Чингисхан. Верховный властитель Великой степи
Шрифт:
В то время «татары оставались самым могущественным племенем среди всех монголоязычных племен… Татары постоянно грабили и разоряли более слабые монгольские племена, пытались навязать им свое верховенство. После победы чжурчжэней над киданями и создания империи Цзинь чжурчжэньский император, которого монголы называли Алтан-хан, и татары в 1127 году заключили союз. После чего татары стали главной и надежной силой осуществления реакционной государственной политики Алтан-хана “достижения власти над чужеземцами руками самих чужеземцев”. Татары предали интересы всех монгольских племен, превратились в подлых, ненавистных предателей, сдавшихся на милость своих чжурчжэньских господ» [102] .
102
Сайшаал. «История Чингисхана» (на монг. яз.), кн. 1. У.—Б., 2004. С. 208–210.
В действиях татар была и экономическая подоплека: «…племя татар… судя по всему, взамен получило право контролировать всю торговлю Китая со Степью… Политические услуги, оказываемые татарами империи Цзинь, до определенного момента обеспечивали сохранение за ними приоритетов в торговле» [103] .
Судя по свидетельствам Рашид ад-дина, обострение внешнеполитической обстановки вокруг улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) было обусловлено не только военной и экономической политикой нового Алтан-хана и действиями их приспешников, татар, но и предыдущими, недальновидными действиями самого Хабул-хана и его окружения. Об этом красноречиво свидетельствуют не только приведенные Рашид ад-дином факты вызывающего поведения Хабул-хана на приеме у Алтан-хана, что впоследствии привело к убийству послов последнего, но и приводимые далее сведения все того же Рашид ад-дина о бессмысленном убийстве монголами татарского шамана, повлекшее за собой многолетнюю вражду и обоюдную месть [104] .
103
Акимбеков С. М. «История степей: феномен государства Чингисхана в истории Евразии». Алматы, ТОО «Институт Азиатских исследований», 2016. С. 196.
104
Рашид ад-дин. «Сборник летописей», Т. 1, кн. 2, С. 33; Т. 1, кн. 1. С. 103–104. М., НИЦ «Ладомир», 2002.
И все же главную опасность для улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) представляли регулярные вторжения на их территорию чжурчжэней. В частности, в конце 1138 года, а также в 1140 и 1147 годах значительные силы чжурчжэней вторгались на территорию улуса «Все Монголы». Но, будучи разбиты монголами, они были вынуждены уйти восвояси.
Поражение войск Алтан-хана в 1147 году стало сильным потрясением для чжурчжэней, и Алтан-хан был вынужден направить в Монголию начальника канцелярии крепости Бяньцзин Сяо Бошоно, приказав ему заключить с ханом улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) мирный договор. В соответствии с этим приказом Сяо Бошоно встретился с вождями улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) и договорился о том, что монголам передавались 27 приграничных пунктов, располагавшихся севернее реки Сандин, а также гарантировались ежегодные поставки в их улус в виде даров тележных волов, овец, зерна, гороха и других продуктов…
После смерти Хабул-хана (ок. 1147 г. – А. М.), при его преемниках – Амбагай-хане и Хутуле-хане чжурчжэни, поправ мирный договор, не раз вторгались на территорию улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы), что побуждало монголов отвечать тем же.
С плохо скрываемым упреком в адрес Хабул-хана автор «Сокровенного сказания монголов» пишет о том, что, имея семерых сыновей, Хабул-хан наказал возвести на престол после себя племянника, Амбагая, который возглавлял в то время племя тайчудов, входившее в улус «Хамаг Монгол» (Все Монголы). Это, очевидно, на какое-то время ослабило позиции боржигинов и, наоборот, укрепило позиции тайчудов в улусе. Доподлинно не известны мотивы решения Хабул-хана о передаче власти предводителю тайчудов. Существует мнение, что Хабул-хан, заботясь о сохранении единства улуса «Хамаг Монгол», считал, что именно племя тайчудов, обладавшее в то время значительными людскими и военными ресурсами, сможет стать главной опорой и силой улуса «Хамаг Монгол» в противодействии внешней опасности [105] . Так или иначе, благодаря автору «Сокровенного сказания монголов» для нас стало ясно, что вместо принципа единонаследия, действовавшего в «Монгольском улусе» [106] , в улусе «Хамаг Монгол», начиная с Хабул-хана, стал применяться принцип престолонаследования по завещанию [107] .
105
Далай Ч. «Улус Хамаг Монгол (Все Монголы) (1101–1206 г. г.)» (на монг. яз). У.—Б., 1996. С. 47–48.
106
Согласно этому принципу единонаследия ханский престол, как правило, передавался от отца старшему сыну.
107
Этот принцип престолонаследования по завещанию и порядок утверждения на Великом хуралтае кандидатуры хана впоследствии был унаследован Чингисханом.
Амбагай-хан действительно предпринял важные шаги по укреплению единства улуса, боеспособности его войска. Он даже попытался путем сватовства восстановить нормальные отношения с татарами. Однако те остались верными себе и своему сюзерену, чжурчжэньскому Алтан-хану: «И был схвачен там Амбагай-хан татарами и выдан Алтан-хану хятанскому (чжурчжэньскому. – А. М.).
