Чтение онлайн

Однако, в случаях, когда противником выступал более тихоходный самолёт, шансов уйти от перехватчиков у него было немного. Один из таких случаев произошёл 27 июня 1958 года, менее чем за месяц до революции в Ираке и событий, приведших 23 августа 1958 г к падению шахского режима в Иране (АИ частично)

Американский военно-транспортный самолет С-118 (DC-6), один из двух, которыми пользовался директор ЦРУ Аллен Даллес, в этот день совершал перелет из Висбадена, ФРГ, в Пакистан, на аэродром Пешавар, откуда совершались полеты U-2. Самолёт нёс опознавательные знаки ВВС США. На его борту находилось девять офицеров и солдат, трое из которых были сотрудниками ЦРУ. При них были секретные документы, связанные с программой разведывательных полетов над СССР. Перед вылетом самолета из Западной Германии в Висбадене с него сошел заместитель Даллеса генерал С. Кейбелл. На участке маршрута полета из Аданы, Турция в Тегеран самолет С-118 нарушил границу СССР над территорией Армении.

Перед Серовым встала диллемма: ликвидировать ли офицеров ЦРУ ещё в воздухе, чтобы они не успели уничтожить документы, или дать им такую возможность? Он понимал, что в случае захвата документов американцы полностью изменят свои планы, а если документы будут уничтожены ещё в воздухе, останется больше шансов, что полёты U-2 будут и дальше происходить более-менее в тех же районах и в сроки, близкие к упомянутым в присланных статьях, если даже 100%-ного совпадения и не будет. Поразмыслив, Иван Александрович решил ничего Бирюзову не говорить.

Самолёт был обнаружен над Арменией вечером 27 июня. Около 22 часов два истребителя Як-25 перехватили нарушителя. Американский самолёт, хорошо видимый в лунном свете, попытался оторваться и уйти, но реактивные перехватчики имели превосходство в скорости. Лётчики запросили у КП инструкции. В 50-е годы, приказы министра обороны о действиях по нарушителям часто менялись. В некоторых из них указывалось, что в случае невыполнения требований истребителей цель следует сбивать, в другим — предписывалось только принуждать к посадке, а о дальнейших действиях не говорилось. В тот период как раз предусматривалось лишь принуждение к посадке.

Командующий округом генерал-полковник Иванов, находившийся на КП, запросил Центральный командный пункт Войск ПВО страны в Москве: как быть, цель уходит в сторону Турции? Вскоре был получен ответ: действуйте в соответствии с обстановкой. Иванов принял решение сбить нарушителя.

Истребители открыли огонь, самолёт загорелся. Пять членов экипажа выбросились с парашютами. В это время пилот самолёта майор Лалл сумел энергичным маневром сбить пламя и по команде истребителей посадить повреждённую машину на военный полевой аэродром Гиндарх на территории Армении. В самолёте были задержаны 4 человека. Парашютистов задержали и передали в милицию местные жители.

После первичного допроса в районных отделах КГБ американцев передали в руки прилетевшей из Баку межведомственной комиссии, куда входили представители КГБ, министерства обороны, погранвойск. Затем из Москвы прилетела специальная группа следователей КГБ.

Американцев доставили сначала в Кировабад, а оттуда в Баку, разместили в здании КГБ. Но тут уже Серов действовал иначе. По его указанию американцев с самого начала разделили, выявили сотрудников ЦРУ – в частности, это был старший на борту полковник Дейл Бреннер, и майор Бенни Шуп – и подвергли их вежливому, но длительному допросу.

Однако офицеры ЦРУ оказались на высоте. Никто из них не сознался в принадлежности к разведке и причастности к организации полётов U-2. Американцы, даже будучи разделёнными, придерживались одной и той же версии – что их самолет выполнял обычный рейс по обслуживанию американского посольства в Иране и следовал в Тегеран, но, обходя над Турцией грозовой фронт, принял озеро Севан в Армении за находившееся в Турции озеро Ван.

В самолёте были обнаружены следы уничтожения каких-то бумаг, но никаких доказательств принадлежности задержанных к ЦРУ обнаружить не удалось.

СССР и США обменялись официальными нотами. Нота СССР была опубликована 28 июня 1958 года, в ней правительство Советского Союза требовало от США принятия серьезных мер по недопущении впредь подобных ситуаций нарушения воздушных границ. В ответной ноте американского правительства было заявлено: «Погода была облачная, горы. Самолет заблудился. Нарушение непреднамеренное. Просьба вернуть экипаж и самолет, если можно, или оставшиеся его части». Заявления о том, что С-118 игнорировал приказы посадить самолет, американская сторона оставила без ответа.

Продержав пленных в течение 9 дней и не добившись ничего, кроме повторявшейся на разные лады легенды о грозовом фронте, после выяснения обстоятельств нарушения воздушной границы СССР 7 июля 1958 года экипаж самолета С-118 был передан на советско-иранской границе в г. Астара представителям США.

(источник

Через 2 месяца, 2 сентября 1958 г, в том же районе произошел новый инцидент. Вновь американский самолет-разведчик ВВС США С-130А, бортовой номер 60528 в 15 часов 6 минут на высоте до 10 000 метров, следуя со скоростью 650–720 км/ч со стороны Турции, нарушил государственную границу СССР в 20 километрах южнее Ленинакана, и следуя курсом 120 градусов, углубился на территорию СССР на расстояние до 45 километров.

На перехват американского разведчика были подняты четыре истребителя МИГ-17. В 15.10 они перехватили нарушителя. Два перехватчика слева и справа от С-130 подавали ему сигнал: «Следуй за нами». Нарушитель уходил от них к границе, не реагируя на предупредительные очереди.

В 15.12 ведущий истребитель второй пары старший лейтенант Виктор Лопатков открыл огонь на поражение. Горящий самолет упал на землю в районе Мастара, в 20 километров юго-восточнее Ленинакана, и продолжал гореть ещё около двух часов. Из-за огня подойти к самолету не представлялось возможным. Генерал В. Д. Созинов выставил охрану, чтобы избежать жертв среди населения. Были приняты все возможные меры к тушению пожара. Все 17 человек, находившиеся на борту С-130, погибли. Через несколько дней американцам были переданы останки семи тел. Из них смогли опознать только четырех.

В том же 1958-м году, 7 ноября – как видим, традиция нарушать советскую границу по государственным праздникам в США началась отнюдь не 1 мая 1960 года – разведчик RB-47 вошёл в советское воздушное пространство над Балтийским морем в районе г. Вентспилс. Два истребителя МиГ-17 перехватили нарушителя и обстреляли. Однако подбитый RB-47 сумел оторваться и уйти над нейтральными водами.

Хрущёв был зол и раздражён, он жёстко отчитал стоявших перед ним по стойке «смирно» маршалов – Бирюзова, Вершинина и генерал-полковника Савицкого:

– Что, опять обосрались?! Реактивных сбивать – это вам не козявки трескать! То, что американцы нам на праздник прямо в душу плюнули – это полбеды! Вот что делать, если таких B-47 сразу тыща с атомными бомбами на нас попрёт?

Маршалы, красные и злые, стояли перед ним навытяжку, понимая, что Первый секретарь прав – ситуация была неприятная, истребители не смогли сбить бомбардировщик, и уже далеко не в первый раз. Фактически, B-47 летали над страной беспрепятственно. Как видим, у Хрущёва были основания считать, что авиация устарела, изжила себя, и будущее принадлежит ракетам.