Чтение онлайн

Соня как письмо то получила, так и сорвалась на родину сестрицу вразумлять. Нет, противу монастырей она ничего не имела: кто-то ведь должен перед лицом господа грехи людские отмаливать. Но почему Оля? Что девица девятнадцатилетняя о грехах знать может? Чем ей мир вне стен обители не угодил ужо? Оставила сыновей на Володиных родителей и приехала. И сразу, не сменив одежды дорожные, Оленьку разыскивать стала.

Младшая Баркова в саду отыскалась, в беседке. Да не одна. Софья сестрицу помнила вечно смущающимся, угловатым подростком, эдаким щенком нескладным. А теперь перед нею львица молодая предстала, сильная да уверенная. Эх, как она эту болтушку соседскую отбила, и не постеснялась же князьями какими-то пугать. Толком Соня разговор не слышала, поняла лишь что рассорились подруги. А как, да почему и неважно, в общем-то. Лишь когда Местникова ушла, а скорей даже убежала, Софья сестру окликнула. Та развернулась испуганно. Взрослая, красивая, черты их Барковские фамильные помягче чем у самой Сони будут. Только мордаха зарёванная, да нос припухший, а так всем хороша девица.

— Соня приехала, — выдохнула Ольга обрадовано и обниматься бросилась. Обняла крепко, засопела, как в детстве, обиженно, когда ударилась больно, а в рёв пускаться не велят.

— Ну-ну, — успокаивающе погладила её по плечу Софья, — будет тебе, маленькая.

— Эй, — шутливо ткнула старшую сестру кулачком в бок Ольга, — я не маленькая! Это ты дылда! И хихикнула, носом шмыгнув. А после ухватила Соню за руку и в беседку потащила на лавку.

— Ну, рассказывай давай. Как живётся тебе, как там мои племянники, как Питер?

— Тише, тише, — подняла руки в останавливающем жесте Софья, — не части. Всё расскажу, всё поведаю. Но после. Ты сперва объясни, что за блажь в голову тебе взбрела, в какой монастырь ты собралась?

— Пустое то, — посерьёзнела Ольга, — никуда я уж не еду.

— А всё же? Что было-то?

— Потом, — отмахнулась Ольга, — нет желания рассказывать.

— Оля! — как встарь, попыталась надавить голосом Софья.

— Соня! — проявила непокорство младшая сестра.

«Совсем выросла девочка, — с неожиданной теплотой подумала Софья, — теперь на неё уж не цыкнешь, не приструнишь. Теперь с ней считаться придётся».

— Оленька, — изменила она тон, — ну пойми же ты, маленькая, я ведь переживаю. Я как письмо от батюшки получила, так с тех пор и места себе не нахожу. Не знаю что уж и думать. Я ведь всегда на твоей стороне, сестрица, поделись, расскажи что случилось-то.

— Всё хорошо, — Ольга успокаивающе тронула сестру за плечо, — всё уже в порядке. А случилось… Она замялась. Ольге страшно не хотелось врать, но и правду говорить было никак нельзя. Княжич по этому поводу высказался вполне определённо, и нарушать их договорённость она бы не осмелилась. Наконец решившись, она начала. — Соня, этим летом кое-что произошло, — Ольга мялась и запиналась в попытках подобрать верные слова, — я от Местниковых возвращалась, когда на нас напали, ну на карету то есть.

— Господи, — ахнула Соня, — кто?!

— Не знаю, разбойники какие-то, да и неважно сие. Охрану нашу всю побили, а меня с Дашкой в полон захватить вознамерились. Ольга всё убыстряла речь, нервно комкая платок.

— Но всё же свезло нам: один молодой дворянин с оказией в тех местах случился. Вот он со своими людьми татей-то и упокоил, а после до дому нас сопроводил.

— Господи, — повторила Софья, — как же ты напугалась, бедная, что в обители спрятаться решила.

— Нет, — возразила Ольга, — не так. Вернее да, напугалась, конечно, но в монастырь не за тем уйти собиралась. Понимаешь, — она вновь замялась, подбирая слова так, чтобы и не соврать и в то же время правду утаить, — тот дворянин, ну что меня от лихих людей уберёг. Я ведь ему благодарна была безмерно. Вот. А после он уехал, и чуть позже некое обстоятельство обнаружилось. Понимаешь?

