Чтение онлайн

А сейчас надо было хотя бы немного выспаться. После всех треволнений спали мальчишки, как убитые, не чувствуя твердости топчана, не слыша утреннего шума буйных приютских сорванцов.

К утру Сашка не вернулся. И после завтрака, когда училка ушла в город за новостями, а Видян - в приют на занятия, мрачный Ходок, выгнав брата погулять, раз за разом активировал заклинание переноса - все к тем же дверям. Спустя пару десятков перемещений - уже на автомате, не задумываясь, - когда у него закончилась мана и пришлось присесть на топчан, чтобы восстановиться, Витек понял, что расстояние нужно и можно увеличить. И попробовать перемещаться с грузом.

Три раза успешно переместившись к дверям с табуреткой и чуть не свернув шею, споткнувшись напоследок, он кликнул брата.

Общительный Игорешка, уже подружившийся с приютской мелкотой, фонтанировал новостями:

– А ребята сказали, что князева невеста приехала! И свадьба завтра, мы всем приютом на площадь пойдем, кричать ура. Конфеты будут давать, калачи и монетки. А мы, Витек, ведь тоже пойдем обязательно, да? Ведь мы пойдем?

– Посмотрим. Зависит от того, что МарьИванна скажет, когда вернется, - Витьке не хотелось лишать братишку нечастых детских радостей, но у него самого мысль о княжеской свадьбе вызывала только злость и раздражение. И он прекратил поток возражений, протянув брату руку:

– Давай лучше ты мне сейчас поможешь. Вместе перенесемся. Можешь даже зажмуриться.

Зажмуриваться малый не стал, но все равно ничего не увидел - перемещение происходило мгновенно. Сейчас перенос активировался одним жестом, без слов, но маны хватило пока только на два переноса с грузом. Зато, хотя может ему и показалось, но после короткого отдыха оранжевая полоска маны стала длиннее.

Теперь оставалось только определиться с переносом на дальние расстояния. МарьИванна все еще не вернулась, зато появился Видян, с которым можно было посоветоваться.

– Никто не должен знать, что ты владеешь такой силой. И брата предупреди. А значит, перемещаться следует ночью. Или куда-нибудь в пустынное место, - высказавшись, Видян невидяще уставился в окно и надолго умолк. Потом, словно очнувшись, добавил: - Но думаю, надо дождаться Мариоанны. Или темноты.

Ходок был согласен с каждым словом. Он и сам понимал, что светить своими возможностями в приюте не стоит. Но хватит ли у него маны на дальний перенос? Да и до темноты оставалось немного - день пролетел совершенно незаметно. Ему все еще хотелось верить, что можно дождаться хороших новостей.

Надеялся он напрасно. МарьИванна вернулась лишь поздно вечером, и в ответ на его вопросительный взгляд лишь отрицательно мотнула головой.

– Волхвы говорят, никаких перемен в состоянии князя нет. И не допускают к нему никого.

– И что же, по-твоему, это значит?
– хмуро осведомился Витек.
– Не дошел до него Лечила?

– Не знаю. Может, и дошел, да только не смог сразу исцелить? Сейчас еще лечит, - предположила учительница.
– Завтра пойдем в город на праздник, все узнаем. Если князь на поправку пошел, то на свадьбу сына наверняка явится. Не торопись - мы же только вчера были в Храме!

Подумать только, всего лишь вчера! Витьке казалось, что прошел, как минимум, год. И опять тащиться в проклятый Храм, где пропал друг!

– Я не пойду, - решительно сказал Ходок.
– Игорька с вами отпущу, а сам тренироваться буду. Ты уж присмотри, - просительно обратился он к Видяну, игнорируя учительницу. Почему-то сейчас она казалась виновницей большинства их несчастий.

Словно понимая настроение мальчишки, МарьИванна не стала спорить и торопливо ушла к себе.

– Хорошо, присмотрю, - с заминкой сказал Видян, и Витек, запоздало усомнившись в выборе, подумал о том, насколько надежному человеку доверил брата.

Но впереди была еще ночь. На улице уже сгустились сумерки, и даже сквозь мутное немытое окно можно было разглядеть на небе яркие сверкающие звезды. В комнате ощутимо потемнело.

– А свет у тебя здесь есть? Ну свечка какая-нибудь?

– Свечка?
– Видяна вопрос озадачил.
– Так вот же светильник!

Он ткнул пальцем в стоявший на подоконнике сосуд, похожий на большой бокал без ножки. Бокал был плотно прикрыт темной деревянной дощечкой с маленькой дырочкой в центре. Ни проводков и ни свечи в сосуде не было.

– И как же он светит? Магией? А дырка зачем?
– Витьку стало по-настоящему любопытно.

Видян неожиданно громко фыркнул:

– Для воздуха дырка. А светит как ... сейчас увидишь, - он поднялся, вышел во двор и захрустел ветками в палисаде. Потом вернулся, и в комнате вдруг стало светлее.

В руках Видян держал толстого светящегося жука.

– Светлячок, - пояснил он и кивнул на окно.
– Полно их вокруг.

Оказавшись в бокале, жук упорно забился о стенки и крышку, с каждым разом светясь все ярче и ярче. В комнате сейчас, наверное, можно было бы даже читать.

Так вот он о чем говорил, сообразил Витька. А когда надо будет свет выключать, он жука просто отпустит. Здорово. И никакого электричества не надо.

Ходок перевел взгляд на окно - за необыкновенно крупные звезды он принял летучий рой светящихся жучков.

Хитрая иномирская придумка лишь ненадолго отвлекла от тяжелых мыслей. А в голову лезли дурацкие сомнения и вопросы. Хотя, возможно, не такие уж и дурацкие.

– Слышь, Видян, а что будет, если мне во время прыжка маны не хватит? Я просто вывалюсь из портала или провалюсь в никуда?

Вопрос поставил провидца в тупик. Наморщив лоб, он надолго задумался, потом пожал плечами:

– Не знаю. У меня все не так. Если силы не остается, видение просто обрывается и уходит. А портальщиков на Буяне мало. И все они великие маги. Не станут с тобой говорить.

– Понятно, - ни черта было не понятно, но рисковать явно не стоило.
– Так что, сначала во двор?

– Лучше за калитку, в рощу, - выглянув в дверной проем, сказал провидец.
– Там точно никто не увидит. И силы должно хватить.

– И вообще, - вмешался Гусь.
– Давайте выйдем во двор, посмотрим, чтоб никого не было, а потом ты уже будешь решать. А то что мы все время в комнате сидим!

Мысль роказалась здравой, и выйдя в опустевший двор, где даже зоркий Игорек никого не увидел, Ходок переместился в рощу за калитку, сразу ополовинив ману. А потом, не дожидаясь воостановления, рванул обратно, но уже пытаясь дотянуться до комнаты. Когда полоска маны опустела, он просто рухнул в сенях, перед самым порогом, с грохотом свалив табуретку.