Чтение онлайн

Генерал рассмеялся, хлопнул меня по плечу.

– Старую школу не проведешь! Где у нас тут коньяк оставался? По такому случаю не грех и отпраздновать! Давайте, Александр Сергеевич, потрошите свои закрома, а я позвоню, чтобы нам тут стол соответствующий организовали.

Потирая руки, генерал прошелся по комнате. Видно было, что эмоции его переполняли. Пока пришедшая девушка накрывала на стол, он продолжал ходить по комнате, что-то напевая себе под нос. Когда Верочка вышла на улицу, он подошел к столу и щедро плеснул себе и мне коньяка.

– Ну, вздрогнули! За успех!

Мы чокнулись и выпили. Яковлев уселся на диван, по дороге прихватив себе тарелочку с бутербродами.

– Итак, с чего начнем?

– Вам виднее, кое-что я уже и сам просек, но всей картины не знаю.

– Значит, так. Прослушку мы обоим Аскеровым впихнули уже давно, так что были в курсе многих их махинаций. Даже и того, что мы за это время услышали, лет на десять им бы за глаза хватило. Но нам не просто посадить их было надо, надо было еще и пользу от этого получить. Вот, тогда и рассчитали эту комбинацию. Опер тот, что с Генрихом сидел в кабинете, давно уже, в основном, на него и пахал. Вот мы и рассчитали, что он папе стукнет обязательно, ежели с сыном что-то стрясется. А уж когда он и вашу фамилию назвал… У папы аж в зобу дыханье сперло! Разом двух зайцев убить можно. И сына спасти, и перед американцами оправдаться. Чай, за предыдущий провал они ему благодарность не выписывали. Вот он с собой тоже камеру-то и прихватил.

– Он, что, совсем умом подвинулся?

– Ну, из страны ему и так и так линять приходилось, так что стесняться было нечего. Сам момент нападения они, естественно, снять не успели. Но, вот подготовку к нему, да и дату еще специально перед камерой назвали — это они зафиксировали. Да и не в камере дело! С 'папой' в машине должен был еще и куратор сидеть, чтобы лично во всем убедиться.

– Да ну, на фиг! Неужто мы его проворонили? Там же, кроме боевиков не было больше никого? Куда ж он делся?

– А он из машины, еще на подъезде к отделению, вышел. Не совсем же дурак, есть голова-то на плечах? Только вот то, что мы эти машины уже полчаса, как пасем плотно, он знать не мог. Вот и попался на глаза ребятам из 'наружки'. А они сей факт прилежно задокументировали. Так что, 'сюрприз' мы американцам изрядный приготовили. Где там коньяк? Плесните еще по чуть-чуть.

Мы повторили. Коньяк пошел хорошо!

– Так вот. После того, как опер этот панику поднял и фамилию вашу сообщил, 'папа' задергался. Сразу же начал своих 'быков' собирать, Мирону позвонил. Выслали они 'Камаз' и троих автоматчиков на перекресток. Ну, это мы еще раньше предвидели, не зря же к отделению только одна дорога и осталась, на другой ремонт идет. И движение там одностороннее. Так что, отъезжать вы могли только в одну сторону. Поэтому и укрытие вам заранее приготовили, ну, да это вы и сами знаете. Да и, кроме того, там еще с ночи снайперы в засаде сидели, и все поспешные приготовления этих умников срисовали.

– И засняли…

– Экий вы хитрый! Это не мы! Это, скажем так, сознательные граждане.

– Ну, да… А если ко всему этому еще и материалы прослушки присовокупить…

– А то! Благо, что все это было сделано насквозь официально, в рамках расследования дела о нападении на вас. Так что, гонорар адвокату тут не светит. 'Папа', надо отдать ему должное, это понял. И теперь поет, как соловей.

– А сынок? Не поумнел пока?

– В шоке пребывает. Мы ж его успели просветить в том плане, что покушение было именно на него. Дабы не слишком болтал на следствии.

– Во как? Это кто же такой добрый отыскался? Среди ваших-то волкодавов?