Софья недоумённо смотрела на сестру.

— О боже, Соня, — Ольга спрятала лицо в ладонях, — непраздна я. Понимаешь теперь?!

— Ты что?!

— Да, — кивнула младшая сестра, по-прежнему прикрывая лицо, — так вышло.

В беседке повисла тишина, слышно было, как гудели одуревшие и злые осенние мухи. А где-то в доме кухарка распекала нерадивых помощников.

— А… — начала было Софья, но запнулась. Помолчала, собираясь с мыслями, подумала и заговорила уже уверенно, по-деловому.

— Ежели ты полагаешь, сестрица, что я сейчас стыдить тебя стану, так вот нет. Даже и не подумаю. И вполне могу тебя понять. Кровь, стрельба, шпаги. До шпаг ведь дело дошло?

Ольга кивнула.

— Ну вот, я и говорю, вокруг смерть и ужас, а тут он. Сильный, смелый, надёжный. Так ведь было?

Новый кивок.

— И как тут разглядеть иную опасность что девице неискушённой грозит. Конечно же, ты ему доверилась. Или… — вдруг насторожилась Соня.

— Нет, нет! Что ты! — замахала руками Ольга. — Никакого принуждения. Он вёл себя сообразно чести дворянской.

— Сообразно, — скривилась, старшая сестра, — сообразно чести он к тебе и вовсе прикасаться не должен был. И даже смотреть в твою сторону без необходимости. Впрочем, господь с вами, не о том речь. Монастырь да, в твоём случае выход конечно, но надо признать выход дурацкий. На такое лишь от отчаянья решиться можно. У тебя и родители живы, а коли пересудов провинциальных боишься, так завсегда ко мне переехать можно. И не перебивай, — остановила она пытавшуюся что-то вставить Ольгу, — никакой приживалкой ты бы не была. Мы сёстры всё же — родная кровь. Но то так, на крайний случай. А покуда предлагаю дворянином твоим заняться. Ты запамятовала, поди, но семья моя вес изрядный имеет, в столичном-то обществе. Мы этого твоего спасителя так на всю империю ославим, что он на коленях приползёт руки твоей просить. Государыня императрица к тому же, любит такие браки устраивать, а Володе она благоволит, и ябеду мою всяко без внимания не оставит.

— Да я… — вновь собралась возразить Ольга.

— И слушать ничего не желаю! — категорично отрезала Софья. — Благодарность благодарностью, но совесть-то иметь нужно. Ну-ка, быстренько называй мне его имя, надеюсь сей «спаситель» представился. Просто назови имя. Согласись, что хотя бы это я должна знать.

— Темников, — устало выдохнула Баркова.

— Ага, — возликовала Соня, — значит Темников! Постой. Какой Темников?

— Наследный княжич Темников, — со скрытым злорадством, проговорила Ольга, — Александр Игоревич.

— Дела, — озадаченно выдохнула Софья Николаевна, — с этим да, с этим не сладить. Ему и на мнение людское начхать, и императрица из-за нас ссориться Темниковыми не станет. Разве вот на совесть надавить. Да там такой фрукт, что ты!

— Соня, — Ольга взяла руки сестры в свои и легонько встряхнула, — успокойся, ничего этого более не надо. Я замуж выхожу.

— Замуж? — на мгновение удивилась Софья, но тут же продолжила в своей напористой манере. — Ах, ну да, за Местникова. Что ж, со стороны Ильи Константиновича это воистину благородный поступок. А сестра его, стало быть, о твоих обстоятельствах прознала и приехала недовольство своё выказывать. Вы ведь потому ссорились?

— Боже мой, Соня, — расхохоталась Ольга, — тебе бы пиесы писать, успех был бы, несомненно. Нет оба раза. Ссорились не потому, и замуж я выхожу за Александра Игоревича.

— За какого Александра Игоревича? — растерянно моргнула Софья Николаевна.

— Так за Темникова же!

— Ага. Сестра Барковой, порывисто поднялась на ноги и нервно зашагала по беседке. Два шага в одну сторону, разворот, два шага в другую.

— Ага, — повторила она, — верно, я чего-то ещё не знаю. Ты не могла бы, душечка, не томить, а обсказать всё по-порядку, как водится.