Чтение онлайн

Этим вечером они решились на визит. Серёже в голову не пришло, что он нарушает правила этикета, явившись вечером в незнакомый дом без приглашения. К тому же он собирался нанести визит вместе с Шурочкой - не оставлять же её в меблирашке?

Извозчик довёз их до Каменноостровского проспекта. Шурка крутила головой, разглядывая дома и прохожих. И Серёжа от неё не отставал. Всё вокруг было знакомым и незнакомым одновременно. Всё привлекало внимание: дамы в огромных шляпах, мужчины в галошах, мальчишки-газетчики, снующие между людьми, экипажи и извозчики, очень-очень редкие смешные автомобили, мастеровые в картузах, тётки в платках - киношный призрачный мир. И они с Шуркой - персонажи этого странного мира.

Они прошли через открытые ворота с уже зажженными медными светильниками, мимо фонтанчика, разбрасывающего вокруг себя серебристую россыпь капелек, к знакомому Серёже с детства подъезду. У зеркальных дверей стоял усатый швейцар в шинели с воротником, отделанным золотисто-жёлтым галуном.

– Любезный, квартира госпожи Баумгартен-Хитровой в каком этаже будет?

Швейцар оглядел их, поклонился, открыл перед ними дверь:

– Третий этаж, по левой стороне. Извольте на подъёмную машину, господин хороший.

– Благодарю, мы с сыном пешком...

На чёрно-белом мраморе не было ни соринки, ковровая дорожка с медными штоками чисто подметена.

– Знала бы ты, как твоя мама отмывала эту лестницу... Теперь я понимаю, почему она так старалась, - шепнул Серёжа Шурке.

Дверь им открыла молоденькая горничная в белой наколке и передничке и вопросительно уставилась на них.

– Скажите, голубушка, барыня дома?

– Да, - ответила горничная, рассматривая посетителей, - как прикажете доложить?

– Барон Тузенбах. По личной надобности.

– Прошу подождать. Узнаю, сможет ли барыня вас принять, - горничная упорхнула в глубину квартиры. Серёжа заставил себя отвлечься от воспоминаний и сосредоточиться на предстоящей встрече. Он весь день ломал голову, под каким предлогом можно появиться у Кириной тёти и ничего лучшего не сочинил, кроме как представиться давним приятелем её отца.

Вернулась горничная и пригласила их в гостиную. Серёжка не ожидал, что Полина окажется такой молодой и хорошенькой женщиной. Она стояла возле огромного фикуса, будто в тени африканской пальмы, элегантная, стройная, с копной светло-русых волос, уложенных в пышную причёску, едва уловимое сходство напоминало об их с Кирой родстве.

– Чем обязана?
– мужчина, так внезапно возникший в её доме, был высок, неприлично хорош собой и ужасающе дёшево одет. И ещё: горничная не подала его визитную карточку. Видимо, у него таковой не имелось. У Полины тут же мелькнула мысль, что этот человек не заслуживает доверия.

– Простите, сударыня, - начал Сергей, удивляясь собственной смелости, - простите, что занимаю ваше время...

– Ах, оставьте, сударь, - прервала его Полина, внимательно вглядываясь в незнакомца.
– Какое дело привело вас ко мне?

– Моя фамилия Тузенбах, Николай Львович. Это мой сын Александр. Я давний знакомый вашего зятя, мы с Сергеем Петровичем вместе учились. Когда-то близко дружили, вели переписку. Более того, я являюсь крёстными отцом вашей племянницы...

– Как? Вы, сударь?
– удивилась Полина, - впервые слышу...

– Да, это так. Боюсь, я был не очень хорошим крёстным отцом. Но вот теперь хочу исправиться. Хотелось бы увидеться с крестницей и передать ей давно обещанный крестик, - он вынул из кармана крест с жемчужиной и протянул его Полине. Она взяла его, повертела в пальцах и вернула Сергею.

– Но что же вы хотите от меня?
– её глаза были полны недоумения.

– Помогите нам увидеться с вашей племянницей, сударыня.

