Чтение онлайн

— Я на днях собирался пожертвовать кое-что в благотворительный фонд. Но думаю, ты прав. Мои трусы и футболки ещё слишком хороши, чтобы позволять их носить каким-то бродягам и погорельцам. Семейный бюджет надо экономить, тем более скоро же свадьба.

Ля, Филин! Я до тебя когда-нибудь доберусь! Это для тебя хиханьки-хаханьки, а у меня, между прочим, в самом разгаре побег из семейного курятника.

Отец явно завис. Был большой соблазн аккуратно прочитать его мысли, но я не хотел рисковать; он не должен засечь ничего подозрительного, иначе поймет, что все это время его водили за нос, и тогда уже мой водевильный выход за периметр может превратиться в драму. Не для меня, разумеется, а для слуг и охранников, но я же миролюбивый донельзя, не хочу никому вредить. В конце концов, я столько ждал этого дня, что даже досадные, хотя и вполне ожидаемые накладки и задержки не могут испортить моего отличного настроения.

— Валерьян, я рад, что ты понял: я действую в наших общих интересах. Да, ты, к сожалению, лишен нашего дара. Но при этом не перестаешь быть князем Изюмовым…

…и я выжму из этого обстоятельства всё возможное, — вдруг прилетела мне в голову случайно считавшаяся с Николая Алексеевича мысль.

Эх, князь. Жаль, что мама не успела или не смогла донести до тебя одну простую мысль: нельзя быть такой расчетливой дрянью. Вот нельзя — и всё тут!

— … и я постараюсь максимально облегчить твою будущую жизнь, — громко закончил отец.

Это что и как? Он сам вместо меня будет бастардов плодить? Ой, насмешил!..

Стоп. А вот и нет. Это он сейчас вполне серьёзно сказал. И понял я его именно так, как надо, тут разночтений быть не может. Он гуляет направо-налево, бедные любовницы утверждают, что их дети родились от меня, а моя несчастная супруга после папиных тестов терпеливо принимает байстрюков под свое крылышко. Мне в этой схеме места вообще не предусмотрено. Чистая формальность, чтобы было на кого пальцем показывать. Да и выжить моим настоящим детям, если таковые вдруг каким-то чудом заведутся, никто не даст. Мало ли что может с беременной бабой случиться? Оступится там. Или…

… или её нерожденный плод Николаю Алексеевичу на опыты отправится. Для некромантов это — самая мякотка, насколько я успел выяснить, а обвинением в аморальности в этой семье никого не запугать.

Вот тут я прямо изо всех сил сдерживал Филина, призывая не убивать князя на глазах всей семьи. В отличие от меня ментальный конструкт по своим характеристикам больше тяготел в сторону бойца, чьей нервной системой рулит адреналин. «Бей первым», «не раздумывай» и все прочие аксиомы. Но нет. Я не от той стенки гвоздь и могу отлично контролировать свое состояние, если только мне не мешают изнутри.

— Спасибо, отец! — склонил я голову. — Я никогда этого не забуду.

Николай Алексеевич Изюмов через силу улыбнулся своему бракованному на всю голову сыну. Да-да, наше кредо — до последнего сохранять лицо при плохой игре. Старый засранец, будь ты проклят вместе со своими хитрыми планами!

— Ираида, — обратился я к сестре. — Я стал совершеннолетним, а значит, мы с тобой сейчас находимся в одинаковом положении…

Ой, как скрипнули её зубы! Неполноценный братишка осмеливается провести знак равенства между ней, умницей, красавицей, папиной надеждой и собой! Но я не дал ей времени на возражения и продолжил:

— А раз так, давай раз и навсегда разрешим наши противоречия. Батюшка, — обратился я к князю и вновь низко склонил голову, — позволь нам с сестрицей отлучиться на несколько минут для конфиденциального разговора по душам.

