Чтение онлайн

Дверь мне открыл глубокий старик. По крайней мере, так мне показалось с первого взгляда. Длинные седые волосы, явно уже несколько недель не знавшие расчески. Светлый взгляд полуслепых глаз. Сутулая спина, шаркающая походка.

— Я хотел бы видеть графа Игоря Семеновича Птолемеева!

— Он перед тобой, юноша.

Ля. Дед, что ты с собой сотворил? Тебе ведь всего шестьдесят четыре года! Что тут вообще происходит?!

— Я твой внук Валерьян.

— В моем доме ноги Изюмовых не будет, покуда я жив! — внезапно пробив мой блок, рявкает дед, и я восхищаюсь дремлющей в нём мощи.

— А я уже не Изюмов, — дружелюбно развожу руками в стороны. — Я Птолемеев. Младший сын Оксаны. Могу паспорт-жетон показать.

Дед, по-птичьи склонив голову набок, изучает меня. Я снимаю пелену и блоки. Если что, успею вернуть их обратно. Но мне кажется, моя догадка о природе дара Игоря Семеновича верна, и этот человек заслуживает честности. Впрочем, прав я или нет, узнаю совсем скоро.

По голове словно бегут мурашки. С макушки осыпаются на затылок и спину, хочется жмуриться и будто кот тереться о притолоку; такое ощущение, словно тебя гладит чья-то горячая и добрая рука.

— Ты наш, что ли? — недоверчиво интересуется Игорь Семенович.

— А ты сам как думаешь? — подмигиваю я ему.

Ох, зря я это сделал, потому что дед вдруг начинает оседать прямо здесь, возле двери.

Пришлось экстренно влетать внутрь, подхватывать старика на руки и класть на пол. Потом затаскивать велосипед и заново запирать дверь. Вновь поднимать деда и нести до первой же обнаруженной мною в доме кровати. Было тяжело, но я справился. Вот тут, кстати, Филину огромное спасибо. Не зря он меня уже несколько лет как новобранца гоняет, поскольку я наделил его тренерскими полномочиями. И отжимаюсь, и бегаю, и плаваю. Попутно, когда рядом нет чужих глаз, осваиваю боевую теорию. Увы, пока всего лишь теорию, потому что вести бой с воображаемым противником — так себе умение. Он тебе сдачи не даст, сколько бы ты не прыгал и не изображал из себя непобедимого монстра. А на полноценного спарринг-партнера Филин при всём нашем обоюдном желании, увы, не тянет. Ментальный конструкт — он конструкт и есть.

Я осторожно потянулся сознанием к деду. Уф, кажется, скоро придет в себя. Стресс, оно и понятно. Я не знаю до конца все подробности той истории, но связав воедино разрозненные обрывки, услышанные от слуг и домашних, могу предположить всё с большой долей правдоподобности. Дочь графа без памяти влюбилась в князя. А тот внезапно ответил ей взаимностью, но поставил жесткое условие: жить по его правилам. И мама пошла на это, поэтому с Игорем Семёновичем после замужества не общалась и никаких подробностей о своей жизни не рассказывала. Ещё бы, некромантия — не тот дар, который почитают в нашем обществе. В прошлом, ходили слухи, вообще пытались признать его вне закона, да не вышло. Изюмовы и подобные им семьи высокопоставленных некромантов сделали всё возможное, чтобы удержать свои позиции, и им это удалось. Поэтому ни внучку, ни внука дед живьем никогда не видел: зять не позволял, дочь отморозилась.

Но что произошло с дедом? Почему его усадьба столь запущена? Что здесь такое творится-то?

Меж тем Семёнович закряхтел, повернулся на бок. Я осторожно подсадил его, пододвинув под спины подушки.

— Малец, слышь! — внезапно посмотрел он на меня вполне разумным и твёрдым взглядом. — Если хочешь остаться в живых, проваливай отсюда немедленно!

В мои планы это, мягко говоря, не входило, поэтому я попытался выяснить причину.

— Дед, а что не так? У тебя здесь места вполне хватит. Если хочешь, могу во флигель отправиться ночевать, не обломаюсь.

— Беги, глупец! — в глазах Игоря Семеновича появился ужас.

