Чтение онлайн

***

Казнь бывшего великого камергера назначили на пятый день Шестого Тёмного месяца. По настоянию советников короля, она должна была пройти публично на площади Шести Столбов. Здесь проводились открытые театральные и музыкальные фестивали, ярмарки и гулянья – казни обычно происходили на небольшой площадке в конце Дворцовой улицы, у реки. Но совет решил, что туда невозможно согнать достаточное количество людей.

Чезаре Роз, присутствовавший на совете от Управления, заметил, что большая толпа может наделать немало бед, если взбунтуется, на что советники ответили справедливым замечанием: надо усилить охрану и утроить усилия по сдерживанию эмоционального фона. Было постановлено, что на площадь выйдут все ловцы, включая выходных и отставных. К ним присоединится также и почти вся дворцовая стража, а охраной короля займётся «тайный круг». Главу «круга» переизбрали ещё после случая с Марселом и Дэном, по всему сообществу прошлась основательная чистка, и в рядах «скрытых» появились новые, трижды проверенные лица. Грет Кешуз не скупился на меры, способствующие охране всего королевского семейства. Кстати сказать, из провинциального города Канцелона приехала вдова Кардавера Кешуза в сопровождении двух немолодых уже племянниц, а из далёкого королевства Гестуд прибыла лицезреть казнь несостоявшаяся невеста принца Ромила. Ей прочили свадьбу с ахезиром Иртсана в этом году, и она уже прятала руки в широких рукавах, словно замужняя – по древней иртсанской традиции.

Все эти знатные лица прибыли в сопровождении пусть и небольших, но свит, и помост для них соорудили очень немаленький. В Азельме создалась нервная, пожалуй, даже почти истерическая атмосфера. Аресты Тёмных магов участились. Зарегистрированных Тёмных старались выпроводить из столицы под любыми предлогами. Чезаре почти не выбирался из кабинета, заваленный доносами, докладами и договорами. А если выбирался – то на очередное заседание совета у короля. Даже на встречи с Линлор у Чезаре не оставалось ни времени, ни сил. О Дэнни он и думать забыл.

В день казни Чезаре не вошёл в свиту короля, сославшись на то, что должен находиться среди своих ловцов. На самом деле бездельничать он не привык, присутствовать на казни простым созерцателем. В нём не нуждались как в охраннике. Чезаре действительно отправился с одним из патрулей в обход площади, проверил оцепление вокруг плахи, нашёл отличный наблюдательный пункт на крыше прилавка торговых рядов, находящихся аккурат напротив помоста со знатью. Те сидели, щурясь на солнце: погода выдалась ясная, недавно выпавший снег так и сверкал. Одетые в меха и дорогие шерстяные ткани, король, его семья и свита выглядели ярко и служили отличными мишенями. Скрытых нигде не было видно – на то они и скрытые! – зато стражники прекрасно просматривались от торговых рядов, ещё лучше, чем знать! На белом фоне их чёрные парадные мундиры с широкими жёлтыми полосами-нашивками выглядели изумительными мишенями. Целься в середину верхней нашивки, и всё.

Чезаре осмотрелся по сторонам. К назначенному часу народу на площадь набралось столько, что все стояли притиснутые друг к другу. Вот тут-то и вспомнился ему Дэнни, представилось, как он выходит на плаху и начинает играть на скрипке. И вся эта масса людей подчиняется ему. Сколько можно совершить с такой силой? Нет, определённо мальчику нужен укорот.

Вывели Тэллина. Он казался похудевшим и помолодевшим. Голову держал прямо, плечи развёрнутыми, руки расслабленными. Он шёл как человек свободный и независимый, но никак не приговорённый к усекновению головы. Грет Кешуз в своей бесконечной милости отдал приказ отрубить камергеру голову, не прибегая ни к пыткам, ни к предварительным мучениям вроде отрубания пальцев ног и рук, а затем кистей и стоп. Так было принято при Кардавере Кешузе, являвшемся Грету дедом.

Палач, невысокий, плотный, одетый в длиннополое чёрное одеяние, взвесил в руке большой топор и что-то сказал Тэллину. Камергер рухнул на колени так быстро, словно ему ударили по ногам. Чезаре мысленно разослал приказ всем командирам ловцов – их было четырнадцать, по количеству участков Азельмы. В момент отрубания головы всеми людьми завладеет единая эмоция, и это будет рискованный момент. В который может произойти что угодно. Волна, сравнимая по силе с ураганом, пройдёт по человеческой толпе. Маги «тайного круга» обязаны защитить помост с правителями и аристократами, закрыть от эмоций, магических и физических угроз – от всего. Но остальные-то останутся беззащитными…

С тихим звуком рвущейся бумаги из пространства на заснеженную крышу прилавка материализовалась Линлор. Как всегда – щёки румяные, глаза так и светятся. Тёмные ресницы тронуты инеем. Она слегка поскользнулась, и Чезаре подхватил её под локоть.