– Гребельников. Я, когда сам в его честные глаза смотрю, тоже во все, что угодно, поверить готов. Есть у человека дар убеждения. Так мозги закомпостировать может, что перестаешь соображать — где ты и что с тобой происходит.

Яковлев расправился с бутербродами и встал.

– Ну, давайте еще по одной, и на этом — хорош! Эту страничку мы перевернули, дело дальше само собой пойдет. Тут уже много народу за дверью ждет, когда им отмашку дадут. Вот, пускай они эту телегу и тянут. А мы с вами, Александр Сергеевич, к прямым своим обязанностям вернемся. Медицинские обследования ваши, в основном, завершены. Так что — ждите гостя.

– Травникова?

– Так точно. Он вас в курс дела вводить будет, пора уже.

Мы выпили еще по рюмке коньяку и генерал вышел на улицу. Я проводил его до машины. Неслышной тенью около нее стоял Антон.

– Вот, кстати, — обернулся к нему Яковлев. — Сколько твои ребята сегодня патронов расстреляли?

– Штук сто, товарищ генерал-лейтенант.

– А скольких подстрелили?

– Одного, товарищ генерал-лейтенант.

– А вы, Александр Сергеевич?

– Тоже одного. Четыре патрона расстрелял.

– Вот! — поднял палец генерал. — А вы, товарищ капитан, меня спрашивали, чем отличается старая п р а в и л ь н а я школа от современного обучения!

– Так… товарищ генерал-лейтенант, мы ж еще и по движкам стреляли! И по окнам.

– И много тому окну пуль надо, чтобы стекло вынесло? Да и на движки магазина хватит, на оба.

– …

– Не расстраивайтесь, капитан. Сработали вы все сегодня на уровне! Хрен с ними, с патронами, главное, что задачу выполнили на пять с плюсом! Ребятам передайте мою личную благодарность, а обо всем прочем отдел кадров позаботится. А что до выучки — вот вам учитель! — Яковлев похлопал меня по плечу. — Пока время есть, мотайте на ус! Ну, счастливо вам тут всем оставаться! До встречи!

Габаритные огни его 'Волги' скрылись за поворотом. Я не пошел в дом, а присел на лавочку около крыльца. Привычные дела закончились, надо ждать Травникова. Что же он мне расскажет на этот раз?

Травников приехал через день. Выглядел он устало и видно было, что спал он в последнее время недостаточно. Войдя в дом, академик поздоровался и грузно сел в кресло. Покачав головой, я налил ему кофе и пододвинул поближе столик. Травников благодарно кивнул головой и взяв в руку чашку, отпил из нее немного.

– Александр Яковлевич, что-то вы выглядите неважнецки. Случилось что-нибудь? Или так по работе перенапряглись?

– Да, всего понемногу, Александр Сергеевич. И напрягов хватает, и случайности всякие… Всего и не перечислить, — он махнул рукой. — У вас тут где-то коньяк есть, так ведь?

– Есть. И коньяк есть и водка вон там, в шкафу, стоит. Вам чего?

– Водки налейте.

Немало этому подивившись, я достал из шкафа бутылку водки и набулькал академику грамм сто. Плеснул и себе, хотя и не так щедро. Достал из холодильника тарелку с ветчинной нарезкой, поставил все это на стол перед ним. Ни слова не говоря, Травников махнул водку залпом, поставил стакан и поднявшись, зашагал по комнате. Что-то с ним сегодня было не то… Походив немного, он снова уселся в кресло и поднял телефонную трубку.

– Здесь Травников. С кем говорю? Машенька? Милая моя, сделайте пожалуйста легкий перекус на двоих. Александр Сергеевич, вы что будете?

– Да… Все равно, то же, что и вы.

– Хорошо. Машенька, нам без изысков, на ваше усмотрение.

Академик положил трубку и снова о чем-то задумался. Тряхнул головой, повертел в руках пустой стакан и, перевернув его вверх дном, поставил на стол. Да, что это с ним сегодня?

– Ладно, — он хлопнул ладонями по коленям. — Пока там девушки собираются, начнем, благословясь… Как вы себя чувствуете, Александр Сергеевич?