция нашла его и устранила через Дантеса, — вздохнула Ракета.

— Какой ужас! — подруга приложила ладошку ко рту в непритворном шоке.

Я пристегнула свою любимицу к креслу, а сама села в пассажирское рядом с девочками. Не теряя времени, я извлекла из кармана квантофон и отправила в семейный чат лаконичное сообщение:

«Убыла в Лукоморье с дипломатической миссией. Буду вне зоны доступа. Не волнуйтесь».

И тут же отключила его, не дожидаясь шквала вопросов — пусть родные понервничают в тишине. Всё равно у меня нет для них правдивых ответов.

— У нас с девочками есть пара идей, как снять его с цепи, — примирительно сказала собака.

Я невольно вынырнула из своих грустных мыслей. Ох и Ракета — у неё всё на десять шагов вперёд рассчитано. Я вот вообще не в курсе, что у нас есть какие-то идеи.

— Я уже обратил внимание на причёски твоих спутниц, — Кащей улыбнулся Але и Яре, а я вдруг сообразила, что моё дурацкое предположение о том, что Ракета проводила отбор по причёскам, угодило точно в цель.

— Хватит говорить загадками, — буркнула я. — Кажется, вы меня забыли поставить в известность. Заинтересованная Алька активно закивала, подтверждая, что тема её причёски тоже её касается. А Яра сидела, подперев щёку кулаком — кажется, эта девочка непроста: она явно понимает, о чём речь.

Лютомир поймал мой воинственный взгляд.

— Наберитесь терпения, — примирительно сказал он. — На месте введём вас в курс дела.

Я лишь вздохнула, потирая виски. Что не укрылось от его цепкого взгляда.

— Плохо себя чувствуешь? — тревожно спросил Лютомир, нахмурившись.

Я покачала головой:

— Нет, просто устала немного. И от загадок, и от тайн.

Корабль мягко загудел. За иллюминатором пространство начало искажаться — сначала едва заметно, потом всё сильнее.

— Переход через пять секунд, — объявил Лютомир.

— Поле под контролем, — важно отозвалась Ракета.

В этот момент корабль слегка завибрировал, золотые линии вспыхнули ослепительным светом, а за иллюминатором привычный космос сменился туманным пейзажем — с мерцающими линиями и тусклыми пятнами, прямо как чёрно-белое кино. Такого я ещё не видела.

— Мы внутри, — спокойно произнёс Лютомир. — Курс на Лукоморье.

Я поспешила прояснить этот момент, стараясь не выдать нарастающую панику:

— Внутри чего?! Мы же даже в открытый космос ещё не вышли. На каких, простите, принципах летает ваш корабль? Это не варп, не кротовые норы… Это что, магия?

Лютомир снова отвернулся от приборов и коснулся меня взглядом:

— Корабль использует другой принцип. Представь, что пространство — это лист бумаги. Идеально ровный, гладкий. Мы живём на этом листе. Но под ним есть другие слои — и вот они уже не такие презентабельные. Представь, что кто-то взял второй лист и скомкал его в клубок.

Он усмехнулся, и я невольно улыбнулась в ответ, хотя мозг уже начал закипать.

— В таком скомканном слое, который мы называем «сумеречным», расстояния между точками становятся короче. Вот смотри: если на ровном листе нарисовать две точки — А и Б — и соединить их прямой, получится, скажем, метр. А если взять скомканный лист, где эти же точки оказались рядом из-за складок, расстояние между ними может быть всего пара сантиметров. Понимаешь?

Я кивнула, живо представив эту картину.

— А я ещё думала, как ты умудрился прибыть из другой галактики сюда за час, — протянула я. — Но почему финисты и люди не используют этот принцип?

— Им недоступна энергия тёмной материи, всё просто, — пожал плечами Лютомир. — Ей владеют только члены рода Кащеев. Если аккумулировать эту энергию в золото, оно будет выполнять роль и хранилища, и сверхпроводника. В том числе доступны беспроводные технологии.

Кристалл-ретранслятор — это что-то вроде роутера, — он указал на крупный самоцвет, вмонтированный в панель.

— Отлично, — подытожила я. — Значит, успех нашего перелёта целиком и полностью зависит от стабильности сигнала Wi-Fi.

— Так вот почему в сказках о Кащее у него нездоровая страсть к золоту и необъятные сокровищницы! — выдала поражённая Алька. — Это просто пауэрбанк такой?

— Да что там сокровищницы, — усмехнулась Ракета, — у Кащея даже сама планета из чистого золота.

Мы поражённо охнули.

— Да, так и есть, — подтвердил Лютомир. — Сверху, конечно, геологический слой, но само ядро — по сути, самый крупный накопитель в галактике.