Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме
Шрифт:
Я дышу сквозь зубы, когда меня кладут на живот и чем-то целительным обрабатывают пылающую спину от солнечных ожогов…
Дальше следует настоящий комплексный чек ап.
Пока кто-то обрабатывает раны на ногах, другие забирают кровь, меряют давление, подгоняют аппарат узи. Потом быстро проводят осмотр того, что так рьяно хотел узнать Хамдан…
Я уже немного расслабляюсь, потому что вот эта ситуация для меня гораздо более понятная, чем дворцовые интриги, но рано!
Потому что в этот самый момент в комнату входят три женщины. Они с ног до головы облачены в черное. Только глаза в прорези. Светлые глаза…
На мгновение мне кажется, что эти женщины европейки, но… как только они синхронно поднимают вуали, я понимаю, что нет.
Они прочно стоят двумя ногами в мире Востока. И по тому, сколько золота на их запястьях, я уже понимаю, кто это…
Три жены Правителя Хамдана.
Они смотрят на меня исподлобья, враждебно, дико…
По телу пробегает озноб.
Позади появляется еще одна фигура. На этот раз мужская…
Мужчина с повязкой на голове. По типу, как повязывает свой тюрбан
Хамдан, но она песчано-коричневого цвета. И платье белое.
Да и вид у мужчины женоподобный…
— Встань, когда стоишь подле жен правителя, рабыня! — говорит он повелительно.
Я подрываюсь. А в следующее мгновение мою щеку ослепляет вспышка.
Одна из трех ударяет меня, совершенно не церемонясь.
— Дерзкая… — шипит она на плохом английском, — ты осмелилась бежать из дворца, когда Правитель тебя мне подарил?
Он подарил меня ей? Это так называется?
Внутри все сжимается…
— Это правда, что он сам рисковал собой, чтобы спасти твою никчемную душонку?
Я смотрю в пол. Кусаю щеку изнутри, чтобы не сорваться и ничего не сказать.
Я выдержу, выдержу. Это лучше, чем лежать под Хамданом в пыли, боли и бесчестии. Это лучше, чем быть растерзанной гиенами. Теперь, при свете ламп в больнице, после душа, я это уже понимаю…
— Не думаю, что она представляет опасность, Фатима, — произносит вторая. Она моложе. И взгляд более спокойный. Равнодушный что ли, — говорят, ее муж предатель и преступник. Его убьют завтра. За ним охотился Правитель…
Та, что Фатима, самая старшая, морщится презрительно.
— Лейс, ее проверили на вши и паразитов?
— Да, госпожа, Все чисто… — отвечает тот самый мужчина в чалме в дверях с хитрым взглядом.
— Хорошо. Тогда поставь ее служить в моих покоях. Завтра ночью ко мне придет повелитель. Пусть приготовит постель…
Я вскидываю взгляд- и его моментально ловит третья. Красивая…
Дерзкая такая, огненная… В ее глазах есть укол и язвительность… И еще мне сложно ее разгадать. Пока сложно…
— Она и правда невинна? — спрашивает она про меня, словно бы я пустое место.
— Да.
Она морщится и усмехается…
— Может есть смысл выдать ее замуж за одного из слуг? Зачем ей мозолить глаза во дворце?
Фатима переводит тяжелый взгляд на самую молодую.
— Спасибо за совет, Ширин, но я сама распоряжусь своей рабыней. Ты жди, пока правитель подарит тебе свою…
Та усмехается. Но видно, что уязвлена.
— Значит состояние ее здоровья удовлетворительно? Она может приступить к работе?
— Пусть переночует- и да, госпожа. С утра она в вашем распоряжении.
Женщина кивает, разворачивается и так же стремительно выходит прочь в сопровождении двух других теней.
По моей коже бежит холодок…
На передний план выходит тот самый мужчина.
На его лице заценивающая усмешка.
— Сядь, девочка. При мне можешь не стоять. Я не вельможа и не правитель. Уж тем более, не одна из его жен… Я всего лишь смотритель гарема. Евнух… Принесите девушке еду и через полчаса пусть ложится спать.
Подозрительная доброта. С чего бы?
Он считывает мой немой вопрос в глазах. Усмехается…
— Удивлена? Не стоит… Лейс слишком проницательный малый, иначе бы давно уже моя голова сушилась на пике при входе в пустыню. Захват яхты, поиски в пустыне, возвращение во дворец на руках самого правителя… — он берет меня за подбородок и смотри в глаза, — кто ты, красавица? Неужели та, о ком слагают легенды?
Я замираю, смотря на него.
Он усмехается и отходит, явно давая понять, что разговор окончен.
— Отдыхай, Виталина. Завтра у тебя начнется новая жизнь. Советую смириться с ней. А еще советую помнить, что в этих стенах, которые могут показаться тебе очень жестокими, я всегда могу прийти тебе на помощь…
Если ты будешь помогать мне…
Глава 7
Руки слегка подрагивали, когда с наступлением вечера следующего дня
я шла в покои к Фатиме, первой жене Хамдана…
Сегодня он к ней придет…
И мне придется им прислуживать…
Эти мысли так сильно, так яростно били по вискам, что даже отвлекали внимание от все еще зудящих ступней.
Волшебные крема в больнице шейха действительно имели животворящий эффект, но… раны на ступнях все-таки были ощутимые, ведь не только беспощадная пустыня была виной моих повреждений, но и жесткая рука начальника охраны, который не жалел палки, чтобы наказать меня за строптивость, унизить и подавить при встрече с шейхом…
Когда я зашла внутрь, Фатим даже головой не повела.
На этот раз она была без чадры. Ее густые иссини-черные распущенные волосы обрамляли острое, скуластое лицо. Недоброе, но и не некрасивое. В ней чувствовалась порода и прозорливость. Она не была девочкой. Скорее ровесницей Хамдана.
Глобально они были парой друг другу. Два хищника…
Мягкая музыка стелилась по комнате, в такт играющему пламени свечей.
Фатима что-то читала при свете лампы у кровати. Значит, грамотная.
Еще бы. Она наверняка высокого происхождения. Какая-нибудь шейха, принцесса…