Чтение онлайн

— Из преисподней не заявился демон-некромант.

— Хрыдач! — Что наш орк сегодня не отличается многословностью.

— Народ, может быть, вы всё-таки поясните мне, что происходит? Чего вы призрака-то испугались? Молния его развеяла раз, развеет и второй — до утра дотянем, а дальше мы отсюда уйдём.

— Ох, уж эти скороспелки, — с тяжёлым вздохом пророкотал гном, позволивший ввернуть очередную шпильку по поводу моего быстрого бугорства, что было для него отходившего простым ватажником больше десятка лет, прежде чем общество назначило его бугром, ударом по самолюбию. — Проф, поясните ему, у вас элементарные вещи проще получается рассказывать.

«А ещё он свою ватагу не сберёг, а моя целёхонька», — промелькнула у меня мстительная мысль, которую я, по известным причинам, озвучивать не стал. Не время. Да и Профа послушать важнее и полезнее.

— Молодой человек, — прокашлявшись, зачастил Проф, — То, что почти все высшие демоны обладают определёнными знаниями в магии смерти или некромантии вполне известный всем факт…

— Не знал, –успел я вставить, пока старик переводил дыхание.

— Пф, — а гном фыркнуть. Начинает надоедать.

Но Проф, не обратил на это никакого внимания.

— Когда мы уходили из замка, я его сжёг…

— Ну да, вы об этом уже говорили…

— Чэч, вы не понимаете! Да, я был немного раздражён! От этого пламени даже камни горят! Там ничего не должно было остаться! А главное, — трупов, пригодных для поднятия. Высший демон, владеющий, как и большинство, только основами, не смог бы призвать призрака Шум-шу из преисподней или куда там их души после смерти отправляются. А это значит, что заявившийся новый хозяин замка — настоящий некромант. Такому не составит труда даже по кусочку пепла призвать душу. Он и призвал, и отправил за нами. А тот нашёл… По связи, оставшейся между вами, как его убийцей и душой Шум-шу.

— А я говорил, не надо его брать с собой было, — снова влез Дондар.

— Хватит! — Рявкнул на него орк. — Чэча я бы всё равно не оставил!

— Я думаю, — продолжил Проф, но тут же поправился, — надеюсь, что он не рискнёт оставить замок, чтобы отправиться за нами в погоню. Но убить нас, для него дело чести. Хотя какая честь у некроманта? Но погоню, кого пострашнее, чем призрак, он отправит. Вас он через глаза Шум-шу рассмотрел и, скорее всего, как тот снова воплотится, отзовёт. А вот завтра ночью… Хотя о чём это я, скорее уже к обеду, к нам нагрянет погоня. И вряд ли это будут обычные скелеты.

Дела… Я вспомнил, как мы лазили по катакомбам, били пауков и скелетов, некротического конструкта — двухметрового костяного скорпиона с человеческим торсом, порвавшего котейку и чуть не перебившего всю ватагу… Дела-а…

Посмотрел на суровые лица мужиков, только что осознавших, что их ждёт: Профа, Н’гура, Дондара. А ведь у меня перед ними долг жизни… Который когда-то придётся отдавать.

— Чэч! — взревел орк. — Да что ты такое бормочешь-то! Мы по кодексу поступили, по кодексу и дальше жить будем!

— Кодекс гласит: «Долг жизни — превыше всего!» И ты это лучше моего знаешь, Н’гур. Решено! Я ухожу! Прямо сейчас! Тварей я чувствую, не подберутся. Жаль, эликсира «Бувов глаз» нет, здорово пригодился бы.

— Уважаю! — как-то совсем нормальным голосом заметил гном. — Сейчас я тебя в дорогу соберу.

— Чэч!..

— Н’гур, брат, позволь мне тебя так называть?

Орк, что-то хотевший сказать, поражённо кивнул головой.

— Выполни мою просьбу, брат, как доберёшься до посёлков, найди мою ватагу, расскажи им всё. Имена ты помнишь: Агееч Камень, Иван Полусотник и Миклуш Малой.

— Сделаю, брат.

Собрать рюкзак было делом нескольких минут. Видимо, на радостях гном расщедрился и немало так мяса и хлеба положил, и вторую полную флягу с водой. И даже огниво не пожалел.

Закинув рюкзак за спину, я ещё раз посмотрел на мужиков.

— Долгие проводы — лишние слёзы. Пойду я. От расщелины налево, — назад вернусь, там дорогу поищу. Ну а вы, как рассветёт, идите направо. Я пошёл.

— Чэч, подожди, — вперёд шагнул Дондар и протянул кошку, ту самую, из какого-то особого металла. — Вот, возьми. Пригодится.

Взял. Повесил на ремешок сбоку вещмешка, — думаю, прав гном, пригодится. Больше не говоря ни слова, развернулся и, касаясь левой руки стены расщелины, шагнул в темноту.

— … нет, Ушастая, я умирать не собираюсь. Мне так даже проще будет…

Друзья-читатели, позвольте мне вас так называть. Если вы дошли до этих строк, осмелюсь предположить, что книга вам нравится. А потому прошу, не сочтите за труд, поставьте лайк и хоть намекните, нравится вам, как развивается сюжет или нет?

Кстати, каждый ваш лайк — это мой маленький шажок к заветной мечте: значку «Серебряный феникс».

Темнота. Но не вырвиглазная. Меньше пяти минут прошло, как, придерживаясь левой рукой каменной стены, я пошёл в сторону выхода из расщелины, а глаза уже немного адаптировались. И стало более-менее видно, где стена, где крупный камень на земле, а где, вообще, совсем чёрное пятно — ямка, заполненная водой. И это даже несмотря на то, что сверху небо затянуто плотными низкими тучами, а дождь, хоть и стих немного, не прекращался ни на минуту.

Я шёл, скорее брёл, на выход, оборачиваясь назад каждые несколько секунд. Нет, не ждал, что мужики, оставшиеся в лагере, крикнут: «Чэч, подожди! Неправильно всё это — вместе пришли, вместе и дальше пойдём!» Не крикнули, не переиначили решение, мной же принятое сгоряча. Оно и понятно: меня с ними ничего не объединяет, не считать же за это многомесячное пребывание в соседних камерах? Когда вопрос встал о жизни: одной или всех четверых. А долг? Можно сказать, что он выплачен сполна: я их освободил, они моё тело из замка вытащили. И сейчас, зная, что иду, можно сказать, на верную смерть, припасов не пожалели. Формально — кодекс соблюдён. С этим, к своему облегчению, даже орк согласился.

В общем, не за этим я оборачивался. К тому же лагерь уже давно скрылся за крутым поворотом и не одним. Призрака я боялся. Шёл и клял себя за то, что не спросил у Профа, через сколько примерно воплотится Шум-шу? Несколько минут или часов. Хотя подозреваю, что сам Проф не знал точно. Иначе сказал бы.

Вот и оборачиваюсь. Как выяснилось, обнаружить его могу только визуально. Дриада, исправно сообщающая о тварях и аномалиях и люто ненавидящая всякую нежить, появление призрака почему-то пропустила.