Чтение онлайн

(В реальной истории так, собственно, и произошло. ЮАР вернулась в ООН только в 1994-м, после смены белого режима на чёрный.)

– Чисто юридически это будет уже не апартхейд, а использование труда иностранных рабочих и защита внутреннего рынка рабочей силы от экспансии мигрантов из сопредельных государств, – пояснил «Смит». – В этом случае иностранные рабочие уже не могут претендовать на равные права с гражданами страны.

– То есть, если мы после получения хоумлендами независимости оформляем туземцев как иностранных рабочих, предоставляем им жильё и основные услуги – скажем, отдельные магазины, прачечные, места для досуга, медицинское обслуживание, транспорт… – сообразил Фервурд.

– … то это уже совсем не тот апартхейд, от которого воротят нос либеральные английские дамочки, это вполне нормальный режим обеспечения государственной безопасности при использовании иностранных трудовых ресурсов. Но в этом случае негры должны иметь возможность работать и внутри своих национальных государств, у хоумлендов должна быть своя экономика, внутренние системы образования и здравоохранения, иначе это будет не государство, а резервация, – пояснил «Смит».

– Это понятно, – согласился премьер. – И в этом случае между нашими странами уже возможен, как минимум, взаимовыгодный обмен технологиями, не так ли?

– Думаю, да, хотя, конечно, многое будет зависеть от политической воли конкретных лидеров с вашей и нашей стороны, – «Смит» ответил уклончиво, снова намекая на дремучий антикоммунизм африканеров. – Но если в хоумлендах будет обеспечен уровень экономического развития хотя бы как в большинстве стран Африканского континента, то есть, это не будет гетто для чёрных, обмотанное колючей проволокой, с пулемётными вышками по углам, то тут уже можно обсуждать на дипломатическом уровне вопрос признания того же Транскея или Бопутатсваны, как независимых государств. Более того, тут уже Советский Союз мог бы выступить в поддержку подлинной независимости хоумлендов, и, тем самым, поддержать ЮАС. В конце концов, почему негры в Сенегале, Конго и других бывших европейских колониях имеют право на создание своих независимых стран, а негры Транскея, Бопутатсваны, Квазулу – права на независимые национальные государства не имеют? Чем первые лучше вторых? Или в глазах Запада чёрное население ЮАС – второсортные?

Премьер-министр был реалистом, он понимал, что ждать признания бантустанов полноправными государствами со стороны ООН бесполезно – там верховодили США и Великобритания, и они не позволят мировому сообществу пойти навстречу взбунтовавшейся против хозяев бывшей колонии, да ещё с таким неоднозначным правящим режимом. В этой ситуации он понимал, что советский агент, по сути, вешает перед ним морковку в виде возможного прорыва политической изоляции страны и взаимовыгодного обмена технологиями, в обмен всего лишь на исполнение того политического замысла, который он и так собирался осуществить, хотя и в менее радикальном виде.

Но морковка выглядела очень аппетитно.

– Я дам вам ещё одну пару подсказок, – сказал «Смит». – Вы опасаетесь, что чёрные вас сомнут, потому что вы находитесь в меньшинстве в собственной стране. Так станьте в ней большинством. Я видел, что у африканеров в обычае большие семьи.

– Да, у меня, например, семеро детей, уже взрослые, – подтвердил Фервурд. – И я не один такой.

– Да, и у того же ван Асперена четверо прекрасных детишек, – вспомнил «Смит». – Но вы – обеспеченный человек, известный политик. Ван Асперен тоже не самый бедный из фермеров. Могут ли африканеры-рабочие позволить себе такие же большие семьи? Я считаю, более разумно было бы принять государственную программу поощрения рождаемости для белых, обеспечивать большие семьи жильём, субсидируемым за государственный счёт.

– Вы предлагаете нам ввести социализм? – удивился премьер-министр.

– До социализма вам как до Луны пешком, – махнул рукой «Смит». – Пока у вас частная собственность на средства производства – это не социализм. Не путайте его с социальной поддержкой населения. И вообще – почитали бы уже труды классиков марксизма-ленинизма, чтобы хотя бы понимать, в чем отличия...

Фервурд улыбнулся, видимо, представив себя читающим Ленина:

– Ваша идея не лишена смысла. Но разве мы сможем угнаться за туземцами? Они же плодятся, как кролики!

– А вот в этом вы сами виноваты, – усмехнулся «Смит».

– Мы? – изумился премьер.

– Вы, вы. Кто закрыл неграм доступ к образованию? Специалисты всего мира отмечают, что рождаемость падает там, где женщины получают доступ к образованию, особенно к высшему, и возможность реализации своих амбиций в профессиональной сфере. Поэтому, если хотите постепенно выровнять национальный состав страны, имеет смысл открыть чёрным, прежде всего женщинам, доступ к образованию, скажем, массово готовить из них медсестёр, врачей, учителей, секретарей, и в то же время стимулировать рождаемость в среде рабочего класса, я имею в виду рабочих-африканеров, прежде всего.

Есть и ещё один способ быстро нарастить численность белого населения. Иммиграция из получающих сейчас независимость европейских колоний. Белое население сейчас вынуждено бежать оттуда в метрополию, где их никто с распростёртыми объятиями не ждёт. Чаще всего эти люди потеряли всё своё имущество, будучи вынуждены бросить его или продать за бесценок, и, в итоге, по возвращении в метрополию они оказываются на дне жизни. Если вы их примете, дадите им работу и небольшую сумму на первое время, для обустройства, в кредит под небольшой процент, они будут вам благодарны.

– С иммиграцией мы уже пытались, – проворчал Фервурд. – Но европейцы воротили нос от апартхейда и к нам не поехали.

– Так то – европейцы из Европы! – пояснил Смит. – Европейцы из бывших колоний, уж поверьте, относятся к неграм куда менее толерантно. Кстати, в странах Восточной Европы, и даже в СССР тоже есть люди, недовольные коммунизмом. Мы могли бы негласно договориться и выслать их в ЮАС.

– Что-о-о?! – Фервурд снова изумился невероятной логике и изобретательности своего собеседника. – Вы предлагаете выслать к нам своих граждан? Из Советского Союза?

– А почему нет? – пожал плечами «Смит». – В этом случае выиграют и СССР с восточноевропейскими соцстранами, избавившись, таким образом, от враждебно настроенных элементов, и ЮАС, который сможет резко нарастить число белого населения, причём с вашей точки зрения эти люди будут политически вполне благонадёжны – ведь они ненавидят коммунизм.

– Вы – невероятный человек! – усмехнулся премьер-министр. – Никогда не думал, что беседа с коммунистом может оказаться настолько плодотворной.

– Вам бы с Никитой Сергеичем поговорить, – улыбнулся «Смит». – Вот уж кто фонтанирует неожиданными идеями... Иногда такое выдаст, что вся страна в шоке, а как начинаем реализовывать, так оно и выходит, что лучшего решения и не придумать.

– Гм... Ваши предложения настолько неожиданны, что дать ответ сразу я не могу, – признал Фервурд. – Но обещаю хорошенько над ними поразмыслить.

– Как вам угодно, господин премьер, – согласился «Смит».

Впереди показались здания Йоханнесбурга. Поездка подходила к концу. У «Смита» был на руках билет на самолёт в Лондон.