Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме
Шрифт:
Не сделает больно?! Уже сделал… Делает… В его мире слишком больно… Слишком…
Очередной мой вскрик, когда моя тщетная попытка вывернуться заканчивается тем, что он подбрасывает меня и сажает на холодный мрамор краев бассейна.
Спина вмиг покрывается мурашками, а его горячая рука, стягивающая белье, обжигает между ног.
Хамдан не ждет, не дает опомниться, не оставляет и миллиметра между нами…
Я нервно пытаюсь сомкнуть ноги, но тщетно.
Он сильнее, опытнее, искушеннее…
— Лежи спокойно, Фиалка… Хочу посмотреть на тебя…
Его слова- горячей лавой по внутренней стороне бедра.
Я трясусь в беспомощном порыве себя прикрыть и отстраниться от него- наивная.
Он трогает, не дает сомкнуть ноги, беззастенчиво смотрит…
Язык обжигает мою плоть пламенем.
Его движения дикие, страстные, ошеломительные…
Никогда, никогда еще Хамдан не заходил так далеко в своих ласках.
Никогда не позволял себе такое.
Пытаюсь свести ноги, отстраниться от нарастающего пожара, но он лишь сильнее впивается пальцами в плоть.
Прикусывает клитор, заставляя меня выгнуться луком, пьет меня, погружает язык непозволительно глубоко…
— Ты родишь мне… — отрывается от меня, совершенно пьяный, невменяемый….- родишь сына с такими же глазами…
Я почти плачу от того, что его действия слишком сладкие, чтобы они не нравились. Зато реальность- котел с лавой, в которую он кинул меня и заставляет в ней плавиться…
— Я не буду рабыней, Хамдан! — кричу, зарываясь руками в его волосы- сама не понимаю, то ли я притягиваю его, то ли отталкиваю, — я не стану просто инкубатором… Ни за что…
— Наивная, ядовитая, язвительная, вредная… — шепчет он, как мантру, — неповторимая… Во скольких я тебя искал… Все подделка…
— Пусти, Хамдан! — это крик отчаяния… Последний мой рывок к тому, чтобы не потерять себя…
— Заставлял их душиться твоими духами… Не ты… Все не ты…
Потому что за ним- уже неподконтрольное.
И как бы я ни противилась ему, не получается…
Потому что дальше- взрыв.
Сокрушительный, атомный, раздирающий на тысячи осколков…
Опоясывающие волны удовольствия вопреки сжимаю мня кольцом.
Он жадно наблюдает за тем, как меня корёжит от наслаждения, ни одной моей эмоции не пропускает…
Я нахожу себя позже- в его объятиях, в теплоте источника. Убаюканная, обласканная, совершенно потерянная…
Его рука спрятана в моих волосах. Гладит.
— Скажи что-нибудь… — снова на русском, снова нестерпимо близко клинком к сердцу…
Он находит мои глаза.
Пытается там что-то считать…
Да я и сама не знаю, что там.
Только губы невольно дрожат…
Глава 16
Пустыня, пустыня, пустыня… Разная. Сначала ярко-желтая, почти обжигающая золотом на фоне голубого неба, потом серая, каменистая, местами уходящая за горизонт витиеватыми отрогами холмов, застывших причудливыми существами в безмолвии природы. Дорога вилась между высохшими холмами, и казалось, что сама земля выжгла все свои тайны, оставив лишь камень и пыль.
Мы выехали на внедорожнике на рассвете, когда день только занимался. Сейчас был полдень. Задумалась, что если бы не кондиционер, если бы мы скакали на конях, солнце уже ощутимо припекало бы, несмотря на скрывающую меня с головы до пят абайю с капюшоном и никабом, закрывающим лицо. Хамдан тоже был одет с головы до ног в черное.
Его мощное тело рядом ни на секунду не давало забыть, что было накануне.
После ошеломительного оргазма в купели он оставил меня.
Сознательно. Умелый манипулятор. Дал прочувствовать и отступил, чтобы осознание осело и устоялось. Он всегда так делал со мной. Всякий раз, когда раз за разом переступал черту дозволенного. Первый поцелуй, первые объятия, первое прикосновения, первые смелые, дерзкие слова, которые на репите крутились у меня в голове ночами напролет, заставляя фантазировать…
— Просто прими, что я твоя судьба, Фиалка… — прошептал он мне в губы, так и не дождавшись моего ответа, моей реакции.
Ушел.
Оставил одну.
Встречать эту ночь и осознание того, что в этом мире мне от него не уйти…
На рассвете меня разбудили его нежные прикосновения.
Я вздрогнула, поджалась, испугалась, но Хамдан лишь усмехнулся.
— Не бойся, Вита. Я пришел не для того, чтобы забрать у тебя, а чтобы дать… Хочу показать тебе одно место. Особенное… Готова?
Его вопрос был риторическим, наверное. Но я кивнула.
Потому что лучше уж перенаправить свое внимание на нечто другое, чем перспектива оставаться тет-а-тет в закрытом пространстве с этим искусителем.
Правда, наша близость во время похода тоже едва ли оставляла полет для фантазии.
Он был слишком рядом. Горячий, большой, с каменным прессом, который я вчера почувствовала. И каменным там был не только пресс…
Вчера у меня уже была возможность воочию убедиться, что большой
Хамдан во всех смыслах этого слова…
— Куда мы едем? — спросила я, нервно ерзая.
Казалось, что пустыня не кончится никогда.
Она не могла меня не пугать.
Даже в его присутствии.
Слишком обескураживающей была ее сила над простым человеком…
— Ты сразу все поймешь, Вита, — наклонился ко мне и поцеловал в висок через ткань.
О том, что мы приближаемся к какому-то особенному месту, я поняла, потому что на отдалении над песчаной равниной словно бы поднимались клубы пара. Странно…
Сердце сжалось. Потому что по мере того, как мы подъезжали, мне показалось, что оно живое…
Хамдан замедлил ход и открыл окна, пропуская внутрь обжигающую жару.
Я ошарашенно замерла а сидении. Словно бы земля вздыхает и дышит… Это нечто… под землей, под слоями песков… зовет нас, притягивает и…
— Боже! Что это?!
Огромная дыра. Ровная, зияющая чернотой. Со зловещими звуками, которые лились прямо из ее глубин.
Нечто совершенно неподдающееся мышлению и пониманию.