Чтение онлайн

– Понятно! – Антон достал пару объяснений из стола и ручку.

– Простите, а можно я домой позвоню, чтобы одежду мне привезли, а то я замёрз. Спасибо вашему сержанту в дежурной части, он мне бушлат дал согреться.

– Звоните! Вон, туда садитесь, – Шелестов указал на пустой стул Маркова.

– Спасибо! – Жиров перебрался за стол и поднял трубку городского телефона.

Трясущимся пальцем набрал номер.

– Алло, Маша? Это я, Валера!… Да, не плачь, я в милиции… Ой, я в милиции, потому что меня ограбили!… Да, нет, не в милиции, а на улице! Кто? Если бы я знал… Ладно, хватит болтать! Бери такси и привези мне вещи!… Всё! И ботинки… Всё, отбой. Спасибо! – он положил трубку на аппарат и вернулся на своё место.

– Валерий Павлович! Расскажите, что случилось, – Антон приготовился записывать.

– А надо? – он посмотрел прямо в глаза сыщику. – Сам виноват!

Шелестов бросил записывать объяснение и откинулся на спинку стула. И уже с интересом посмотрел на пострадавшего.

– И заявление писать не будете? – видимо, протрезвевший потерпевший решил, что сумма ущерба не настолько велика, чтобы тратить драгоценное время, тем более злодеев вряд ли найдут.

– Нет, не буду. У меня три дочери. Это очень сложно вырастить троих дочерей, абсолютно разных по характеру и по отношению к действительности, в которой они живут. А со средней, вообще были проблемы, пришлось лечить от алкоголизма… Вы, это, Антон Генрихович, скажите жене, что меня просто ограбили. Дали по башке, и отобрали вещи, когда выходил из ресторана.

– Ну, если вы настаиваете! Хорошо, пусть это будет нашим маленьким секретом. Но, ради моего профессионального любопытства, расскажите, как всё произошло.

– Договорились. Значит, так! Позавчера, мы, в количестве десяти человек приехали в ресторан, что на втором этаже гостиницы «Южная». Ресторан я заказал ещё неделю назад. Причина фуршета – выход в прокат нового многосерийного художественного фильма, который мы снимали пять лет. Я был директором. Получили часть премии, вот и собрались посидеть, чисто в мужской компании. Перед самым окончанием застолья, где-то, около одиннадцати вечера, я вышел на улицу освежиться, с моим главбухом, Семёном Левиным. Прошли немного дальше от входа в гостиницу, где сквер, где лавочки. Стоим, курим, разговоры разговариваем. Была у нас по работе одна не решённая проблема, знаете ли. Да! Хотелось обсудить «тет-а-тет», в расслабленной обстановке, без свидетелей. А тут подъезжает такси и из него выходят две девушки, очень даже ничего, лет так по 23—25, светловолосые, в легких куртках. Одна, особенно, сразу мне понравилась, лицо такое, миловидное, а глазищи, во! Грудь торчит так, словно две ядерные боеголовки. Такси уехало, они постояли у гостиницы немного, потом пошли по направлению к нам и присели на соседней лавочке. Закурили. Мы с Левиным переглянулись. Потом мы подошли к ним, поздоровались. Они назвались Таней и Ритой. Рита, та, которая мне понравилась. Я перекинулся с ней парой слов, так, просто из любезности. Ну, причёску похвалил, там, потом ещё что-то. Бижутерия у нее была какая-то блестящая. Какая, не помню уже. Глаза голубые и какие-то холодные. И родинка, небольшая, у неё на нижней губе, слева. Дальше, Семён рассказал им какой-то анекдот, все засмеялись. Потом Рита сказала, что хочет шампанского. В ресторан, где были наши друзья, мы понятное дело не пошли, а прошли немного дальше, вдоль гостиницы, и зашли в кафе «Мозаика». Оно уже закрывалось, но я там дал денег и ещё прикупил пару «Советского» шампанского. Честно говоря, мы с Левиным и так были хорошо поддатые, а после шампанского нас вообще развезло. Короче, Левин еле ушёл в ресторан, а я поехал с ними на квартиру. Седина в бороду, бес в ребро. Ехали недалеко, до метро «Академическая», где пятиэтажки. Я расплатился, мы вышли. Потом какая-то квартира, трёхкомнатная, то ли на втором, то ли на третьем этаже. Потом ещё выпили. Мне захотелось большего. Они объявили цену, я согласился. Мы разделись, ещё выпили и всё! Аут. Очнулся уже здесь, в вашей дежурной части.

– Что сказать, Валерий Павлович! Случай классический, – внимательно слушавший его Антон вздохнул.

В дверь кабинета осторожно постучали.

– Да, входите!

В кабинет вошла высокая, миловидная женщина с большой спортивной сумкой в руках.

Шелестов сразу перевернул объяснение Жирова, где он записал приметы «клофелинщиц», пустым бланком вверх. Автоматически сработала многолетняя привычка.

По застывшим слезам в уголках глаз и судорожно сжатому в руке мокрому носовому платку, было ясно, что в эту ночь его жена не спала.

– Здравствуйте, я – Екатерина Жирова. Вот вещи привезла Валерию.