– Тебя так здорово видно оттуда, - она указала пальцем на помост, - что я не удержалась.

Чезаре волей-неволей улыбнулся. Нельзя не улыбнуться, когда видишь Линлор – в пальто с беличьим воротником, синей суконной юбке и шляпке с иссиня-чёрным петушиным пером. Дочь аристократов, Линлор Глейн должна была находиться там, среди знати, в охраняемом месте, одетая в драгоценнейшие ткани и меха, но вот она стоит здесь. С ним.

– Отсюда тоже отличный вид, - суховато сказал Чезаре.

Камергер закончил молитву.

– Спящий да услышит тебя, - сказал король звонко. Разумеется, придворные маги усилили его голос, который прокатился над площадью подобно колокольному звону. – Иди и не возвращайся.

Чезаре хмыкнул и тут же окинул взором площадь – не видно ли среди народа некромантов. Конечно, не разобрать – кто есть кто. Но вот знаки Тёмных откликнулись и тускло замерцали под одеждой. Некромант оказался всего один. Конечно, нечего им здесь делать. Молодой совсем парень, кажется – Чезаре прищурился, усиливая зрение чарами. Где-то он его видел, этого высокого плечистого молодого человека. Так и не успел понять, где. Король поднял руки и хлопнул в ладоши. Усиленный хлопок разнёсся подобно грому.

Чезаре крепче сжал руку Линлор. Она прижалась к нему боком, вздрагивая всем телом. Топор опустился на шею Кора Тэллина. По прихоти кого-то из магов хруст позвонков тоже усилился в несколько раз. Судорожно вдохнули и выдохнули люди – все до единого. Чезаре не удержался – по этой волне можно было плыть, так сильны были эмоции! – и накрыл себя и Линлор непроницаемым коконом. И глядел, не отрываясь глядел на ту сторону, где увидел скрытых – всех, до единого. И магов среди знати увидел – как они тянут паутину защиты, растягивают над королевой-вдовой, принцессой соседнего государства, королём с его женой, матерью и сыном.

Всё хорошо. Всё почти спокойно. Сердце, конечно, захолонуло в тот момент, как топор обрушился на шею Тэллина. Чезаре не ожидал, что так тяжело воспримет эту смерть. Видимо, увеличенная толпой эмоция, несмотря на защиту, зацепила его, и зацепила неслабо.

– Чез, - Линлор ещё крепче прильнула к нему, - всё прошло. Мы можем уйти, если хочешь.

– Надо, чтобы все разошлись, - покачал головой Чезаре. – Я, пожалуй, прослежу за тем, как они вернутся во дворец.

И он указал подбородком на помост со знатью. Мишени, как есть мишени. Чезаре смотрел, как расходится простой люд, а между ними и маги. В основном Светлые, по большей части – ловцы. Парень-некромант, сунув нос в просторный воротник, уходить не спешил. Чезаре сделал на него охотничью стойку. Распустил кокон, готовясь неизвестно к чему. Конечно, парень очень молод, но для Тёмных это скорее преимущество. Наконец, не снимая защиты, скрытые из «тайного круга» повели правящую знать к их экипажам. Чезаре скрипел зубами. Как медленно! Почему бы не дать им перенестись всем во дворец – это не заняло бы так много времени!

Юная королева, невысокая полненькая девушка с младенцем на руках, внезапно поскользнулась и упала на коленки. Нервы у Чезаре не выдержали – он сорвался с места, даже забыв, что стоит на крыше торговых рядов. Слетел в сугроб, не чувствуя боли в ушибленных ногах. Кинулся к экипажам. И тут молодой некромант пошёл ему наперерез. У него было бледное лицо и тёмные карие глаза навыкате. Совсем юнец – едва ли старше, чем Дэнни. Но эмоции куда более зрелые, как у взрослого мага.

– Выбирай, - сказал некромант, откидывая широкий длинный рукав. Пистолет! – Ты, он, она?

– Что? – Чезаре запнулся, не зная, что и сказать.

Зато эмоции уже знали, как быть, там, внутри него, накопленные и не отданные вовремя, что для Светлого – большая проблема. Эмоции сжались в тугой ком, похожий на плотно скатанный снежок. Когда молодой некромант приставил к нижней челюсти Чезаре пистолет, маг выпустил из себя этот неудобоваримый ком, заставив его развернуться, распуститься, словно цветок, прямо в голове парня. Возврат. Редкий приём для Светлого. Чезаре подцепил его у своего ученика – научился плохому, как говорится.