И послал тогда Амбагай-хан гонца по имени Балахачи из племени Бэсудэй и заповедал: “Пойди ты к Хутуле, среднему сыну Хабул-хана, приди к Хадан тайши, среднему сыну из десяти сынов моих, и передай им: впредь пусть будет именем моим заказано улуса Хамаг Монгол всем владыкам самим сопровождать их дочерей. Татарами я схвачен здесь.
Так мстите ж за владыку своего,Пока все ногти с пальцев не сорветеИ десять пальцев вашихДо конца не обессилят!”» [108]На всемонгольском хуралтае был учтен предсмертный наказ Амбагай-хана, и ханом улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) стал Хутула, сын Хабул-хана; он правил в 40–50 годы XII века.
В результате этого главенствовать в улусе вновь стали боржигины, потомки Хабул-хана. Очевидно, это было связано с ростом авторитета и влияния этого рода и самого Хутулы, а также с раздорами, борьбой за власть среди сыновей Амбагай-хана.
108
«Сокровенное сказание монголов» // «Чингисиана. Свод свидетельств современников». М., «Эксмо», 2009. С. 57.
Автор «Сокровенного сказания монголов», рассказывая о тогдашнем противостоянии монголов и татар, с горечью констатирует, что, хотя монголы во главе с Хутулой и пошли «в пределы татарские, чтобы отомстить им, как было завещано Амбагай-ханом, и бились они с Хотон Барахом и с Жали буха татарскими все тринадцать раз, но так и не смогли отмщением отомстить, воздаянием воздать за хана Амбагая своего» [109] .
Очевидно, что в начале 60-х годов XII века монголы не только не смогли отомстить татарам, но и сами были сокрушены последними, которых «цзиньцы искусно использовали в своих целях, чтобы поскорее избавиться от бесконечных наездов начинавшего расти кочевого народа» [110] .
109
«Сокровенное сказание монголов» // «Чингисиана. Свод свидетельств современников», М.: «Эксмо», 2009, С. 59.
110
Владимирцов Б. Я. «Чингисхан» // Владимирцов Б. Я. «Работы по истории и этнографии монгольских народов». М., ИФ «Восточная литература» РАН, 2002. С. 147.
Позднее китайский посол империи Южных Сунов Чжао Хун [111] характеризовал действия цзиньцев против монголоязычных племен в это время следующим образом:
«Через каждые три года отправлялись войска на север для истребления и грабежа (монголов. – А. М.). Это называлось набором (цзянь див, что буквально значит “уменьшение рабов или слуг, рекрутов”) и истреблением людей» [112] .
Французский востоковед Рене Груссе считал, что «Политике пекинского двора (чжурчжэньского Алтан-хана. – А. М.) вкупе с татарским оружием удалось одержать верх над первым монгольским государством (улусом «Хамаг Монгол» (Все Монголы). – А. М.), и татары стали гегемоном в восточной части Гоби…» [113]
111
Чжао Хун в 1220–1221 гг. по приказу командующего пограничными войсками державы Южных Сунов был направлен послом в монгольские войска, находившиеся в китайской провинции Хэбэй. Составленная им по результатам этой поездки «Записка о монголо-татарах» («Мэн-да бэй-лу») является самым древним китайским источником по истории Великого Монгольского Улуса эпохи Чингисхана, в котором ее автор попытался отразить многие стороны жизни монголов: историю происхождения и их нынешнее состояние, нравы и обычаи монголов, планирование и организацию военных походов, их оружие и военное снаряжение, иерархию должностных лиц в армии и гражданской администрации в Северном Китае.
112
Чжао Хун. «Записка о монголо-татарах» // «Чингисиана. Свод свидетельств современников». М., «Эксмо», 2009. С. 621.
113
Груссе Рене. «Чингисхан. Покоритель вселенной». М., «Молодая гвардия», 2000. С. 23.
Нанесенные монголам поражения не могли не сказаться на внутриполитической ситуации в их улусе, единстве родов и племен его составлявших. Тем не менее и после смерти боржигина Хутула-хана (причина и год смерти неизвестны) единство племен, входивших в состав улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы), в первую очередь, боржигинов и тайчудов, на какое-то время сохранить все же удалось. И главная заслуга в этом принадлежит отцу Чингисхана, Есухэй-батору.
Глава вторая
Родители
«Есухэй-батор… был ханом-предводителем большинства монгольских племен; его родственники, дяди и двоюродные братья все повиновались ему и единодушно из своей среды возвели его на ханский престол. Мужество и храбрость составляли его свойства, он много воевал с другими монгольскими племенами, особенно с татарами, а также с войском хитайским (Алтан-хана. – А. М.), и, таким образом, его авторитет и слава стали известны повсеместно».
114
Цитируется по изданию: «Сборник летописей. История монголов. Сочинение Рашид ад-дина. История Чингиз-хана до восшествия его на престол». СПб, 1868.
«У нас в повозке каждой девушка сидит,
В возке любом невеста ожидает».
Есухэй родился [116] и рос в период пика могущества улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы); он воспитывался и мужал в среде родовой знати; в постоянном общении с Хутулой-ханом и другими могущественными вождями монгольских родов он многому у них научился.
115
«Сокровенное сказание монголов» // «Чингисиана. Свод свидетельств современников». М., «Эксмо», 2009. С. 58.
116
Монгольские исследователи называют различные даты рождения Есухэй-батора: Х. Пэрлээ – 1118, И. Цодол – 1138, Л. Дашням – 1134 г.