А в следующее мгновение я почувствовал ментальный удар такой силы, который вполне мог выжечь бы мне мозги…

…будь я хотя бы лет на десять младше. А так, ну неприятно, не спорю. Будто под черепушку закинули с полдюжины крабиков с когтистыми клешнями, и они там тщетно пытаются взбить из твоего мозга коктейль. Пришлось аккуратно их обезвреживать, чтобы не нарушить обратной нити, и по ней искать виновника банкета.

— Дед, ты чего? — заорал я, когда до меня дошло, кто всё это устроил.

Ответом мне стал ничего не выражающий взгляд. Глаза потухли, Семеныч отвернулся и что-то забормотал себе под нос.

Хм, в роли мозгоправа я ещё ни разу в жизни не выступал. Похоже, сегодня будет мой дебют. С этой мыслью я еще раз осторожно потянулся к сознанию деда.

— Олух царя небесного! — взревел Семеныч. — Что же ты творишь, мать твою ять, менталист чертов!

— Спокуха, дедуля, пробьемся! — заверил я его.

Судя по тому, что виднелось за давно не мытым окном, на дворе было около пяти часов утра. Рассвет, солнышко за деревьями, где-то издалека доносится заполошный петушиный крик. Далеко не первый, кстати.

— Кто тебя учил через кварту работать?! — не унимался Игорь Семенович.

— А если я скажу, что никто не учил, тебе легче станет? — парировал я, чуть ли не впервые повысив голос за время общения с дедом.

— Тут надо тоньше подходить, с понятием! Отвали, черт косорукий!

Прозвучало обидно, но мне оставалась буквально самую малость поправить сегмент, отвечающий за трезвую самооценку пациента. Именно её Игорю Семеновичу в настоящее время катастрофическим образом не хватало.

За эту бессонную ночь я вымотался чуть больше, чем полностью, выплясывая над поврежденной дедовской головой, вычищая оттуда мусор и возвращая на места перепутанные в хаотическом порядке куски личности. Если Семенович и впрямь сам с собой такое сотворил, то нет слов: это насколько же надо себя ненавидеть! Ну а если он тут ни при чем, то непременно узнаю, кто это провернул и накажу мерзавца. Моих родных обижать не позволено никому.

Филин вернулся часов в шесть вечера, порадовав байкой, как, изрядно поплутав по городу, завел погоню в подпольный бордель, где отцовские слуги, получившие четкий наказ любой ценой вернуть меня в княжеское поместье, пытались разыскивать пропажу по приватным комнатам, пугая девушек и вызывая гнев посетителей. Поскольку необходимости в его обществе в тот момент у меня не было, я отправил свой ментальный конструкт обратно в отцовское поместье выяснять, что там думают о моем внезапном исчезновении и как пытаются его себе объяснить.

Запланированная мною банковская операция должна была начаться только завтра, поэтому полной картины случившегося отец пока точно представить не мог. Но мне было нужно знать: он хотя бы в теории догадывается, как именно я всё провернул?

Дело в том, что в этом мире работа с менталом была вне закона. Ага, сам в шоке! То есть некромантам зеленый свет, всяким магам земли с их землетрясениями и прочими тектоническими катастрофами никаких препонов, а менталистам ни приведи господь лишний раз рта открыть. Даже намекнуть на свои способности нельзя, иначе быстро очутишься в лапах особого отдела по контролю за использованием магических способностей. И пребывание там тебя не порадует. Подумать только, уважаемая обществом наука, амбассадором которой я выступал в прошлом мире, здесь приравнивалась к запрещенному оружию! Значит, сами себе виноваты. Я по чужим лицемерным правилам играть не собирался.

— Да оставь ты меня в покое наконец-то! — продолжал бунтовать дед.

Я как раз закончил изрядное затянувшееся лечение, поэтому, ничего не говоря, просто отправил Семеновича в крепкий сон. Пусть отдохнет с просветлившимися мозгами, ему будет полезно. Да и мне стоит подумать о себе. Вряд ли домашние догадаются искать меня именно здесь, но не стоит упускать из головы возможность того, что в отчаянном стремлении найти меня хоть под землей и вернуть, они так и поступят. А это значит, мне нужно как следует продумать свои дальнейшие действия и отдохнуть.