Чтение онлайн

— Хессиан, перевези её в отделение. Если хоть раз закричит — можешь отрезать язык. Всё равно он ей больше не нужен, — приказал Аритон.

— Ха-ха, её шаловливый язык ещё может сослужить нам неплохую службу, но намёк понял, — Хессиан подошёл сзади и повёз инвалидную коляску с Рианетт на выход из комнаты, который находился в другой стороне от вентиляции Венди. Аритон остался один. Венди стало интересно, что же будет дальше. Но мафиозник не двигался несколько секунд, и даже когда Хессиан исчез, продолжил стоять.

— Всё ещё без понятия, как зоркие люди становятся слепыми, а слепые вдруг обретают дар видеть. Наверное, какой-то круговорот безумия в природе, — начал Аритон. — Но мою организацию вам, псины сутулые, никогда не заменить! Аркана будет моей! Зря пришёл, ты облегчил мне работу на 25 %.

После этих слов Вирто достал из кармана пистолет, поднял руку и выстрелил. Венди от испуга отшатнулась, и грохот напугал самого Аритона. В ту же секунду на пол упало тело Алхимика, находившегося в другой вентиляции. Именно он ехал во втором автоволяре и именно с ним сейчас говорил Аритон.

Появление нового действующего лица напугало Аритона.

— Венди? Или Джеральд? Я ещё не знаю вас всех толком, так что извини. Какое недоразумение. Я думал, только Алхимик меня преследовал. Ты летел во второй машине? Вот досада, — немного помолчал. — Не думаю, что ты выползешь назад. Вылезай и сдавайся — может, в таком случае я проявлю милосердие. Не вынуждай меня стрелять, иначе убьёт на месте.

На самом деле Венди могла запрыгнуть наверх и вернуться обратным путём. Но совесть не позволяла ей бросить раненого Алхимика, как никогда нуждавшегося в помощи. Она достала револьвер, яростно выбила решётку головой и с огромным трудом выползла наружу, чуть не застряв в квадратном отверстии.

— Венди Салабланка! — воскликнул Аритон, вежливо ожидавший, пока она полностью вылезет. Он даже подошёл поближе. — Было понятно, что это должна быть ты. Вылезай, куколка.

Венди встала. Она возвышалась над Аритоном, что было неудивительно — он был ниже на четыре сантиметра. Аритон мрачно улыбался, Венди едва сдерживала свои эмоции. У их ног лежал раненый Алхимик, потерявший сознание. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы возненавидеть омерзительного Аритона.

— Кто ты такой, Вирто? — спросила Венди.

— Садись на колени, — приказал Аритон.

— Что-что ты сказал? Это ты мне будешь приказывать, урод?

— Садись на колени.

Аритон наслаждался издевательствами над Венди. Она не стала этого терпеть и просто схватилась за револьвер. Аритон принял это за призыв к активным действиям. Он дождался попытки Венди поднять руки и ударил по ним своей, выбив револьвер. На"eмница быстро поймала оружие и несколько раз хаотично выстрелила в направлении Аритона. Тот, ожидавший подобную атаку, успел присесть.

При вставании Аритон врезался лбом в грудь Венди и ошарашил соперницу. Он сохранил своё преимущество в дальнейшем, схватив Венди за волосы и впечатав её лицо в своё колено. Девушка опять отступила назад, закачавшись подобно маятнику, но не слева направо, а спереди назад. Она в последний раз попыталась выстрелить, на этот раз прицелилась удачно — прямо в голову Аритону. Последний, однако, успел сообразить и подставил под дуло револьвера свой пистолет. Вылетевшая пуля влетела в пистолет под таким углом, что срикошетила в стену, чуть не попав по самой Венди. Затем Аритон нанёс по её лицу удар пистолетом, отбросивший Венди на полметра. Револьвер вылетел и исчез за телом Алхимика.

Венди атаковала сразу же после падения, удивив этим самого Аритона. Она резко махнула ногой, ударив по голеням противника. Аритон покачнулся, и приподнявшаяся Венди поймала его за колени. Тогда мафиозник выстрелил в ногу Салабланки. Она рухнула на пол и больше не встала. Нисколько не успокоившийся Аритон замахнулся ногой и врезал ей по лицу. Потом повторил. И сделал так несколько раз, пока её лик не превратился в кровавое месиво.

Вошёл Хессиан, который только рассмеялся, заметя побеждённых Алхимика и Венди.

— Хо-хо, замечательно, — похвалил босса он. — Вы заткнули самых опасных из пилотов! Как я понимаю, планы в очередной раз меняются? Теперь вам следует посетить пирамиду, а мне — угомонить оставшихся.

— Разумеется, Хессиан. Прикончи Джеральда. Остина не надо, пусть живёт себе, приятный старик был. Обещаю тебе — когда заполучу Аркану, мы с тобой в первую очередь обрет"eм всемогущество. Я уже чувствую, что Аркана близко. Буквально вон там. Какое великое, однако, безумие нас ожидает… Что касается этих двоих, выкинь их тела в биореактор. Биомусор, а не зв"eзды.

Аритон довольной походкой покинул посещение, а Хессиан потащил тела за ноги в соседнюю комнату. Здесь он открыл замаскированный под пол люк и попал в отделение — главную базу Бейналлис. В центральном зале вовсю горел биореактор, освещая при выключенном свете диван, шкаф, старинные часы и огромную статую. Оставалось только закинуть тела внутрь. Из террористов в зале находился только Эскель, полировавший статую. Он сразу же закричал, увидя, кого тащит Хессиан.

— С дороги, Эскель! — сразу предупредил Хессиан, открыв заслонку биореактора.

— Что ты делаешь, Хессиан!? Что ты делаешь, мать твою!? Ты с ума сошёл или что!? — не мог сдержать себя Эскель.

— Что произошло, то произошло. Они мертвы, нужно их захоронить, но с пользой для нас, ха-ха. Прагматизм — теория полезная!

Эскель не был обычным террористом. Он не верил в Кипериона и не признавал жестоких методов террора. То, что он оказался в Бейналлис, лишь случайность. И то, что его уважал даже Хессиан, говорит о многом.

— Ты хороший человек, Эскель, и тебе не следовало здесь появляться. Ты заслуживаешь большего, чем торчать в этой дыре для слабовольных кретинов. Прости, что загнал тебя сюда, оно само так вышло. Надеюсь, ты сможешь выбраться отсюда рано или поздно, — тон Хессиана стал неожиданно более серьёзным.

— Я не думаю, что сохраню трезвый ум с преступлениями подобного рода. Это не политики и не провинившиеся люди, а простые пилоты, которых мы же и защищали. Это мерзко даже для террористов, какими мы, по-настоящему, и являемся. Тебе перед матерью стыдно не будет?

— Мой отец Сатана, родила меня боль и ненависть. Мне не стыдно, ни капли. Я привык убивать и калечить. Такие все мы, для того мы здесь собрались, — признался Хессиан, который ещё не знал, что делать с телами пилотов. Слова Эскеля отрезвляли его, заставляли по-новому смотреть на свои поступки.