– Валерий Павлович, вы переодевайтесь, а я выйду пока! – Антон сунул объяснение в сейф, закрыл его и вышел из кабинета, тем самым дав супругам возможность и объясниться тоже. Прикрыв дверь, он отправился в дежурку.

В дежурке было тихо.

Из первой камеры внезапно раздался стук в дверь и хриплый голос произнёс:

– Хочу в туалет. Эй, есть там кто?

– Во, разбойник проснулся! – засмеялся дежурный, Александр Воробьёв.

Дверь со скрипом отворилась, и в камеру заглянул сержант Федорец.

– А, очухался, красавец? Давай, выходи.

Из камеры вышел мужик, лет сорока, со всклоченной бородой, в спортивных штанах, рубашке на выпуск и кедах.

– Туалет – там, дальше по коридору. Потом сюда сядешь, – спокойно сказал помдеж, указывая на деревянную лавку в дежурке.

Мужик кивнул головой и, шатаясь, распространяя вокруг себя облако едкого перегара, поплёлся в указанном направлении.

– За что его? – спросил Антон, провожая его взглядом.

– За вымогательство, – улыбнулся помдеж.

– Чего? Вот это, за вымогательство?

Федорец достал из папки рапорта постовых, нашел один и прочитал:

– Так, докладываю. Так-с, 10 июня 1986 года, в 18 часов, в помещение сберкассы №9038/01087 по улице Новаторов, дом №40, ворвался неизвестный гражданин с бородой, в нетрезвом виде, размахивая детским, пластмассовым водяным пистолетом зелёного цвета, под угрозой расправы потребовал выплатить ему пенсию раньше срока. В противном случае обещал перестрелять всех сотрудников. Осуществить задуманное не смог по причине падения на пол, и моментального засыпания. Нарядом милиции в составе Черкашина, Козлова и Семенихина был доставлен в 96-е отделение милиции г. Москвы.

– Дурдом какой-то! Самогонки обожрался наверно, – предположил Шелестов, – и что теперь?

– Ну, если его никто не ищет, отпрвим на пятнадцать суток.

– Охренеть! – Антон пошёл назад к себе.

– А кто его пить заставлял всякую дрянь? – крикнул вдогонку помдеж, искренне хохоча.

Жиров уже переоделся и сейчас перед Шелестовым, на диване, сидел уверенный в себе, хорошо одетый мужчина, откровенно мучающийся от жесткого похмелья. Жена сидела рядом, теребя платок и опустив глаза. Было абсолютно ясно, что она ждёт от милиции разъяснений, что произошло с её мужем.

– Екатерина, эээ…! – начал было Антон.

– Сергеевна! – продолжили Жирова за него.

– Да! Екатерина Сергеевна! С вашим ем произошла неприятная история. По нашим данным, он был избит и ограблен неизвестными. Забрали всё. – Шелестов открыл сейф, достал объяснение и зачитал: часы белого металла, японские, «Seiko», черное портмоне английской фирмы «Cardinal», деньги в сумме 600 рублей, пиджак и брюки мужские серого цвета, производства ГДР, рубашка серая, производства Пакистана.

– Всё правильно? – Шелестов посмотрел на Жировых.

Они дружно закивали головами.

– Тогда всё! О расследовании мы сообщим.

Жировы дружно встали и пошли в выходу. Валерий Павлович немного задержался, пожимая руку Антону.

– Спасибо! Буду вам обязан! До свидания!

Они ушли, аккуратно прикрыв за собой дверь. Эти два не молодых уже человека, вырастивших троих дочерей, достойны уважения. Шелестов вздохнул. Не мог же он сдать Жирова, правда? С мужиками такое бывает. Сожалеть о сделанном нельзя, надо делать выводы! Думается, что Жиров это сделал.

Пожелав этой паре всего хорошего в душе, Антон достал с самой верхней полки сейфа свою картотеку под названием «Душка». Название принадлежало Андрею Шишкину. Как-то раз, в самом начале работы Шелестова в 1985 году, от гостиницы «Южная», во время рейда, были доставлены шесть очень пьяных жриц любви. Шишкин был в группе. Была пятница, на выходные он собирался на дачу с друзьями, поэтому в сумке у него лежал очень крутой японский фотоаппарат. Ради хохмы он заснял девчонок в таком состоянии. Когда фотографировал их в обезьяннике, одна из красавиц назвалась «Душка». Шелестов потом съездил в РУВД, где в НТО выпросил пачку карточек учёта. Они были хорошего качества из белого картона. Запросив фото из паспортных столов отделений милиции, на территории которых были прописаны девушки, Антон аккуратно их вклеил, указав паспортные данные, прописку, приметы и обстоятельства доставления в 96 отделение. В строке: род занятий, указал – «Душка». Потом он ещё полазил по картотекам ОУР и оперов своего отделения, где каким-то образом по уголовным делам проходили проститутки. Итог: образовалась очень качественная картотека из 145 красавиц, в возрасте от 16 до 35 лет, в своё время задержанных в злачных местах на территории отделения, включая гостиницу, рестораны, кафе, притоны и жилой дом дипкорпуса.