То, что последовало за этим, показалось фрагментом из какого-то плохого спектакля. Полина вдруг заломила руки:

– Вы - крёстный отец?
– она горько улыбнулась, - вы - совершенно не знакомый для меня человек требуете встречи с моей дорогой племянницей? Вы, сударь, говорите, что состояли в переписке с её отцом, следовательно, имеете представление, о том, где живёт моя племянница. Иначе говоря, можете сами съездить туда и лично передать ей свой дар. Вместо этого вы являетесь ко мне и рассказываете какую-то историю с этим крестиком. По-вашему, я должна вам верить?

Серёжа слушал в смущении.

– Понимаю. Вам нужны доказательства. Возможно, некие тайны семейства Стоцких, доступные мне, внушат вам доверие? Скажите, имя Григория Александровича Иванова вам знакомо?

– Да, я знаю господина Иванова.

– Тогда, возможно, вы в курсе стародавней истории, из-за которой Сергею Петровичу пришлось оказаться в Варшаве?

– Это всё ложь, - её глаза зло прищурились, - это ложь и наговоры.

– Значит, вы в курсе. Ещё один вопрос. Вам знакомы причины, по которым Григорию Александровичу Иванову пришлось покинуть Каменецк?

– Не буду скрывать, вы меня удивили своей осведомлённостью, скажем так,о не совсем приятных моментах в жизни нашей семьи. Вижу, вы в курсе дел моего покойного...
– она сделала эффектную паузу, - моего мужа.

– Вашего... кого?
– ему показалось, что он ослышался.

– Моего мужа, сударь. Что это вы вскочили? Сидите, сидите.

– Но я не понимаю...
– он совсем растерялся, - как такое может быть? Сергей Петрович был женат на вашей сестре...

– Теперь это уже дело прошлое, и я могу вам - близкому нашей семье человеку– раскрыть некоторые тайны, - она явно издевалась, и это ей нравилось. Сергей уже догадался, что это всего лишь "театр". И "театр" продолжился. Он решил досмотреть "спектакль" до конца, потому что пока ещё не понял, зачем она это делает. Полина Ивановна указала рукой на кресла, вновь приглашая их присесть, - да-да, сударь, семейные тайны! Если вы крёстный Киры, то должны знать, что девочка была рождена вне брака. Но Серж, с моего согласия, признал её своей законной дочерью.

– Но как же Вера Ивановна - мачеха...

– Вера Ивановна - моя подруга по пансиону. Она умеет держать язык за зубами. Для всех прочих Серж был женат на Антонине, тогда как на самом деле они никогда не состояли в браке. Мне не хотелось бы говорить о подробностях этой старой истории, - она виртуозно извлекла откуда-то крохотный платочек и приложила его к сухим глазам, - когда ушли из этого мира моя дорогая сестра и мой несчастный супруг, встал вопрос о дальнейшей судьбе племянницы. Она странная девочка, неуправляемая, неподчиняющаяся доброй воле старших, упрямая и дерзкая. Обуздать её смогла бы только сильная мужская рука. Мы с Верой нашли человека, готового взять на себя дальнейшую заботу о девочке. А теперь слушайте внимательно, господин Тузенбах, - она криво усмехнулась, - какая, однако, у вас литературная фамилия! Ваша крестница сбежала из дома. Куда? Не знаю. Сначала мы подумали, что она приедет сюда. Но прошёл уже месяц - она так и не появилась. Так что ничем помочь вам не могу. А теперь, - она поднялась, - прошу простить меня, я тороплюсь на встречу.

Когда посетители ушли, Полина Ивановна направилась в кабинет.

– Ну что ты об этом думаешь?
– обратилась она к мужчине, расположившемуся за столом.

– Забавно, - задумчиво произнёс он.

– Забавно?! Тебя забавляет появление этого странного человека, одетого во всё новое из дешёвого модного магазина? Да ещё и с ребёнком. Кстати, ты ничего не заметил такого диковинного в этом мальчике?

– Мальчику непривычна одежда. Ему неловко в ней. Но, может, это потому, что одежда мальчика такая же новая, как и у его отца? И отец ли? Они совсем не похожи.