Чтение онлайн

— Ты сердишься? — спросила я по-испански.

— Ну, я бы предпочел, чтобы ты слушалась меня, — сказал он. — Когда я думаю о том, как ты приехала сюда, на другой континент… Как ты думаешь, что сказала бы твоя мать, Инез?

— Я и приехала из-за родителей.

Что-то переменилось в выражении его лица, уголки рта едва заметно дернулись. Слегка уязвленный, с обескураженным взглядом.

— Они тоже не хотели бы, чтобы ты была здесь.

Его слова вскрыли старую рану в моем животе. Окружающий нас шум казался таким далеким. Я пыталась найтись с ответом, но горло предательски сжалось.

Выражение его лица стало суровым.

— Все эти годы, раз за разом уезжая в Египет, они хоть раз звали тебя с собой?

Я могла только смотреть. Он знал ответ.

— Нет, не звали, — продолжил он. — В завещании они назначили меня твоим опекуном, и, руководствуясь этим, я намерен поступать так, как того хотели бы твои родители.

— Твое письмо не удовлетворило меня.

Его темные брови поднялись.

– ?Perdon?

— Я выразилась вполне доходчиво. Что с ними произошло? Почему они отправились в пустыню? Неужели у них не было охраны или кого-нибудь, кто мог бы им помочь? Проводника?

— Произошедшее — невообразимая трагедия, — произнес он сквозь зубы. — Но это уже не исправить. Пустыня пожирает людей живьем, и уже после дня без воды, тени или надежного транспорта вероятность выживания становится равна нулю.

Я поддалась вперед.

— Откуда тебе известно, что у них ничего не было из перечисленного?

— Все очень просто, Инез, — тихо сказал он. — Если бы у них хоть что-то из этого было, они были бы сейчас с нами.

К столу подошло два официанта, загруженные дымящимися блюдами. Они расставили перед нами еду, грамотно запомнив, кто что заказал, а после оставили нас наслаждаться ужином.

— Может, нам подождать мистера Хейса?

Дядя Рикардо покачал головой.

— Ешь свой ужин, пока он еще горячий.

Я попробовала пару кусочков, и, хотя вкус был просто божественным, я почти ничего не почувствовала. Поведение дяди зудело у меня под кожей. Во время моего путешествия на корабле, на котором я добралась из Аргентины в Африку, я мечтала о воссоединении, где дядя бы принял меня с распростертыми объятиями. В конце концов, мы были семьей. Мы бы вместе разобрались в произошедшем и тогда он взял бы меня под свое крыло, как когда-то моих родителей. Его отказ очень ранил меня. Он не хотел со мной разговаривать и не хотел, чтобы я была здесь. Я пригубила вино, лихорадочно размышляя. Как мне убедить его ответить на мои вопросы?

Я задумалась о золотом кольце, что прислал папа, и о том, как мистер Стерлинг разглядывал его, словно бриллиант. Меня осенила идея, яркая, как зажженная в темноте спичка.

— Мама упоминала, что у тебя есть судно.

Дядя кивнул.

— С недавних пор.

— А в честь какого фараона ты его назвал?

— Я решил назвать ее “Элефантина”, — сказал он. — В честь острова недалеко от Асуана.

— Как любопытно! — произнесла я, делая очередной глоток. Вкус вина был резким. — Я решила, что ты выберешь что-то вроде… Клеопатры.

Дядя Рикардо улыбнулся одними губами, а затем произнес:

— У меня фантазия работает лучше.

— Очаровательная героиня египетской истории, не находишь?

Он сделал паузу, поднося вилку ко рту.

— Что ты о ней знаешь?

Я тщательно взвесила свои следующие слова. Моя идея казалась ненадежной: один неправильный шаг, и он продолжит ни во что меня не ставить. Но если мне удастся удивить его, показать, что я знакома с делом всей его жизни, и каким-то образом намекнуть, что родители доверяли мне больше, чем он мог представить, возможно, он позволит мне остаться.

Я закинула удочку.

— Она любила двух могущественных мужчин и родила от них детей. Она была блестящим стратегом, знала, как собрать флот, и говорила на древнеегипетском языке, когда как никто из ее предков не удосужился его выучить, — я наклонилась вперед и прошептала. — Но это еще не все, не так ли, дядя Рикардо?

— К чему ты ведешь, querida? 37

Я еще сильнее наклонилась вперед, склонив голову. Он ответил на мою позу, забавно закатив глаза. Не спеша я прикрыла рот ладонью и прошептала ему на ухо:

— Ты ищешь гробницу Клеопатры.

УИТ

Я последовал за ними в вестибюль, стараясь держаться достаточно далеко, чтобы не быть замеченным, но достаточно близко, чтобы не потерять их из виду. Не думаю, что кто-то из них предусмотрел слежку. Они вышли в ночь и остановились на летней террасе Шеппарда, выходящей на оживленную каирскую улицу. Четырехколесные фургоны сновали с туристами по темноте, а ослы, с выкрашенными хной гривами, загромождали дорогу. Я прятался в тени горшка с пальмой на расстоянии слышимости от своих целей. Ни один из них не разочаровал меня.

Сэр Ивлин щелкнул пальцами и один из сотрудников гостиницы бросился к нему. Он приказал подать экипаж, и служащий поспешил исполнить его просьбу.

— Он становится все более невыносимым, — пробормотал сэр Ивлин. — Не понимаю, как вы можете терпеть его высокомерие.

— Сеньор Маркес обычно весьма обаятелен, и нельзя отрицать его опыт или его бизнес-партнера…

— Этот невежественный египтянин.

Месье Масперо издал протестующий звук.

— Я полагаю, он получил хорошее образование за границей…

— Нет, — ровным тоном начал сэр Ивлин. — Не там, где это имеет значение.

— Вы имеете в виду Англию, — слегка неодобрительно перенес месье Масперо. Англичанин не обратил внимания.

— Вам следует прислушаться к моему совету и запретить им работать в Египте. Они непредсказуемы и не поддаются контролю. Если произойдет очередное восстание, как Ораби, поверьте, Рикардо и Абдулла поддержат его. Они и этот двуличный мистер Хейс.

Я сжал кулаки и заставил себя медленно дышать, хотя кровь уже начала закипать в венах. Восстание возглавляли египетские националисты, но они проиграли Британии двумя годами ранее. И теперь страна под властью Англии.

— Я не могу сделать этого без оснований, — произнес месье Масперо.

— У вас их много! — сплюнул сэр Ивлин. — Его отказ следовать нашим принципам, его нежелание докладывать о своих находках, его туманные и неудовлетворительные объяснения планов Абдуллы по экспедициям. Он отказывается играть по нашим правилам.

— Не уверен, что его методы настолько уж неприемлемы.

Сэр Ивлин повернулся к своему собеседнику с выражением недоверия на лице. Казалось, он с трудом сдерживался, чтобы не закричать. Его рот то открывался, то закрывался.