Чтение онлайн

Пробился на новостные ресурсы соседей — почитал, крепко задумался. Даже нервно рассмеялся один раз, когда представил лицо мистера Хайни.

Их кинули — жестко шваркнули об пол и вытерли ноги. Всех этих продавцов эпидемии — потому как заражен оказался представитель правящей семьи королевства Сават. Личность и порядковый номер в очереди на наследование не сильно важны — главное, что он вхож во дворец, вхож к королю и бывает там. Это покушение на королевскую кровь, это фактически объявление войны.

«Как спасти мир дважды? Спросите у меня».

Сначала не дал заразе выбраться из Хранилища. Потом не дал развязать из-за нее войну.

«Правда, дырку под орден мне пробьют разве что на черепе», — смотрел я, как возвращается Эффа.

Судя по довольному виду, все прошло гладко.

— Все нормально? — Спросил, как она поднялась в кабинку.

— Ага. Сказала, что профессор Лазар приказал вернуть кота и показала удостоверение.

— А кто такой профессор Лазар?

— Понятия не имею, — Эффа недовольно смотрела на свой дорогущий пиджачок. — Кэр не хотел уходить, зацепку оставил, — пригладила она край с выступившей веревкой.

— Тут гладят, кормят и солнышко. А там трупы на стеллажах и темень.

— Была там как-то, — кивнула майор. — Жуткое место. Надо Кэра оттуда забирать. Но в этот раз искать его будешь ты!

— Да легко, с первого раза.

— На что спорим? — Даже возмутилась Эффа.

— Я сегодня безмерно добр, поэтому просто на щелбан.

— На десять. — Следила она, как поднимается трап.

— Договорились. Эффа, а у тебя есть телефон мистера Хайни? Я все-таки решил встретиться.

— И правильно, чего тянуть? Тебе продиктовать? Хотя он с незнакомого не возьмет, сама наберу. — Тут же взялась она за трубку.

И с досадой посмотрела на преграду между нами.

— Просто передай ему, если несложно. Кафе «Вокзальное» на портальной площадке, сегодня в пятнадцать. Скажи еще, что я хоть и спал на земле, но не заразный. Особо подчеркни.

— Да просто про кафе скажу…

— Эффа.

— А?

— В этот раз не спорь.

И хоть исполнила она в точности, но смотреть с тех пор стала с большим подозрением. А так как на вопросы я предпочитал больше не отвечать, то подозрение это весьма усиливалось.

Вплоть до того, что в кафе она заявилась вместе со мной, взяла этот коктейль с трубочкой и действовала на нервы.

Впрочем, ее присутствие мешало не сильно. А за отвоеванный столик ей отдельное спасибо.

— Ты стал по-другому пахнуть, — произнесла она, отстав от коктейля.

— Эффа, не за столом же. — Поморщился я. — Ну да, отходил… Но, знаешь ли, там…

— Не ври. — Оборвала майор. — Ты пахнешь пляжем после грозы. А до этого пах травой и землей.

Наверное, идея смотаться в свой мир, чтобы привести себя в порядок, была не самой удачной. Но я должен был проверить, смогу ли перейти во время встречи со стариком. А еще — я поглотил там треть таллиумной плиты гравилета, чтобы напитать оболочку до обычного уровня. Одежду специально не трогал — даже не отряхивал. Душ — его вот принял. Посчитал, что не заметит.

— Я пахну кофе и чебуреком, — буркнул в ответ. — Не придумывай.

На это Эффа вновь засипела коктейлем, не сводя с меня глаз.

— Да пощади ты уже эту трубочку!

— Признавайся.

— Да в чем?!

— Пока не знаю. И это крайне настораживает. — Прищурилась она.

Появление мистера Хайни я воспринял даже с некоторым энтузиазмом.

— Сэр! — Поднял я руку, улыбнувшись.

Старик, замерший в дверях кафе, отчего-то повел рукой к поясу, но тут же оправил мундир и двинулся к нам.

И с каждым его шагом зал стихал — кто-то замечал сам старика при полном параде, в орденах, кителе и фуражке, убранной в левую руку. Кого-то одергивали соседи по столу, показывая на заслуженного человека.

Где-то с десяток особо крупных орденов — на белой эмали, с золотыми перьями. Три угловатых знака в черной эмали, повыше и крупнее. Россыпь золоченых медалей с тиснением ниже, некоторые с темно-алыми лентами и бантами — и все на темно-зеленом, почти черном кителе. Названия наград я не знал, но очень внушало. Погоны — эти узнавал уверенно, учили. Все-таки мы все на факультете военнообязанные.

— Мистер Хайни, сэр, — тут же встала по стойке смирно Эффа Сойер.

— Вольно, майор. Мистер Савой, — кивнул он мне.

— Мистер Хайни. — Чуть поклонился я. — Присаживайтесь. Эффа, принесешь генералу кофе? — Вежливо попросил я.

— Может, позовем…

— Да, майор. Сходите за кофе мне и Тану. — Расстегнув пуговицы на мундире, присел мистер Хайни напротив меня.

— Я… Да, сэр, — развернулась та через левое плечо и отбыла к стойке кафе.

— Итак, мистер Савой. — Сцепил он пальцы на руках, положив руки на столешницу. — Вы наверняка желаете мне что-то сказать. Или, быть может, попросить? Потребовать?

— Ну что вы, мистер Хайни. — Сделал я вид, что придвигаю стульчик.

Приподнялся и резко положил одну ладонь на его руки, второй прихватив фуражку со стола.

Всплеск энергетики в сформированное построение-конфигурацию, и вместо просторного кафе на голову давит невысокий потолок гравилета на Аликсе.

Еще один всплеск — и тело генерала деревенеет от небрежной, грубой попытки заморозить. За такое вышибают из Биоэнерготеха взашей, но студенты не способны навредить — мало энергии в воздействии.

У меня энергии много и делаю я это намеренно.

Мистер Хайни молча валится спиной назад — стул не перенесло, двинуть мышцами он не в силах, поэтому падает на, к сожалению, мягкий пол.

— Я с такой падалью говорить не намерен. — Стоял над ним спокойно, оттирая руку о брюки, словно от этого прикосновения испачкался.

Впрочем, трогать генерала все равно пришлось. Охлопал по бокам — нашел наградной пистолет, убрал его в сторону. Проверил на щиколотках, в рукавах, в ботинках — ничего нет. Не уважает.

После чего усадил Гауса Хайни в кресло второго пилота и включил обзорную полусферу.

Ветер пытался погрузить гравилет в песок — набрасывал поверх корпуса. Его набралось почти до середины — мелкой фракции, почти что пыли.

Я положил руку на приборную панель — и ее обняла перчатка управления. Движение рукой, и махина легко откинула от себя тонны наметенного сверху, поднявшись вверх.

Впереди — только разнообразие песчаных волн, как в огромном неспокойном океане. Мне нужно выше, еще выше — так, чтобы перед нами оказался только тускло-серый диск поверхности, на который справа наползала линия ночи.