Где-то внутри меня аж подпрыгивал Филин, призывая поскорее заканчивать со всем этим политесом и не тратить время на внешние приличия. Но я собирался сделать всё так, как хочу. И отец махнул рукой.

— Хорошо, дети мои. Но недолго. Иначе будете есть холодные блюда.

Как ни хотелось Ираиде отрываться от праздничного стола, но пришлось. Мы отошли метров на десять.

— Чего тебе надо?

— Почему ты всегда так недружелюбна со мной?

— Потому что ты — позор нашей семьи.

— Может, всё-таки попытаешься поговорить со своим братом так, как он того заслуживает?

И вот тут я рубанул по сестре своим секретным даром, действуя прицельно и выверенно. Микро-удар в нужные синапсы и не больше. Даже стой у меня за спиной коллега-менталист, ничего бы не заметил. Ираида на долю мгновения поплыла, а потом в её глазах появилась… доброта.

— Да, давай поболтаем. Почему бы и нет?

Здесь нас всё ещё могли подслушивать, поэтому я аккуратно подвел собеседницу к её следующей фразе, и сестра продолжила:

— Только знаешь что? Давай отойдем вот к тем кустам. Хочу, чтобы этот разговор остался между нами.

Я краем глаза заметил, как нахмурился отец. Значит, реально подслушивал. Сам или с помощью артефакта — не суть. Но это не я, это Ираида предложила нам отойти. А раз так, с меня взятки гладки. И мы чинно проследовали к кустам. Вернее, чуть-чуть за кусты. А потом быстрым шагом к главным воротам. И там Ираида скомандовала:

— У Валерьяна срочное дело в городе. Отец подтверждает его отъезд. Пропустите.

Охрана переглянулась.

— Вы меня слышали? — в голосе Ираиды появились знакомые всем обитателям поместья стервозные нотки. — Открыть ворота! Или я должна пожаловаться на вас отцу?

Возможно, у неё бы и не получилось, но я своими методами несколько усилил её посыл, и перепуганные мужики бросились исполнять приказ сестрицы.

Ираида проводила меня, мило улыбнулась напоследок и помахала рукой. Я ответил ей тем же, после чего мягко направил её гулять по саду. Чем позже она появится в беседке, тем лучше. А я сам, усевшись на позаимствованный у охраны велосипед, порулил прочь. Ну а что? Было же сказано: «отъезд». А чем вам велосипед не транспорт? Да, это не автомобиль, но ведь еду же.

По моим прикидкам до общей тревоги оставалось не более десяти — пятнадцати минут. Понятное дело, за такое время до города я добраться просто не успею, за мной вышлют погоню. Но кто вам сказал, что я еду именно туда?

Выпускаю Филина, который давно просился в самостоятельную вылазку. Теперь от дороги мною фонит так, что и слепоглухонемой меня там учует, а уж поисковый артефакт тем более. Ну а я сам тем временем, накинув свой фирменный полог, сворачиваю на неприметную лесную тропку. Если всё правильно рассчитал, то до нужного места доберусь часа через три-четыре. И торопиться просто из принципа не буду. Я давно мечтал о велосипедной прогулке, кажется, еще с прошлой жизни, где по ряду причин приходилось ограничиваться утренними пробежками. В конце концов, могут быть у мужчины свои маленькие радости?!

Вот так и вышло, что в усадьбу Птолемеевых я добрался уже после обеда. Судя по тому, что Филин еще не вернулся, он продолжал от души развлекаться, водя за нос отца и высланных для моей поимки слуг. Пускай отрывается.

Охраны в усадьбе, равно как и слуг здесь не было и в помине, что меня несколько озадачило. Пробрался на территорию я через рухнувшую секцию забора, которая, судя по ее виду, пролежала в таком положении минимум десятилетие. Ладно, скоро я с этим разберусь. Дом был самым банальнейшим образом заперт изнутри. Пришлось на скорую руку выяснять, кто есть поблизости, тянуться и внушать мысль, что стоило бы впустить долгожданного гостя.